Последнее, что он впитал с душным воздухом бренного мира, было кислым от пота взволнованных людей, столпившихся вокруг него, шумным — от их тяжелого дыхания и стука каблуков по вощеному паркету, обидным… ибо показалось Павлу, что среди убийц мелькнуло лицо сына.
По концу представления Николай Павлович закапризничал:
— Я хочу ее, хочу куклу!
Андрею Карловичу пришлось уступить. Он подошел к кукольникам и попросил продать ему приглянувшуюся Николаше курносую куклу.
— Выбирайте, ваш-бродь! — Рябой мужичонка поставил перед важным господином лоток, в котором лежали безвольные ныне марионетки… Николай Павлович выхватил из кучи смешного военного и прижал к груди:
— Вот эту… Будет у меня на «Летучем голландце» служить!
— Что за сею куклу? — Андрей Карлович проводил недовольным взором радостно прыгающего мальчика и поворотился к убиравшему лоток кукольнику:
— Медного гроша хватит, аль другую цену запросите?