Лучший школьный психолог в мире

Я никогда не был проблемным ребенком, но мои родители относились ко мне, как к таковому. Например, мне приходилось быть дома к пяти часам вечера каждый день. Это, несомненно, ограничивало длительность моего «игрового времени» вне дома. Мне не разрешали приводить друзей, чтобы поиграть в моем доме, и не позволяли приходить в чей-то чужой. Я должен был сделать свое домашнее задание сразу после школы. Родители отказывались покупать мне видеоигры и заставляли читать книги, на которые я писал отзывы, чтобы доказать, что я на самом деле читал их.

Все эти правила меня раздражали как ребенка, но они не были тем, что расстраивало меня больше всего. Что по-настоящему причиняло мне боль, так это отсутствие сострадания со стороны родителей. Моя мать была жестокой женщиной, которая всегда заставляла меня чувствовать себя виноватым за ошибки или случайности, которые я совершал. Мой отец знал только одну эмоцию — ярость. Он заговаривал со мной только тогда, когда кричал на меня из-за плохих оценок за тест или бил меня за непослушание.

Но хватит о них, давайте поговорим о моем школьном психологе. Для его конфиденциальности я назову его «доктор Таннер». Психолог, как и во многих школах среднего образования, всегда доступен на территории школы во время учебных часов, чтобы проконсультироваться с учениками о связанных с ними эмоциональных, учебных, социальных, поведенческих и прочих проблемах. Честно говоря, я никогда не видел кого-либо из учеников разговаривающим с доктором Таннером. Каждый день я проходил мимо его кабинета на пути в столовую и заглядывал сквозь окошко на двери его кабинета. Он всегда был один и работал над какими-то документами.

Я догадывался, что многие дети боялись говорить о своих проблемах со взрослым, который фактически был незнакомцем. По этой причине мне понадобилось долгое время, чтобы собрать всю свою храбрость и зайти к нему. 2 марта 1993 года — это был день, когда я решил озвучить свои проблемы доктору Таннеру. Во время обеденного перерыва я остановился напротив двери его кабинета и постучался.

Сквозь окошко я мог видеть, как он поднял голову, улыбнулся и помахал, приглашая меня войти. Я вошел.

Он поприветствовал меня, представился и спросил мое имя. Доктор Таннер имел очень мягкий голос, и я чувствовал, что он просто излучает доброту. Через полчаса я уже вовсю болтал о том, какие мои родители злые и как они ни капли обо мне не заботятся. Некоторое время спустя мой голос задрожал, и я замолчал. Психолог терпеливо слушал мои разглагольствования со сложенными руками и периодически кивал головой. Я ожидал, что он начнет говорить, что все, о чем я ему говорил, неправда, что мои родители меня очень любят, бла-бла-бла… Но все вышло иначе. Доктор Таннер наклонился ко мне с улыбкой на лице и сказал:

— Ты знаешь, а ведь я лучший школьный психолог в мире. Я обещаю, что мы все поправим.

— Хорошо, но как? — спросил я.

— У меня есть способы, — сказал он.

— Я человек слова. Я обещаю, что в течение одного месяца отношения между тобой и твоими родителями изменятся в лучшую сторону. Навсегда.

После короткой паузы он продолжил:

— Но ты должен дать мне обещание. Ты должен обещать мне, что придешь в этот кабинет завтра после школы, и что ты никому не расскажешь о нашем сегодняшнем разговоре. Это будет наш маленький секрет.

Я пообещал.

На следующий день после школы я вернулся к доктору Таннеру. Было около 4 часов дня, когда я вошел в его кабинет. После теплого приветствия он предложил мне сесть напротив его рабочего стола. Когда я сел, я увидел, как доктор Таннер опускает жалюзи на маленьком окошке в двери его кабинета.

— Вот так, — сказал он с улыбкой на лице.

— Теперь у нас есть необходимая уединение.

Мы начали разговаривать о моих увлечениях, моих любимых предметах в школе, нелюбимых учителях… После часа обсуждений доктор Таннер предложил мне напиток. Я с радостью согласился — мои родители не разрешали мне пить газировку. Доктор Таннер потянулся к своему мини-холодильнику и немного поерзал перед тем, как поставить две банки газировки на стол.

Позже мы продолжили обсуждать, что происходило в моей жизни, пока я не потерял сознание из-за каких-то наркотиков, которые доктор Таннер подсыпал мне в напиток.

… Очнувшись, я был ошарашен.

Я был закован наручниками к кровати. Мой рот был заклеен клейкой лентой. Я тут же начал паниковать, извиваться и дергать наручники, но скоро сдался. Чуть позже я не поверил себе, оглядывая комнату. Постеры супергероев были развешаны по всем стенам, фотографии знаменитых спортсменов лежали на полках. В середине комнаты стоял старый телевизор, к которому была подключена приставка «Super Nintendo». Множество разных картриджей стояли стопкой рядом.

Я не знал, что и подумать. Я здесь, в комнате с вещами, за которые многие дети готовы умереть.