Он чувствовал себя плохо, кошмарно. Мозг раскалывался на части от тупой, пульсирующей боли. На сознание давила громкая ритмичная мелодия, доносящаяся из соседней квартиры. Он попытался заткнуть уши. Бесполезно… Музыка отличалась дурным вкусом. Предпочтение среднего класса, испытывающего восторг от групп, пользующихся в своих исполнениях исключительно нецензурной лексикой. Естественно, для таких людей имена: Бетховен, Моцарт, Бах — звучали как пустые слова, не стоящие их драгоценного внимания. Парадоксально: они считали себя людьми!
69 мин, 10 сек 8780
— Джессика, мы ведь не были близки? Ты напоила меня и подстроила всё так, чтобы я подумал это. Но ведь это не так? Скажи мне правду. Только не лги!
— Мы не занимались любовью.
Я облегчённо вздохнул.
— Но если бы ты не отключился так быстро, мой ответ был бы другим, — быстро сказала Джессика.
Я нахмурился:
— Сейчас я закрою глаза. Ты вылезешь из-под одеяла. Оденешься и уберёшься из комнаты. Понятно?
— Я люблю тебя, — прошептала она, и через секунду я почувствовал её губы на своих губах. Её обнаженное тело прижималось к моему. Мысленно я боролся с собой. Но проиграл…
«I love you!» Открытки-сердечки на подушке… Розовые ленточки в косичках… Улыбка… Ямочки на девичьих щёчках… Искрящиеся смехом глаза… Всё говорит мне о том, что я — подлец. И неумолимо тикают часы…
— Крис. Мама приехала! Крис, ну иди же скорее.
Джессика радостно смеётся, а мне ничего не остаётся, как сказать правду… или солгать, или просто сбежать, как, наверное, нужно было поступить с самого начала. И чертовски хочется выпить…
— Мама, папа, у меня золотая медаль, представляете? И… скоро будет ребёнок…
ПОЛНЫЙ ОБЛОМ
Я всегда знал, что мой брат — законченный придурок и идиот, но окончательно в этом убедился лишь недавно, то есть когда мы наконец встретились. Вот так! А началось всё с того, что мамаша с папашей задумали разбежаться и на бракоразводном процессе я выдал единственно верное решение в пользу своего отца. Мамаша, конечно, там пускала слюни, рыдала, мол: «Ты чё, сынок? Я на тебя всю жизнь положила, а ты»… и далее в том же духе. Но всё обошлось благополучно.
Родитель мой, признаюсь честно, был не промах и едва ли за свою жизнь уложил в постель одну и ту же женщину более двух раз. Впрочем, мать оказалась исключением, потрясная штучка, скажу я вам, сам чуть не рехнулся, наткнувшись раз на её фотографию. Право, неудивительно, что папаня так на неё запал. Эх, везёт же некоторым… Да, кстати, о чём это я? Так вот, когда мы с предком-то из-под маминого крылышка смылись, она в положении находилась, но там волнения всякие, тыры-пыры и ребёнок родился недоноском… Ну, типа недоношенный, что ли? Я к чему всё это. Сидел я, значит, в баре, никого не трогал, с ребятами пивка зашёл попить, а тут такая цыпочка подходит — вся из себя конфетка, хоть прям сейчас облизывай, — и хоп мне на стол конверт. Я ничего вначале, даже обрадовался. Думал, она со мной таким образом познакомиться хочет. Ага, сейчас! Нет, в письме какая-то белиберда оказалась. Читал я, читал, аж мозги в разные стороны потекли, ну я, значит, их собрал и назад тихонечко запихнул. И тут до меня эдак начало доходить, что братец у меня есть, малец несовершеннолетний, и типа он в моей опеке нуждается.
Ну, чего? Офигел я, конечно. Сижу, не знаю что делать. Друзья и посоветовали: «Ты, — говорят, — езжай, узнай что почём, а на месте и разберёшься». А чё?! Поехал я. Разве ж знал, что всё оно вон каким образом обернётся!
Перво-наперво всё ещё тип-топ было. Хату нашел, с братом познакомился, — высокий такой парнишка, весь такой прилизанный, причёсанный, чистенький, аж плеваться хочется. Но ничего стерпел, разговорились: я слово, он мне — сто, но что лопочет непонятно. Неделю я ещё продержался, а потом всё — хана, скука смертная замучила. Собрался я, значит, манатки свои по карманам распихал и попёр. Братан на меня свои лупарики поднимает, глаза по два пятака, мол: «Ты чё? Куда?» Во привязался! Я культурненько его так останавливаю:«Всё, погостили и хватит. Мне, — говорю, — домой пора».
Мальчишка в ступоре, чуть ли не в истерике бьётся. Но это уж не мои проблемы. Нашёл, понимаешь, чем остановить, чай не девка юная! Взял я билет на поезд и прямым ходом на вокзал. Не знал ведь, что легавые уже мою недобритую помятую физиономию по всему перрону разыскивают! И когда успел, сволочь малолетняя, заяву накатать, а? Чуть ли не с вагона меня сняли, под руки и в полицейскую машину! Ну, я типа узнаю: «Чё? Какие проблемы?» Припоминаю, сделал ли чего. Вроде никаких грешков за последнее время за мной не водилось. Но мало ли… Оказалось, братишка мой настучал, что, якобы, я свои опекунские обязанности не выполняю. Тут ещё и причинение морального вреда и так далее, и тому подобное… Короче, накрыл по полной программе!
Ну, я за голову хватаюсь: «Ё-моё на х… — типа. — Что теперь делать?»
— Ребята, — говорю. — Я же с ним всего-то неделю знаком, да на фига он мне нужен, сами подумайте?!
— Подпись, — спрашивают, — ставил? Так какие проблемы теперь-то? Всё. Раньше нужно было головой думать.
«Во, — понимаю, — влип». Тут и адвокат явился: «Так и так, — говорит, — не отвертишься. Сам, — говорит, — рассуди, что для тебя лучше: с зеками на зоне тусоваться, государственные щи хлебать, или всего-то за мальчуганом последить до его совершеннолетия, подпиской о невыезде отделаться?» Ну, ясно дело, на зоне лучше. И стаж пойдёт, и знакомства разные полезные появятся, и друзья. Да и скучать уж точно не придётся. А главное, слушать, что там лопочет этот полоумный мой братец.
— Мы не занимались любовью.
Я облегчённо вздохнул.
— Но если бы ты не отключился так быстро, мой ответ был бы другим, — быстро сказала Джессика.
Я нахмурился:
— Сейчас я закрою глаза. Ты вылезешь из-под одеяла. Оденешься и уберёшься из комнаты. Понятно?
— Я люблю тебя, — прошептала она, и через секунду я почувствовал её губы на своих губах. Её обнаженное тело прижималось к моему. Мысленно я боролся с собой. Но проиграл…
«I love you!» Открытки-сердечки на подушке… Розовые ленточки в косичках… Улыбка… Ямочки на девичьих щёчках… Искрящиеся смехом глаза… Всё говорит мне о том, что я — подлец. И неумолимо тикают часы…
— Крис. Мама приехала! Крис, ну иди же скорее.
Джессика радостно смеётся, а мне ничего не остаётся, как сказать правду… или солгать, или просто сбежать, как, наверное, нужно было поступить с самого начала. И чертовски хочется выпить…
— Мама, папа, у меня золотая медаль, представляете? И… скоро будет ребёнок…
ПОЛНЫЙ ОБЛОМ
Я всегда знал, что мой брат — законченный придурок и идиот, но окончательно в этом убедился лишь недавно, то есть когда мы наконец встретились. Вот так! А началось всё с того, что мамаша с папашей задумали разбежаться и на бракоразводном процессе я выдал единственно верное решение в пользу своего отца. Мамаша, конечно, там пускала слюни, рыдала, мол: «Ты чё, сынок? Я на тебя всю жизнь положила, а ты»… и далее в том же духе. Но всё обошлось благополучно.
Родитель мой, признаюсь честно, был не промах и едва ли за свою жизнь уложил в постель одну и ту же женщину более двух раз. Впрочем, мать оказалась исключением, потрясная штучка, скажу я вам, сам чуть не рехнулся, наткнувшись раз на её фотографию. Право, неудивительно, что папаня так на неё запал. Эх, везёт же некоторым… Да, кстати, о чём это я? Так вот, когда мы с предком-то из-под маминого крылышка смылись, она в положении находилась, но там волнения всякие, тыры-пыры и ребёнок родился недоноском… Ну, типа недоношенный, что ли? Я к чему всё это. Сидел я, значит, в баре, никого не трогал, с ребятами пивка зашёл попить, а тут такая цыпочка подходит — вся из себя конфетка, хоть прям сейчас облизывай, — и хоп мне на стол конверт. Я ничего вначале, даже обрадовался. Думал, она со мной таким образом познакомиться хочет. Ага, сейчас! Нет, в письме какая-то белиберда оказалась. Читал я, читал, аж мозги в разные стороны потекли, ну я, значит, их собрал и назад тихонечко запихнул. И тут до меня эдак начало доходить, что братец у меня есть, малец несовершеннолетний, и типа он в моей опеке нуждается.
Ну, чего? Офигел я, конечно. Сижу, не знаю что делать. Друзья и посоветовали: «Ты, — говорят, — езжай, узнай что почём, а на месте и разберёшься». А чё?! Поехал я. Разве ж знал, что всё оно вон каким образом обернётся!
Перво-наперво всё ещё тип-топ было. Хату нашел, с братом познакомился, — высокий такой парнишка, весь такой прилизанный, причёсанный, чистенький, аж плеваться хочется. Но ничего стерпел, разговорились: я слово, он мне — сто, но что лопочет непонятно. Неделю я ещё продержался, а потом всё — хана, скука смертная замучила. Собрался я, значит, манатки свои по карманам распихал и попёр. Братан на меня свои лупарики поднимает, глаза по два пятака, мол: «Ты чё? Куда?» Во привязался! Я культурненько его так останавливаю:«Всё, погостили и хватит. Мне, — говорю, — домой пора».
Мальчишка в ступоре, чуть ли не в истерике бьётся. Но это уж не мои проблемы. Нашёл, понимаешь, чем остановить, чай не девка юная! Взял я билет на поезд и прямым ходом на вокзал. Не знал ведь, что легавые уже мою недобритую помятую физиономию по всему перрону разыскивают! И когда успел, сволочь малолетняя, заяву накатать, а? Чуть ли не с вагона меня сняли, под руки и в полицейскую машину! Ну, я типа узнаю: «Чё? Какие проблемы?» Припоминаю, сделал ли чего. Вроде никаких грешков за последнее время за мной не водилось. Но мало ли… Оказалось, братишка мой настучал, что, якобы, я свои опекунские обязанности не выполняю. Тут ещё и причинение морального вреда и так далее, и тому подобное… Короче, накрыл по полной программе!
Ну, я за голову хватаюсь: «Ё-моё на х… — типа. — Что теперь делать?»
— Ребята, — говорю. — Я же с ним всего-то неделю знаком, да на фига он мне нужен, сами подумайте?!
— Подпись, — спрашивают, — ставил? Так какие проблемы теперь-то? Всё. Раньше нужно было головой думать.
«Во, — понимаю, — влип». Тут и адвокат явился: «Так и так, — говорит, — не отвертишься. Сам, — говорит, — рассуди, что для тебя лучше: с зеками на зоне тусоваться, государственные щи хлебать, или всего-то за мальчуганом последить до его совершеннолетия, подпиской о невыезде отделаться?» Ну, ясно дело, на зоне лучше. И стаж пойдёт, и знакомства разные полезные появятся, и друзья. Да и скучать уж точно не придётся. А главное, слушать, что там лопочет этот полоумный мой братец.
Страница 16 из 19
