— А где масло, дядя Нанди? — спросил Оджо…
193 мин, 38 сек 13652
— Тебе бы надо носить шляпку, — посоветовала хозяйка, — тогда твое лицо не полиняет и не выгорит на солнце. У меня в сундуке есть кое-какие лоскутки и обрывки материи, и, если ты подождешь день-другой, я сошью тебе шляпку.
— Спасибо за предложение, но нам некогда, — отвечала Лоскутушка.
— Пока я что-то не заметила, чтобы мое лицо выгорело.
— Это верно, — согласилась хозяйка.
— Несмотря на долгое путешествие, выглядишь ты отменно.
Дети хотели, чтобы Стеклянный Кот остался с ними, но Промаху не терпелось узнать, чем закончатся похождения Оджо, и он не пожелал принять их предложение.
— Дети могут заиграться, — пояснил он Косматому, — и хотя здесь мне нравится куда больше, чем у Кривого Колдуна, мальчишки и девчонки быстро превратят меня в груду осколков.
Отдохнув, они снова двинулись в путь. Чем ближе они подходили к Изумрудному Городу, тем красивей становились места и ровней дорога. Постепенно Оджо перешел на зеленую лужайку, что тянулась вдоль дороги, и шел, внимательно глядя себе под ноги.
— Что ты ищешь? — спросила Заплатка.
— Клевер с шестью лепестками.
— Не делай этого! — предупредил его Косматый.
— Рвать такой клевер запрещено законом. Подожди, пока Озма не разрешит тебе это.
— Она и не узнает! — отвечал мальчик.
— Озма знает очень многое, — возразил Косматый.
— У нее во дворце есть Волшебная Картина, которая показывает ей ту часть Страны Оз, где появились странники. Возможно, как раз сейчас она наблюдает за нами.
— Она что, всегда смотрит на Волшебную Картину?
— Нет, конечно, у нее много других дел, но не исключено, что она как раз сейчас смотрит на нас.
— Подумаешь! — упрямо возразил Оджо.
— Озма — всего лишь девочка.
Косматый удивленно посмотрел на Оджо.
— Если ты хочешь помочь своему дядюшке, ты не должен так говорить, — сказал он.
— Ведь если ты впадешь в немилость к нашей могущественной правительнице, твое путешествие окончится ничем. Если же ты подружишься с Озмой, она с удовольствием поможет тебе. А насчет того, что Озма — девочка, могу сказать, что это еще одна причина, по которой ты должен быть вежлив и учтив. Все жители Страны Оз обожают Озму и ненавидят ее врагов: она столь же справедлива, сколь и могущественна.
Оджо еще немного подулся, но потом вернулся на дорогу, оставив клевер в покое. Еще час-другой он сердился, потому что не видел беды в том, чтобы сорвать клевер с шестью лепестками, если такой попадется. Несмотря на слова Косматого, он счел закон Озмы несправедливым.
Вскоре путники подошли к роще. Дорога петляла между красивых высоких деревьев. Вскоре они услышали пение, сначала отдаленное, но затем стали различать слова, хотя певца видно не было. Вот что это была за песня:
Когда я вижу соломы сноп, Мне хочется петь и плясать.
Ведь эта солома создана, чтоб Страшила мог существовать.
— А! — воскликнул Косматый.
— Это же мой друг Страшила!
— Как, живой Страшила? — удивился Оджо.
— Ну да. Я о нем рассказывал. Он очень умный и вам обязательно понравится.
Тут из-за поворота показался и сам Страшила. Ехал он на Деревянном Коне, причем таком маленьком, что ноги седока свешивались чуть не до земли.
Страшила был одет в голубой сюртук, что носят Жевуны, ибо в этой стране он и появился на свет. На голове у него была остроконечная шляпа с плоскими полями, украшенными маленькими колокольчиками.
Препоясан был Страшила обыкновенной веревкой, чтобы солома, которой он был набит, не высыпалась. В голове у него была не солома, а опилки с отрубями, куда были добавлены иголки с булавками. Эти мозги вложил в Страшилу Волшебник Изумрудного Города, а иголки с булавками должны были придать хозяину мозгов остроты ума. Головой ему служил холщовый мешок, пришитый к шее, и на нем краской были нарисованы рот, нос, уши и глаза.
Вид у Страшилы был весьма комичный, но симпатичный. Один глаз был больше другого, а уши были нарисованы на разной высоте. Фермер, сделавший Страшилу, зашил его крупными стежками, из-за чего то здесь, то там из прорех торчала солома. На руках у него были белые перчатки, а на ногах сапоги с отворотами из голубой кожи, как у всех Жевунов.
Деревянный Конь был не менее удивительным созданием, чем его седок. Когда-то это были самые обыкновенные козлы, на которых пилят дрова. Туловищем ему служил обрубок бревна, в которое были вставлены четыре ноги-полена. Хвостом была маленькая веточка, а головой — шишковатое утолщение на переднем конце бревна. Два сучкаглазка и зарубка-рот дополняли картину.
Когда козлы стали Конем, у них не было ушей, но мальчик, Тип, ожививший Деревянного Коня, вырезал уши из коры, после чего новоиспеченный Конь стал прекрасно слышать.
Этот скакун пользовался большим расположением принцессы Озмы, которая, кстати, и была тем самым Типом, — ее превратила в мальчика колдунья Момби. Озма велела сделать для него золотые подковы, чтобы дерево копыт не стачивалось. Седло у него было расшито золотом и украшено рубинами и изумрудами. Уздечки у Коня не было.
— Спасибо за предложение, но нам некогда, — отвечала Лоскутушка.
— Пока я что-то не заметила, чтобы мое лицо выгорело.
— Это верно, — согласилась хозяйка.
— Несмотря на долгое путешествие, выглядишь ты отменно.
Дети хотели, чтобы Стеклянный Кот остался с ними, но Промаху не терпелось узнать, чем закончатся похождения Оджо, и он не пожелал принять их предложение.
— Дети могут заиграться, — пояснил он Косматому, — и хотя здесь мне нравится куда больше, чем у Кривого Колдуна, мальчишки и девчонки быстро превратят меня в груду осколков.
Отдохнув, они снова двинулись в путь. Чем ближе они подходили к Изумрудному Городу, тем красивей становились места и ровней дорога. Постепенно Оджо перешел на зеленую лужайку, что тянулась вдоль дороги, и шел, внимательно глядя себе под ноги.
— Что ты ищешь? — спросила Заплатка.
— Клевер с шестью лепестками.
— Не делай этого! — предупредил его Косматый.
— Рвать такой клевер запрещено законом. Подожди, пока Озма не разрешит тебе это.
— Она и не узнает! — отвечал мальчик.
— Озма знает очень многое, — возразил Косматый.
— У нее во дворце есть Волшебная Картина, которая показывает ей ту часть Страны Оз, где появились странники. Возможно, как раз сейчас она наблюдает за нами.
— Она что, всегда смотрит на Волшебную Картину?
— Нет, конечно, у нее много других дел, но не исключено, что она как раз сейчас смотрит на нас.
— Подумаешь! — упрямо возразил Оджо.
— Озма — всего лишь девочка.
Косматый удивленно посмотрел на Оджо.
— Если ты хочешь помочь своему дядюшке, ты не должен так говорить, — сказал он.
— Ведь если ты впадешь в немилость к нашей могущественной правительнице, твое путешествие окончится ничем. Если же ты подружишься с Озмой, она с удовольствием поможет тебе. А насчет того, что Озма — девочка, могу сказать, что это еще одна причина, по которой ты должен быть вежлив и учтив. Все жители Страны Оз обожают Озму и ненавидят ее врагов: она столь же справедлива, сколь и могущественна.
Оджо еще немного подулся, но потом вернулся на дорогу, оставив клевер в покое. Еще час-другой он сердился, потому что не видел беды в том, чтобы сорвать клевер с шестью лепестками, если такой попадется. Несмотря на слова Косматого, он счел закон Озмы несправедливым.
Вскоре путники подошли к роще. Дорога петляла между красивых высоких деревьев. Вскоре они услышали пение, сначала отдаленное, но затем стали различать слова, хотя певца видно не было. Вот что это была за песня:
Когда я вижу соломы сноп, Мне хочется петь и плясать.
Ведь эта солома создана, чтоб Страшила мог существовать.
— А! — воскликнул Косматый.
— Это же мой друг Страшила!
— Как, живой Страшила? — удивился Оджо.
— Ну да. Я о нем рассказывал. Он очень умный и вам обязательно понравится.
Тут из-за поворота показался и сам Страшила. Ехал он на Деревянном Коне, причем таком маленьком, что ноги седока свешивались чуть не до земли.
Страшила был одет в голубой сюртук, что носят Жевуны, ибо в этой стране он и появился на свет. На голове у него была остроконечная шляпа с плоскими полями, украшенными маленькими колокольчиками.
Препоясан был Страшила обыкновенной веревкой, чтобы солома, которой он был набит, не высыпалась. В голове у него была не солома, а опилки с отрубями, куда были добавлены иголки с булавками. Эти мозги вложил в Страшилу Волшебник Изумрудного Города, а иголки с булавками должны были придать хозяину мозгов остроты ума. Головой ему служил холщовый мешок, пришитый к шее, и на нем краской были нарисованы рот, нос, уши и глаза.
Вид у Страшилы был весьма комичный, но симпатичный. Один глаз был больше другого, а уши были нарисованы на разной высоте. Фермер, сделавший Страшилу, зашил его крупными стежками, из-за чего то здесь, то там из прорех торчала солома. На руках у него были белые перчатки, а на ногах сапоги с отворотами из голубой кожи, как у всех Жевунов.
Деревянный Конь был не менее удивительным созданием, чем его седок. Когда-то это были самые обыкновенные козлы, на которых пилят дрова. Туловищем ему служил обрубок бревна, в которое были вставлены четыре ноги-полена. Хвостом была маленькая веточка, а головой — шишковатое утолщение на переднем конце бревна. Два сучкаглазка и зарубка-рот дополняли картину.
Когда козлы стали Конем, у них не было ушей, но мальчик, Тип, ожививший Деревянного Коня, вырезал уши из коры, после чего новоиспеченный Конь стал прекрасно слышать.
Этот скакун пользовался большим расположением принцессы Озмы, которая, кстати, и была тем самым Типом, — ее превратила в мальчика колдунья Момби. Озма велела сделать для него золотые подковы, чтобы дерево копыт не стачивалось. Седло у него было расшито золотом и украшено рубинами и изумрудами. Уздечки у Коня не было.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 26 из 52