Когда говорят о Португалии как о стране с богатой историей, то речь явно не о криминале. Маньяков и серийных убийц здесь можно сосчитать по пальцам, но Луиса де Жезуш, жившая в XVIII веке, занимает среди них особое место. И даже не потому, что считается первым известным в португальской истории серийным убийцей и единственной женщиной. Масштабом и чудовищностью совершенных преступлений она сумела превзойти многих своих коллег-мужчин.
8 мин, 45 сек 9942
На самом деле Лиса родилась в декабре 1748 года, и ее настоящая фамилия была Родригес. Позже она взяла себе более достойную на ее взгляд фамилию де Жезуш, что говорило о немаленьких амбициях бедной девушки: в честь самого Иисуса Христа да еще с аристократической приставкой. Для тогдашней Португалии в этом не было ничего необычного. Фактически до XIX века здесь можно было взять любую фамилию, менять ее в течении жизни и передавать своим потомкам. До того, как попасть в поле зрения правосудия, Лиса успела побывать замужем, однако имя ее мужа не фигурировало во время процесса, из чего можно сделать вывод, что он к тому времени уже умер. Известный в Португалии психолог-криминалист Таня Конвалина-Сима считает, что в случае с Луисой де Жезуш можно предполагать очень неблагополучную жизнь с присутствием жестокого обращения в детстве. Луиса совершенно точно имела склонность к воровству, а в ее поведении прослеживается ряд таких характерных для серийных убийц отклонений, как садизм, нарцисизм и парафилия — сексуальное возбуждение от атипичных объектов, в данном случае младенцев. На то, что девушка получала сексуальное удовлетворение от убийства детей, может указывать ее привычка хранить останки своих жертв у себя дома. Однако главным мотивом убийцы была нажива. Стремление заработать много денег и навсегда избавиться от нищенского существования превратили молодую девушку в серийную детоубийцу.
Уловка адвоката провалилась. Суд постановил, что сеньора де Жезуш «была дееспособного возраста, чтобы понести наказание в соответствии с тяжестью ее преступлений». 1 июля Луиса де Жезуш была признана виновной и приговорена к смертной казни. Судья потребовал «наложить на подсудимую наказание, которое хоть бы в какой-то мере соответствовало жестокости таких ужасных преступлений (которые до сих пор не рассматривались ни в одном специальном законе) и скандала, вызванного ими».
Приговор был подтвержден 3 июля, поскольку португальские законы требовали, чтобы Лиса выплатила 50 000 риалов в качестве судебных издержек. Молодая женщина была приговорена к сожжению заживо, а да Сильва и коллеги Лисы признаны невиновными. Соучастие нотариуса выглядит очевидным, ведь он не мог не знать, что заверяет поддельные сертификаты, однако ему удалось избежать приговора, вероятно, откупившись. 20000 риалов, полученные Лисой, так и не удалось обнаружить. Следователи полагали, что девушка передала деньги на хранение неизвестному сообщнику, хотя сама подсудимая упорно отрицала наличие у нее каких-либо помощников.
Казнь детоубийцы была показательной и жестокой. По правилам, принятым в ту эпоху, Лису в рубахе без рукавов и с веревкой на шее провели по улицам Коимбры, в то время как глашатай зачитывал ее преступления. В процессе ее руки жгли раскаленными щипцами. Потом приговоренную доставили на эшафот, где отрубили руки. Лиса умерла от потери крови, поэтому на костре сожгли уже мертвое тело, которое затем было измельчено до состояния пепла. В приговоре уточнялось, что это было сделано, «дабы никогда более не осталось воспоминаний о таком чудовище».
Уловка адвоката провалилась. Суд постановил, что сеньора де Жезуш «была дееспособного возраста, чтобы понести наказание в соответствии с тяжестью ее преступлений». 1 июля Луиса де Жезуш была признана виновной и приговорена к смертной казни. Судья потребовал «наложить на подсудимую наказание, которое хоть бы в какой-то мере соответствовало жестокости таких ужасных преступлений (которые до сих пор не рассматривались ни в одном специальном законе) и скандала, вызванного ими».
Приговор был подтвержден 3 июля, поскольку португальские законы требовали, чтобы Лиса выплатила 50 000 риалов в качестве судебных издержек. Молодая женщина была приговорена к сожжению заживо, а да Сильва и коллеги Лисы признаны невиновными. Соучастие нотариуса выглядит очевидным, ведь он не мог не знать, что заверяет поддельные сертификаты, однако ему удалось избежать приговора, вероятно, откупившись. 20000 риалов, полученные Лисой, так и не удалось обнаружить. Следователи полагали, что девушка передала деньги на хранение неизвестному сообщнику, хотя сама подсудимая упорно отрицала наличие у нее каких-либо помощников.
Казнь детоубийцы была показательной и жестокой. По правилам, принятым в ту эпоху, Лису в рубахе без рукавов и с веревкой на шее провели по улицам Коимбры, в то время как глашатай зачитывал ее преступления. В процессе ее руки жгли раскаленными щипцами. Потом приговоренную доставили на эшафот, где отрубили руки. Лиса умерла от потери крови, поэтому на костре сожгли уже мертвое тело, которое затем было измельчено до состояния пепла. В приговоре уточнялось, что это было сделано, «дабы никогда более не осталось воспоминаний о таком чудовище».
Послесловие
В современной Португалии своеобразный интерес к личности Луисы де Жезуш появился у феминисток радикального толка. Они пытаются представить убийцу нескольких десятков детей идейным борцом с патриархатом, утверждая, что она якобы убивала только мальчиков. Документы судебного процесса про половую принадлежность жертв Луисы не говорят ничего определенного. Во всех записях они фигурируют под общим названием «невинные» — эпитет, которым в ту эпоху обозначали детей младенческого возраста. Но если героини из Луиса де Жезуш в любом случае не вышло, то в истории Португалии она останется как первая известная серийная убийца и последняя женщина, которой был вынесен смертный приговор.
Страница 3 из 3
