Лифт временно работает

Но сама девушка так не думала, она искренне считала себя привлекательной. Если бы кто-то сказал Лиле, что нос у неё слишком длинный, глаза маленькие и глубоко посажены, а лицо очень бледное, она бы не поверила этому человеку. Никаких комплексов по поводу своей внешности девушка не испытывала никогда. Даже в подростковом возрасте, когда подавляющее количество будущих красавиц искренне расстраивались, находя в своей внешности множество несовершенств, Лиля собой любовалась. Больше всего девушка сама себе нравилась на фотографиях-селфи. На них она действительно умудрялась запечатлеть себя красавицей, особенно удавались фотографии, сделанные в зеркалах. Не любые зеркала подходили для этой цели.

— То, что нужно! Это то, что мне нужно. Всё. Я выбрала. Давайте подписывать договор, — довольная Лиля выскочила из ванной комнаты, и почти сбила с ног риелтора Нину Фёдоровну, подругу своей матери.

— Ну, слава тебе Господи! Я уж и не думала…, — выдохнула женщина.

Риелтор почти перестала надеяться, что Лиле понравиться одна из квартир, которые она ежедневно показывала девушке в течение последних двух недель. Лилина мать с нетерпением ждала, когда дочь переедет от неё, поэтому торопила Нину Фёдоровну. Лиля мешала матери строить семью с очередным мужем, ещё более молодым, чем все предыдущие.

Женщина заглянула в ванную комнату, чуть заметно пожала плечами.

— Я же говорила… Новый дом, свежий ремонт. Ванна довольно просторная, светлая. Вот только зеркало это не очень… Громоздкое какое-то и старое. Я поговорю с хозяйкой, она его заменит… — И не вздумайте даже. Оно же супер просто. Это самоё клёвое, что тут есть.

— Да ты что? Из-за зеркала квартиру у меня ещё никто не снимал. Ты уверена? — женщина скептически посмотрела на Лилю.

— Конечно! Смотрите, — девушка протянула смартфон с фотографией, которую только что сделала. Лилино лицо в вычурной бронзовой раме старинного зеркала преобразилось необъяснимо. Девушка выглядела очень мило, даже очаровательно, точно авторская фарфоровая кукла.

— Да уж, красотка. Маминому новому мужу не показывай, а то переметнется ещё, — пошутила риелтор.

— Фуу, Нина Фёдоровна, нужен он мне? Индюк лохматый. А хотите я вас там сфоткаю? И вы тоже будете красотка — просто умереть.

— Не-не. Умрём потом, а сейчас поехали к хозяйке квартиры в офис договор оформлять. Её Виктория зовут, она тут работает рядом.

Пока спускались с этажа, где располагалась квартира, Лиля сделала ещё пяток снимков в лифте. Её не смутило, что на большом зеркале лифта кто-то намалевал угловатую нечитаемую надпись.

— Зачем тебе столько одинаковых фоток? А это уродство тебя не смущает? — поинтересовалась Нина Фёдоровна и, взглянув в зеркало на своё уставшее и осунувшееся лицо, на всякий случай добавила.

— Я каракули имею в виду.

— Нее. Почему должно? Это же граффити. Клёво, вообще-то.

— Да? По-моему испачкали просто… — Вообще-то, мои фотки все разные, и все прикольные. Они у меня суперски получаются. Они подписчикам нравятся, их лайкают все.

— Если лайкают, тогда конечно…, — согласилась Нина Фёдоровна.

Лифт остановился на первом этаже. Выходя из кабины, Лиля увидела мальчишка лет десяти, который держал на поводке забавную лохматую собачку, одетую в кокетливый блестящий комбинезон.

— Ой! — взвизгнула девушка, схватила собаку в охапку и ринулась обратно в кабину, чтобы сфотографироваться с ней в зеркале лифта. Нина Фёдоровна вздохнула и не спеша направилась к выходу из подъезда.

Лиля сидела на лавочке в небольшом скверике, который располагался рядом с торговым центром. Она ждала подругу, чтобы вместе пройтись по магазинам. Потом девушка планировала показать ей новую квартиру, в которую въехала только вчера.

По обеим сторонам сквера томились в пробке вереницы машин. Вдоль кустарников пара пенсионерок выгуливала собак. Вдруг Лиля почувствовала острую резь в глазах. Голова закружилась. Она начала задыхаться. Сильный спазм сжал горло, словно на шёю накинули петлю и начали её затягивать. Девушка зажмурилась, судорожно глотая воздух. Через пару секунд всё прошло также неожиданно, как и началось. Кроме петли на горле, она немного ослабла, но осталась.

Когда Лиля открыла глаза, она увидела перед собой комнату, точнее гостиничный номер. Боковым зрением она продолжала видеть всё те же кусты и старух с собаками, а перед ней была застеленная невзрачным покрывалом двуспальная кровать. Рядом с кроватью, вполоборота стоял высокий мужчина в твидовом пиджаке и что-то разглядывал в телефоне.

Девушка зажмурилась и потрясла головой, схватившись рукой за шею. Никакой петли там не было. Когда она открыла глаза, надеясь, что комната пропадёт — пропал сквер. А кровать, мужчина, окно, за которым была ночь, тумбочка и массивный стол — остались. Появилась негромкая музыка. На месте сквера, за спиной девушки, словно тяжёлый, пыльный занавес застыла непроницаемая тьма.