На автостанции было непривычно многолюдно для середины декабря. Хотя в остальном все выглядело довольно обычно: в воздухе стойко держалась вонь автомобильных испарений, диспетчер громко, но неразборчиво рассказывала об отмене рейсов, а зазывалы нелегальных перевозчиков вовсю драли глотки, сообщая о последних местах в быстрых бусиках.
26 мин, 5 сек 3231
Семён довольно улыбнулся, поднес ко рту стакан с охлажденным вином и сделал глоток. Алкоголь резко и непривычно обжег его изнутри. Парень с удивлением откинул прибор. Стекло, ударившись об стенку комнаты, рассыпалось по зеленоватой плитке сотнями осколков, вылившаяся из него жидкость была похожа на кровь.
Семён вдруг заметил, что вода в ванной стала слишком холодной, пена исчезла. Он поднял ручку краника, но тот лишь издал хрипящий звук, так и не выдав ни капли. В воздухе, еще минуту назад так сладко насыщенном ароматическими маслами, появился странный запах. Будто бы кто-то с той стороны двери в комнату поставил огромный и полный мусорный бачок.
Семён обнял колени руками. Ему было холодно, но он не хотел выходить из воды. Его мутило. Голова кружилась так, словно Семён был сильно пьян. Не выдержав, он открыл рот, из которого тут же прямо в воду полилась густая красная смесь. С каждым приступом, тело парня, покрывшееся гусиной кожей, судорожно содрогалось. Выпущенная из желудка жидкость скользила по телу Семёна. Сидя в ванне, наполненной собственными выделениями, парень плакал, мучительно надрываясь с каждым рвотным позывом.
«Семён»….
Внезапно раздавшийся холодный и незнакомый голос шел из-за двери. Прямо оттуда, где кто-то будто бы поставил тот самый мусорный бачок, с запахом словно из той комнаты куда его положила спать Юлька.
«Семён»….
Парень съежившись смотрел на дверь, и вздрогнул от неожиданности, когда с той стороны раздался скрежет. Что-то или кто-то настойчиво водило чем-то большим и острым по тоненькой преграде, которая отделяла Семёна от воображаемого мусорного бачка.
«Семён… Я люблю тебя».
Семён вдруг подумал, что ему еще никогда не было так страшно. Что он готов сделать что угодно, лишь бы тот, кто был за этой дверью, не добрался до него. Внезапно его снова стало мутить. Выпуская новые струи красной массы, Семён краем глаза заметил как дверь беззвучно отворилась, а за ней, в кромешной и беспроглядной темноте…
Семён вздрогнув открыл глаза и понял, что сидит у унитаза. Взмокший, со спущенными штанами. Сильно кружилась голова, но блевать уже не хотелось. Видно все вышло, когда он был в отключке. Семён вытерся оторванной от рулона туалетной бумагой, и поднялся на ноги, заметив, что красноватая рвота была не только в самом унитазе — она была повсюду.
Семён толкнул дверь и вошел в темноту. Свет в доме не горел.
«Все уже ушли… Сколько же я там просидел»….
Он на ощупь скользнул в коридор, и зашел в комнату, куда его раньше отвела Юлька. На одной из кроватей сладко спала Лиза. Семён осторожно лег к ней, приметив, что на другой кровати лежит большое свернутое одеяло.
«Тёплое… Наверное, Юлька принесла»….
Перед тем как закрыть глаза и заснуть, парень задумался о том каким же забавным чувством юмора обладает ночная темнота, с легкостью превращая одни предметы в другие. Вот и одеяло, думал Семён, словно и не одеяло вовсе, а девушка… с таким красивым, но почему-то мертвым лицом.
— Мистер Кролик! Нам пора домой, — сказала миссис Кролик, поднявшись на задние лапки.
Мистер Кролик стоял прямо перед их норой, на поляне покрытой сказочно зеленого цвета травой. Он, как и миссис Кролик, знал, что им пора возвращаться домой после длительной и далекой прогулки, но жутко боялся.
Тяжелые серые тучи, готовые в любой момент взорваться сильным ливнем, заполонили небо, в считанные минуты прогнав прочь уже слабо светящее солнце. Сочная зелень на поляне вмиг потеряла свою красоту, и теперь выглядела уставшей и старой.
— Мистер Кролик! Нам пора домой, — снова сказала миссис Кролик.
Мистер Кролик обернулся и внимательно посмотрел на свою жену. Как же ему нравились ее ушки, густая черная шерстка с симпатичным белым пятнышком на животе, и эта розовая заколка… Она придавала ей особый шарм.
Мистер Кролик очень хотел вернуться домой, но боялся того кто засел в их норе. Он знал, что запах, который так сильно чувствуется и идет из их жилища, бывает только в норах хищников. Противный запах, запах его мертвых родных, друзей и соплеменников. Поэтому мистер Кролик так сильно боялся.
Устав ждать ответ, миссис Кролик проскакала мимо мужа. Прямо к их норе.
— Мистер Кролик! Возвращайтесь когда закончите свои дела. Я пока приготовлю нам ужин, — сказала миссис Кролик.
Мистер Кролик знал, что если сейчас не остановит свою жену, то больше никогда ее не увидит. Но он не мог ее остановить, потому что боялся подойти ближе к их норе. А миссис Кролик почему-то не замечала страшного запаха, и поэтому совсем не боялась. Подойдя к норе, она без колебаний проникла внутрь.
«Ничего».
Мистеру Кролику казалось, что прошло уже больше часа, как его жена вернулась домой. Все это время он простоял на задних лапках, рассматривая вход в нору, как ему казалось, на безопасном расстоянии. Мистеру Кролику было горько на душе, когда он думал о том, что дал умереть своей любимой. Не остановил ее. Ему казалось, что он чувствует запах ее тела, такого, со сладковатой примесью, который обычно исходит от его мертвых друзей, убитых свирепыми хищниками.
Семён вдруг заметил, что вода в ванной стала слишком холодной, пена исчезла. Он поднял ручку краника, но тот лишь издал хрипящий звук, так и не выдав ни капли. В воздухе, еще минуту назад так сладко насыщенном ароматическими маслами, появился странный запах. Будто бы кто-то с той стороны двери в комнату поставил огромный и полный мусорный бачок.
Семён обнял колени руками. Ему было холодно, но он не хотел выходить из воды. Его мутило. Голова кружилась так, словно Семён был сильно пьян. Не выдержав, он открыл рот, из которого тут же прямо в воду полилась густая красная смесь. С каждым приступом, тело парня, покрывшееся гусиной кожей, судорожно содрогалось. Выпущенная из желудка жидкость скользила по телу Семёна. Сидя в ванне, наполненной собственными выделениями, парень плакал, мучительно надрываясь с каждым рвотным позывом.
«Семён»….
Внезапно раздавшийся холодный и незнакомый голос шел из-за двери. Прямо оттуда, где кто-то будто бы поставил тот самый мусорный бачок, с запахом словно из той комнаты куда его положила спать Юлька.
«Семён»….
Парень съежившись смотрел на дверь, и вздрогнул от неожиданности, когда с той стороны раздался скрежет. Что-то или кто-то настойчиво водило чем-то большим и острым по тоненькой преграде, которая отделяла Семёна от воображаемого мусорного бачка.
«Семён… Я люблю тебя».
Семён вдруг подумал, что ему еще никогда не было так страшно. Что он готов сделать что угодно, лишь бы тот, кто был за этой дверью, не добрался до него. Внезапно его снова стало мутить. Выпуская новые струи красной массы, Семён краем глаза заметил как дверь беззвучно отворилась, а за ней, в кромешной и беспроглядной темноте…
Семён вздрогнув открыл глаза и понял, что сидит у унитаза. Взмокший, со спущенными штанами. Сильно кружилась голова, но блевать уже не хотелось. Видно все вышло, когда он был в отключке. Семён вытерся оторванной от рулона туалетной бумагой, и поднялся на ноги, заметив, что красноватая рвота была не только в самом унитазе — она была повсюду.
Семён толкнул дверь и вошел в темноту. Свет в доме не горел.
«Все уже ушли… Сколько же я там просидел»….
Он на ощупь скользнул в коридор, и зашел в комнату, куда его раньше отвела Юлька. На одной из кроватей сладко спала Лиза. Семён осторожно лег к ней, приметив, что на другой кровати лежит большое свернутое одеяло.
«Тёплое… Наверное, Юлька принесла»….
Перед тем как закрыть глаза и заснуть, парень задумался о том каким же забавным чувством юмора обладает ночная темнота, с легкостью превращая одни предметы в другие. Вот и одеяло, думал Семён, словно и не одеяло вовсе, а девушка… с таким красивым, но почему-то мертвым лицом.
— Мистер Кролик! Нам пора домой, — сказала миссис Кролик, поднявшись на задние лапки.
Мистер Кролик стоял прямо перед их норой, на поляне покрытой сказочно зеленого цвета травой. Он, как и миссис Кролик, знал, что им пора возвращаться домой после длительной и далекой прогулки, но жутко боялся.
Тяжелые серые тучи, готовые в любой момент взорваться сильным ливнем, заполонили небо, в считанные минуты прогнав прочь уже слабо светящее солнце. Сочная зелень на поляне вмиг потеряла свою красоту, и теперь выглядела уставшей и старой.
— Мистер Кролик! Нам пора домой, — снова сказала миссис Кролик.
Мистер Кролик обернулся и внимательно посмотрел на свою жену. Как же ему нравились ее ушки, густая черная шерстка с симпатичным белым пятнышком на животе, и эта розовая заколка… Она придавала ей особый шарм.
Мистер Кролик очень хотел вернуться домой, но боялся того кто засел в их норе. Он знал, что запах, который так сильно чувствуется и идет из их жилища, бывает только в норах хищников. Противный запах, запах его мертвых родных, друзей и соплеменников. Поэтому мистер Кролик так сильно боялся.
Устав ждать ответ, миссис Кролик проскакала мимо мужа. Прямо к их норе.
— Мистер Кролик! Возвращайтесь когда закончите свои дела. Я пока приготовлю нам ужин, — сказала миссис Кролик.
Мистер Кролик знал, что если сейчас не остановит свою жену, то больше никогда ее не увидит. Но он не мог ее остановить, потому что боялся подойти ближе к их норе. А миссис Кролик почему-то не замечала страшного запаха, и поэтому совсем не боялась. Подойдя к норе, она без колебаний проникла внутрь.
«Ничего».
Мистеру Кролику казалось, что прошло уже больше часа, как его жена вернулась домой. Все это время он простоял на задних лапках, рассматривая вход в нору, как ему казалось, на безопасном расстоянии. Мистеру Кролику было горько на душе, когда он думал о том, что дал умереть своей любимой. Не остановил ее. Ему казалось, что он чувствует запах ее тела, такого, со сладковатой примесью, который обычно исходит от его мертвых друзей, убитых свирепыми хищниками.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 5 из 8
