Фандом: Гарри Поттер. После поцелуя с Ксенофилиусом Лавгудом Фреда Уизли преследует одна навязчивая идея…
65 мин, 51 сек 8273
Диктатура Розовой Жабы началась прямо с первого сентября. Первый декрет, выставленный в рамке перед входом в Большой Зал, гласил: «Мальчики и девочки не должны приближаться друг к другу ближе, чем на фут …. Джордж отчертил на полу туалета Плаксы Миртл мелом две метки на расстоянии фута и опытным путем решил установить, какие конкретные действия интимного свойства в отношении» объекта«можно совершить,» не переступая черту«.»
Список получился такой:
1.Погладить объект по волосам.
2.Потрепать объект за щечку.
3.Потрогать губы объекта.
4.Засунуть в рот объекта один или несколько пальцев.
5.Положить руку на грудь объекта (чтобы ощутить стук сердца).
6.Ущипнуть объект за соски.
7.Пощекотать пупок объекта.
8.Положить ладонь на ширинку объекта и немного сжать.
9.Вернуться чуть выше и расстегнуть ремень и молнию на штанах объекта.
10.Вытащить член объекта из трусов.
Надо ли говорить, что в роли «объекта» пришлось выступить мне? После пункта«4» расстояние между нами, потенциально, правда, сократилось довольно значительно, и отнюдь не за счёт длинных рук Джорджа. (Что поделаешь, юношеские физиологические реакции.) А после пункта«10» эксперимент вышел из-под контроля.
Нам в спешном порядке пришлось ретироваться в кабинки (разные) и решать возникшие проблемы «ручным» способом. Когда, немного растрепанные, мы вышли из соседних кабинок, я заметил, что в самом начале эксперимента имело место довольно грубое допущение. Амбридж просто забыла упомянуть в своём декрете о том, что руки, к тому же, должны висеть вдоль тела. А так смысла в данном опусе получалось не больше, чем в большинстве пророчеств Трелони.
Но кто мы такие, чтобы указывать министерской штучке на её ошибки?
Однажды к нам подошел братец Рон и сказал, что Гарри Поттер собирает желающих тайно изучать практическую часть «Защиты От Темных Искусств». Мы естественно, согласились. Во-первых, стоило поддержать Гарри, нашего друга и спонсора. Во-вторых, мы пытались самостоятельно освоить кое-что из того, чему не собиралась нас учить Розовая Жаба. Но не особо успешно. Нужен был опытный преподаватель. Тем более изучать Защиту От Тёмных Искусств в одиночку или даже вдвоём небезопасно. Что ни говори, Гарри пришла в голову отличная идея.
Впрочем, не всем она понравилась сразу. Гермионе пришлось напрячь все свои ораторские способности, чтобы убедить юных магов в том, что Гарри — учитель не хуже других.
Дела пошли значительно лучше, когда увалень Лонгботтом обнаружил Выручай-комнату. Там было гораздо удобнее, чем в Запретном лесу или в туалете Плаксы Миртл. Мы перестали беспрестанно оглядываться и ждать, что в любой момент появится Розовая Жаба или один из её шпионов.
Гарри оказался отличным преподом, терпеливым и внимательным. Его уроки так нас захватили, что мы порой забывали смотреть друг на друга. Не говоря уже о Тайных Нескромных Поглаживаниях и Незаметных Милых Пощипываниях. Эти изобретенные нами новые виды близости мы, лишенные в школе уединения, практиковали на всех уроках.
На одном из первых занятий Гарри показал нам заклинание, которому его научил Люпин. «ЭкспектоПатронум». Эта формула вызывала бестелесное существо, в виде животного, которое могло защитить от дементоров или других сущностей, порожденных Злом. Требовалось только сосредоточиться на самом счастливом своём воспоминании. Может, у кого-то и был дефицит подобных вещей, но только не у нас с Джорджем. Стоило нам посмотреть друг на друга, как счастливые воспоминания вперемешку с не менее радужными эмоциями обрушивались на нас солнечным водопадом.
Два Патронуса вылетели из наших палочек одновременно. Это оказались две лисицы. Они помчались вверх по спирали, переплетаясь хвостами и игриво покусывая друг друга за уши. Мало что может нарушить душевное равновесие близнецов Уизли, но в тот момент мы просто остолбенели. Оба. Две пушистые лисицы, нежно льнущие друг к другу, прекрасны! Наша волшебная суть. Но эти лисицы выдавали нас с головой, они были воплощением нас и нашей любви. Лисы, как и волки, выбирают себе одного партнера на всю жизнь. Магия одобрила нашу связь и лисы-Патронусы стали тому подтверждением.
Я осмотрелся. Никто ничего не заметил. Я собрался облегчённо вздохнуть, но наткнулся на внимательный взгляд Гарри.
— У вас одинаковые Патронусы! Разве такое может быть? У каждого волшебника получается свой Патронус.
Я пожал плечами.
— Мерлин их знает…
— Может! — встряла будущая миссис Уизли, всезнайка Гермиона. — Если один волшебник любит другого, то его Патронус делается таким же, как у объекта его любви. То есть… Я хотела сказать…
Бедняжка Гермиона запнулась и опустила глаза.
— Всё дело в братской любви! Правда, Фред? — обнял меня за плечи Джордж.
— Точно! Вопрос недостаточно исследован. Мы ведь единственные на свете близнецы-волшебники!
Гермиона хотела что-то сказать, но посмотрела на нас и передумала.
Список получился такой:
1.Погладить объект по волосам.
2.Потрепать объект за щечку.
3.Потрогать губы объекта.
4.Засунуть в рот объекта один или несколько пальцев.
5.Положить руку на грудь объекта (чтобы ощутить стук сердца).
6.Ущипнуть объект за соски.
7.Пощекотать пупок объекта.
8.Положить ладонь на ширинку объекта и немного сжать.
9.Вернуться чуть выше и расстегнуть ремень и молнию на штанах объекта.
10.Вытащить член объекта из трусов.
Надо ли говорить, что в роли «объекта» пришлось выступить мне? После пункта«4» расстояние между нами, потенциально, правда, сократилось довольно значительно, и отнюдь не за счёт длинных рук Джорджа. (Что поделаешь, юношеские физиологические реакции.) А после пункта«10» эксперимент вышел из-под контроля.
Нам в спешном порядке пришлось ретироваться в кабинки (разные) и решать возникшие проблемы «ручным» способом. Когда, немного растрепанные, мы вышли из соседних кабинок, я заметил, что в самом начале эксперимента имело место довольно грубое допущение. Амбридж просто забыла упомянуть в своём декрете о том, что руки, к тому же, должны висеть вдоль тела. А так смысла в данном опусе получалось не больше, чем в большинстве пророчеств Трелони.
Но кто мы такие, чтобы указывать министерской штучке на её ошибки?
Однажды к нам подошел братец Рон и сказал, что Гарри Поттер собирает желающих тайно изучать практическую часть «Защиты От Темных Искусств». Мы естественно, согласились. Во-первых, стоило поддержать Гарри, нашего друга и спонсора. Во-вторых, мы пытались самостоятельно освоить кое-что из того, чему не собиралась нас учить Розовая Жаба. Но не особо успешно. Нужен был опытный преподаватель. Тем более изучать Защиту От Тёмных Искусств в одиночку или даже вдвоём небезопасно. Что ни говори, Гарри пришла в голову отличная идея.
Впрочем, не всем она понравилась сразу. Гермионе пришлось напрячь все свои ораторские способности, чтобы убедить юных магов в том, что Гарри — учитель не хуже других.
Дела пошли значительно лучше, когда увалень Лонгботтом обнаружил Выручай-комнату. Там было гораздо удобнее, чем в Запретном лесу или в туалете Плаксы Миртл. Мы перестали беспрестанно оглядываться и ждать, что в любой момент появится Розовая Жаба или один из её шпионов.
Гарри оказался отличным преподом, терпеливым и внимательным. Его уроки так нас захватили, что мы порой забывали смотреть друг на друга. Не говоря уже о Тайных Нескромных Поглаживаниях и Незаметных Милых Пощипываниях. Эти изобретенные нами новые виды близости мы, лишенные в школе уединения, практиковали на всех уроках.
На одном из первых занятий Гарри показал нам заклинание, которому его научил Люпин. «ЭкспектоПатронум». Эта формула вызывала бестелесное существо, в виде животного, которое могло защитить от дементоров или других сущностей, порожденных Злом. Требовалось только сосредоточиться на самом счастливом своём воспоминании. Может, у кого-то и был дефицит подобных вещей, но только не у нас с Джорджем. Стоило нам посмотреть друг на друга, как счастливые воспоминания вперемешку с не менее радужными эмоциями обрушивались на нас солнечным водопадом.
Два Патронуса вылетели из наших палочек одновременно. Это оказались две лисицы. Они помчались вверх по спирали, переплетаясь хвостами и игриво покусывая друг друга за уши. Мало что может нарушить душевное равновесие близнецов Уизли, но в тот момент мы просто остолбенели. Оба. Две пушистые лисицы, нежно льнущие друг к другу, прекрасны! Наша волшебная суть. Но эти лисицы выдавали нас с головой, они были воплощением нас и нашей любви. Лисы, как и волки, выбирают себе одного партнера на всю жизнь. Магия одобрила нашу связь и лисы-Патронусы стали тому подтверждением.
Я осмотрелся. Никто ничего не заметил. Я собрался облегчённо вздохнуть, но наткнулся на внимательный взгляд Гарри.
— У вас одинаковые Патронусы! Разве такое может быть? У каждого волшебника получается свой Патронус.
Я пожал плечами.
— Мерлин их знает…
— Может! — встряла будущая миссис Уизли, всезнайка Гермиона. — Если один волшебник любит другого, то его Патронус делается таким же, как у объекта его любви. То есть… Я хотела сказать…
Бедняжка Гермиона запнулась и опустила глаза.
— Всё дело в братской любви! Правда, Фред? — обнял меня за плечи Джордж.
— Точно! Вопрос недостаточно исследован. Мы ведь единственные на свете близнецы-волшебники!
Гермиона хотела что-то сказать, но посмотрела на нас и передумала.
Страница 15 из 18
