Любовь без памяти

— Похоже, что так, — с грустью улыбнулся он. — Что ты тут делаешь?

— Элиза выгнала меня проветриться, — нервно усмехнулся он. Он чувствовал себя смущенным, не знал, что говорить и как себя вести. — Погода, правда, не очень располагает. А ты? — Драко посмотрел на магазин позади Поттера, и в душе шевельнулась искра надежды.

— Драко, послушай. Я вспомнил!

Улыбка мигом покинула лицо блондина, и он с тревогой посмотрел на Гарри.

— Я помню, как мы были в Италии. Сидели на берегу моря, твоя голова лежала у меня на коленях, и мы говорили про пластинки! Не хватало музыки, но нам было так хорошо! — выпалил он на одном дыхании и замер, глядя в глаза Малфоя. Он не мог интерпретировать то, что видел в них. Надежду? Печаль?

— И это все? — разочарованно протянул Драко, горько усмехнувшись.

Гарри стушевался. Такой реакции он и боялся. На несколько секунд наступила полная тишина, и Поттер был готов провалиться сквозь землю. Ему было неловко, стыдно за себя и за то, что надеялся, что это короткое воспоминание сможет что-то изменить.

— Извини, — пробормотал он смущенно, пятясь назад. — Я все понимаю. Тебе этого мало, да?

— А тебе? — В глазах Драко вновь мелькнула надежда. Он сделал осторожный шаг навстречу.

Минута показалась обоим часами ожидания. Похоже, что оба задержали дыхание, не в силах выдохнуть или произнести хоть слово. Оба понимали: сейчас все или ничего.

— А мне и без этого достаточно… — выдохнул Гарри.

Драко схватил его и стиснул в крепких объятиях. Он дрожал то ли от холода, то ли от страха, и Гарри захотелось немедленно согреть и уберечь от любых ненастий любимого человека.

— Драко, я уверен, как бы далеко ни завел меня разум, мое сердце всегда будет искать дорогу к тебе, — успел прошептать он прежде, чем губы Малфоя накрыли его.

Никто из них с точностью не мог бы сказать, сколько они так простояли. Минуты или десятки минут показались вечностью. Они вжимались друг в друга, боясь отпустить хоть на мгновение, боясь разрушить этот хрупкий момент счастья. Это было время, которого им так не хватало. Эти поцелуи стали жизненно необходимыми. Не мешала ни пурга, сметающая все на своем пути и покрывающая их с ног до головы снегом, ни холодный ветер, который трепал светлые и темные волосы, переплетающиеся вместе, ни слезы, которые катились по щекам — не было даже понятно, чьи они — теперь все было общим.

Когда они наконец очнулись от этого сладкого забытья, Драко обхватил ладонями лицо Гарри и чувственно прошептал, глядя прямо в этот бесконечный зеленый омут беспамятства:

— Я тебя больше никуда не отпущу. — Гарри улыбнулся и помотал головой, соглашаясь с ним. Он потерся холодным носом о раскрасневшуюся щеку блондина. — Пойдем домой?

— Да, — радостно закивал Поттер и, решившись, добавил — Я люблю тебя, Драко. И еще я знаю, что в случившемся нет твоей вины. Прости, что сразу не поверил тебе.

Блестящие серые глаза с любовью смотрели на него.

— И ты прости, что заставил тебя сомневаться. И что разозлился тогда. Я тоже тебя люблю. Больше всего на свете. Но, Гарри, ты точно уверен, что больше ничего не хочешь знать? — с нежностью спросил его Драко, проводя рукой по щеке любимого, стирая не то растаявшие снежинки, не то слезы.

— Мне кажется, я знаю достаточно, — улыбнулся брюнет, но задумался на мгновение. — Хотя нет, есть еще кое-что.

Драко слегка напрягся.

— И что же?

— Как в итоге закончился тот матч на шестом курсе?

— Поттер, ты не выносим, — закатил глаза Драко и вновь крепко поцеловал его, уходя от ответа.

P.S. Куда делось то дерево, Гарри так и не узнал. Но одним ранним утром колдомедик Генри Коллинз получил огромную посылку, к которой была прикреплена карточка с пожеланием хорошего дня.