Лик зверя

Черная тень внутри встала на дыбы, беззвучно зарычала. Словно получив команду, тело отреагировало. Рука взметнулась. Отставленный и напряженный, большой палец погрузился в глазницу до основания, столь же быстро вышел обратно. Ударил вновь, целя в оставшийся глаз.

Бледное, в слабом отблеске проникающего через небольшое окошечко света фонарей, лицо мужчины преобразилось, из насмешливой личины превратившись в окаменелую маску ужаса: рот полуоткрыт, язык бессильно повис, с кончика тоненькой струйкой стекает слюна, вместо глаз черные провалы, с бегущими по щекам черными дорожками крови.

Мгновенное наслаждение хлестнуло бичом, непривычное и сладкое, словно оргазм. Глумящаяся минуту назад, тварь застыла бессильной куклой, беспомощная и побежденная. Тело рванулось, завершая начатое. От удара по ногам мужчина упал на колени. Руки мягко легли на голову, нежно обхватили, даря прощальную ласку. Рывок. Негромко хрустнуло, а секундой позже, безжизненное, с гулким стуком тело завалилось на бок.

Ольга некоторое время стояла, раздувая ноздри и учащенно дыша, затем присела на корточки, с интересом осмотрела того, кто еще минуту назад глумливо усмехался, не подозревая о своей печальной судьбе. Тщательно обтерев перемешанные с мозгом остатки глаз об одежду мертвеца, она пытливо всматривалась в его побледневшее, залитое кровью лицо. Гнев улегся, а интерес угас. Она поднялась, одернула одежду, измятую во время любовной борьбы, и покинула подъезд.

Зайдя домой, Ольга разделась. После прогулки безумно хотелось пить. Сбросив остатки одежды, она зашла в кухню, порывшись в холодильнике, извлекла пакет яблочного сока, плеснула в стакан. Сок растекся по горлу приятной кислинкой, проник в желудок, утолив жажду. Убрав пакет назад, Ольга вышла из кухни и… нос к носу столкнулась с Ярославом.

От неожиданности она вздрогнула всем телом, замерла. Зевая и почесывая грудь, Ярослав произнес:

— Все пути ведут в кухню. Что-то жажда замучила. Тебя тоже?

Не смотря на сонный вид и скрипучий голос, его глаза смотрели внимательно. Промычав нечто невнятное, Ольга посторонилась, скользнула в комнату, подхватив вещи, что так и лежали, сброшенные кучкой. Скорее всего, Ярослав только проснулся, и даже не догадывался о ночных путешествиях подруги, а пристальный взгляд дорисовало чувство вины, но Ольга ощущала себя неуютно до тех пор, пока не заняла свое место, с головой укутавшись одеялом и предварительно забросив вещи на кресло.

Ярослав долго не шел, из кухни доносился стук, шорохи, один раз что-то громко звякнуло, наконец вернулся, лег рядом. Ольга напряглась, ожидая вопроса. Голова раскалилась от усилий придумать более-менее убедительную версию. Однако, вопросов не последовало. Ярослав немного поворочался, устраиваясь удобнее, несколько раз глубоко вздохнул, и вскоре уже дышал ровно, как обычно дышит спящий человек.

Ольга еще некоторое время ожидала, до звона в ушах вслушиваясь в дыхание спящего мужчины, но вскоре успокоилась. После прогулки тело налилось приятной тяжестью, глаза закрылись, и вскоре она уже спала.

На рабочее место Ольга пришла в отличном настроении. Несмотря на высокую загруженность последних недель, все удавалось сделать к сроку. Конечно, приходилось задерживаться, а иногда и оставаться до глубокой ночи, но усилия заслуженно вознаграждались. К фиксированному окладу, помимо означенных в договоре премиальных, прибавлялись приятные суммы, что шеф выдавал лично в руки, предварительно вызвав к себе в кабинет.

Вот и сегодня, не успела она зайти в здание, в коридоре возникла грузная фигура директора. Дождавшись, пока Ольга подойдет ближе, он буркнул:

— Пойдем ко мне, пока не отбыл. А то день начнется — на части разорвут, уже не вспомню.

Не оглядываясь, уверенный, что подчиненная идет следом, директор прошел к своему кабинету, вошел, чуть придержав дверь. Ольга вдвинулась следом, в ожидании остановилась у порога. Предполагалось, что она должна сесть, но в движениях хозяина кабинета проглядывалась напряженность, а бросаемые на настенные часы взгляды лишь подтвердили догадку — директор торопится.

Он подошел к сейфу, похрустел замком. Негромко щелкнуло, дверца отворилась. Хозяин кабинета некоторое время копался в сейфе, чем-то шуршал. Звякнуло вновь. Директор вернулся, сжимая в руке конверт, сказал с ноткой извинения:

— Присесть не предлагаю, уж извини. Времени нет. Держи премиальные, и дуй на рабочее место. Подробнее поговорим после, есть у меня кое-какие вопросы…

Ольга взяла конверт, поблагодарив кивком, молча вышла. Не так давно она бы не преминула рассыпаться в благодарностях, но эти времена прошли. Она научилась ценить себя и не считала необходимым благодарить за само собой разумеющиеся вещи. А денежное вознаграждение за качественную работу являлось именно такой вещью.