Фандом: Гарри Поттер. Не желая попасть в Азкабан, анимаг Драко совершает побег, превращается в хорька и попадает к Гермионе Грейнджер, у которой вынужден оставаться, скрываясь от разыскивающих его авроров.
170 мин, 38 сек 22020
Быть благодарным Поттеру Драко не мог. Тем более что — Драко был уверен — золотой мальчик достал Гермионе его дело вовсе не ради вселенской справедливости. Однако толика уважения по отношению к Гарри все-таки закралась в его мозг. Драко даже подумал, что ничего страшного не случится, если — в его присутствии, конечно — очкарик проведет еще один вечер с его женщиной… Стоп! Когда это Гермиона успела стать его женщиной?! Драко посмотрел на Грейнджер, которая, закусив карандаш, сосредоточенно водила глазами по строчкам документов. Может быть, когда она села штудировать его дело, вместо того чтобы отдохнуть после работы? А может, когда угостила его яблоками? Или пила вино, держа его у себя на коленях? Или после того, как ласкала себя, возбужденная его прикосновениями? Драко помотал головой, отгоняя неподобающие моменту мысли. Лучше не стоит Поттеру проводить с Гермионой еще один вечер. Лучше бы не надо.
— Пэнси была твоей девушкой? — Гермиона отвлекла Драко от странных мыслей. И как только эта информация просочилась в официальные бумаги?
Он кивнул неуверенно, предвидя следующий вопрос Грейнджер:
— И Астория Гринграсс была твоей девушкой?
Драко только вздохнул. Даже если бы он мог говорить, все равно ничего путного по этому поводу не сказал бы. Узнав, что Драко схватили авроры, Астория примчалась к нему, надеясь, что теперь у них все получится, но Драко выпроводил ее прочь, надеясь на визит Пэнси. И не ошибся. Пэнси и вправду пришла, но лишь для того, чтобы позлорадствовать. Она не скупилась на эпитеты и заявила, что таким… морально неустойчивым людям, мечущимся от одной девушки к другой, в Азкабане самое место.
Не зная всей истории, Гермиона, похоже, истолковала вздох Драко по-своему, потому что глаза ее потемнели. Она закусила губу и так сильно сжала карандаш, что подушечки ее пальцев покраснели.
— Похоже, для мужчин в порядке вещей встречаться сразу с несколькими женщинами, — зло сказала Гермиона. — Все одинаковые…
Драко почувствовал приступ паники. Он подскочил и хотел прижаться к Гермионе, не в силах все объяснить ей, но вышло неудачно: вместо этого он лишь толкнул девушку под локоть. Ее рука соскочила, оставляя на листе кривой след от карандаша.
— Лордик! — Гермиона замолчала на миг. — Малфой! Что ты опять творишь?!
Драко смиренно запыхтел и подобострастно выгнул спину, словно предлагая Гермионе погладить себя.
— Не трогай меня, а то сейчас все брошу, — горько сказала девушка, и Драко притих.
Ему оставалось только наблюдать за ней. Гермиона снова углубилась в чтение. Она покусывала карандаш и то и дело поправляла волосы. Ее футболка съехала вниз, обнажая одно плечо, и Драко хотелось быть ближе к нему. А еще хотелось лизнуть, но он не решался.
— Тебе не показалось странным, что ни Пэнси, ни Астория не выступали в суде? — спросила Гермиона, взяв себя в руки, но Драко только пожал плечами: подумаешь, двумя обвинительными выступлениями меньше!
Гермиона продолжила чтение. Она казалась безразличной, но румянец на щеках выдавал ее волнение. В какой-то момент зазвонил телефон, и девушка пошла отвечать. Из коротких фраз было непонятно, о чем идет речь, и Малфой сначала занервничал, предчувствуя что-то. Но его опасения были напрасны: оказалось, Гермиона болтала с Джинни Уизли. Похоже, Артур как раз сегодня провел себе маггловский телефон, и младшая из семейства рыжих решила похвастаться этим.
Малфой подождал немного, полагая, что разговор скоро закончится, но речь вдруг пошла о мужчинах, и Гермиона разразилась такой тирадой, что Драко понял: это надолго. Тогда от нечего делать Малфой заглянул в собственное дело и начал читать. Не очень увлекательно: все детали собственных допросов и допросов свидетелей он знал наизусть. Но вдруг его привлек лист бумаги, лежавший отдельно: Гермиона в самом начале отложила его, оставив без внимания. Драко подобрался поближе: ага! Его личные данные! Либо Гермиону они не интересовали вовсе, либо она решила оставить их на сладкое! Последний вариант понравился Драко больше, ведь в этом листе, словно в рекламе, говорилось о его росте, весе, цвете глаз, навыках, умениях и особых приметах. А у Драко были отличные особые приметы! Темная метка, родинка под левой лопаткой и крошечное родимое пятнышко, похожее на змейку, чуть ниже линии белья… Такие характеристики не должны остаться незамеченными. Драко уже хотел подсунуть листок прямо под нос Грейнджер, как вдруг его взгляд зацепился за неприятные строчки: «… во время допросов проявил себя как человек нервный, раздражительный, несобранный, вспыльчивый, способный легко расплакаться, устроить истерику, впасть в депрессию»… Ну кто пишет в рекламе такие позорные вещи?! Определенно, Драко не хотел, чтобы Гермиона узнала его с такой стороны. Особенно после превратной информации о его не слишком пуританской личной жизни. Драко был уверен, что Грейнджер не поймет. Она вообще мало что понимала в мужчинах.
— Пэнси была твоей девушкой? — Гермиона отвлекла Драко от странных мыслей. И как только эта информация просочилась в официальные бумаги?
Он кивнул неуверенно, предвидя следующий вопрос Грейнджер:
— И Астория Гринграсс была твоей девушкой?
Драко только вздохнул. Даже если бы он мог говорить, все равно ничего путного по этому поводу не сказал бы. Узнав, что Драко схватили авроры, Астория примчалась к нему, надеясь, что теперь у них все получится, но Драко выпроводил ее прочь, надеясь на визит Пэнси. И не ошибся. Пэнси и вправду пришла, но лишь для того, чтобы позлорадствовать. Она не скупилась на эпитеты и заявила, что таким… морально неустойчивым людям, мечущимся от одной девушки к другой, в Азкабане самое место.
Не зная всей истории, Гермиона, похоже, истолковала вздох Драко по-своему, потому что глаза ее потемнели. Она закусила губу и так сильно сжала карандаш, что подушечки ее пальцев покраснели.
— Похоже, для мужчин в порядке вещей встречаться сразу с несколькими женщинами, — зло сказала Гермиона. — Все одинаковые…
Драко почувствовал приступ паники. Он подскочил и хотел прижаться к Гермионе, не в силах все объяснить ей, но вышло неудачно: вместо этого он лишь толкнул девушку под локоть. Ее рука соскочила, оставляя на листе кривой след от карандаша.
— Лордик! — Гермиона замолчала на миг. — Малфой! Что ты опять творишь?!
Драко смиренно запыхтел и подобострастно выгнул спину, словно предлагая Гермионе погладить себя.
— Не трогай меня, а то сейчас все брошу, — горько сказала девушка, и Драко притих.
Ему оставалось только наблюдать за ней. Гермиона снова углубилась в чтение. Она покусывала карандаш и то и дело поправляла волосы. Ее футболка съехала вниз, обнажая одно плечо, и Драко хотелось быть ближе к нему. А еще хотелось лизнуть, но он не решался.
— Тебе не показалось странным, что ни Пэнси, ни Астория не выступали в суде? — спросила Гермиона, взяв себя в руки, но Драко только пожал плечами: подумаешь, двумя обвинительными выступлениями меньше!
Гермиона продолжила чтение. Она казалась безразличной, но румянец на щеках выдавал ее волнение. В какой-то момент зазвонил телефон, и девушка пошла отвечать. Из коротких фраз было непонятно, о чем идет речь, и Малфой сначала занервничал, предчувствуя что-то. Но его опасения были напрасны: оказалось, Гермиона болтала с Джинни Уизли. Похоже, Артур как раз сегодня провел себе маггловский телефон, и младшая из семейства рыжих решила похвастаться этим.
Малфой подождал немного, полагая, что разговор скоро закончится, но речь вдруг пошла о мужчинах, и Гермиона разразилась такой тирадой, что Драко понял: это надолго. Тогда от нечего делать Малфой заглянул в собственное дело и начал читать. Не очень увлекательно: все детали собственных допросов и допросов свидетелей он знал наизусть. Но вдруг его привлек лист бумаги, лежавший отдельно: Гермиона в самом начале отложила его, оставив без внимания. Драко подобрался поближе: ага! Его личные данные! Либо Гермиону они не интересовали вовсе, либо она решила оставить их на сладкое! Последний вариант понравился Драко больше, ведь в этом листе, словно в рекламе, говорилось о его росте, весе, цвете глаз, навыках, умениях и особых приметах. А у Драко были отличные особые приметы! Темная метка, родинка под левой лопаткой и крошечное родимое пятнышко, похожее на змейку, чуть ниже линии белья… Такие характеристики не должны остаться незамеченными. Драко уже хотел подсунуть листок прямо под нос Грейнджер, как вдруг его взгляд зацепился за неприятные строчки: «… во время допросов проявил себя как человек нервный, раздражительный, несобранный, вспыльчивый, способный легко расплакаться, устроить истерику, впасть в депрессию»… Ну кто пишет в рекламе такие позорные вещи?! Определенно, Драко не хотел, чтобы Гермиона узнала его с такой стороны. Особенно после превратной информации о его не слишком пуританской личной жизни. Драко был уверен, что Грейнджер не поймет. Она вообще мало что понимала в мужчинах.
Страница 22 из 48
