Дождь. Ненавижу дождь. Ненавижу весёлый весенний дождик, ненавижу мрачный и депрессивный дождь осенью, чёрт, я даже ненавижу пушистый снег, который кружит по ночам зимой в тусклом свете фонарей. Но больше всего я ненавижу летние грозы. Настоящие, свирепые грозы, граничащие со штормом, вызывают во мне не просто страх — панику. Я не уверен, что смогу написать свою историю до конца, ведь небо на западе снова потемнело, и первые робкие капли уже начали барабанить по подоконнику, а значит, скоро придут они — и на этот раз мне не удасться скрыться…
Добавить в моё избранное
9 мин, 39 сек 5847
А завтра я собирался въехать в новую съёмную квартиру. Находится она в другом конце города, поэтому до работы пришлось бы добираться дольше, чем раньше. Но я готов был хвататься за любую соломинку. Сегодня я должен был вернуться в свою квартиру, чтобы собрать вещи. Я бы никогда на такое не отважился, однако недоумевающее лицо сестры убедило меня, что ещё одного необъяснимого ребяческого поступка она от меня не потерпит — по крайней мере, без правдоподобных объяснений. Тем более, что сестра сама предложила свою помощь — и вечером, после работы, мы договорились встретиться у меня. День сегодня был солнечный, настроение у меня впервые за последние полгода было приподнятое, ощущение постоянной опасности пропало. Поэтому после работы я без опаски пошёл домой. Безоблачное небо над головой только прибавляло оптимизма.
Зайдя в квартиру, я обошёл все комнаты, выдохнул и начал быстро собирать вещи. Сестра должна была прийти через час. Разбирая старые журналы, я ушёл глубоко в свои мысли. Из ступора меня вывел звук удара. Я прислушался — вроде всё тихо. Через десять секунд звук повторился. Гром. Надвигалась гроза. В конце осени. Все страхи, которые, как мне казалось, я смог в себе побороть, накатили с новой силой. Я сидел на полу, не в состоянии ничего сделать. Гроза неслась на меня, дождь лил сплошной стеной, выбивая на жестяном подоконнике кошмарную дробь. Я понял, что это конец. Все мои жалкие попытки, все уловки — всё было напрасно. Они идут.
Запах жжёной резины заполнил квартиру полностью. Начала кружиться голова. Я не выходил из комнаты, но чувствовал, что он стоит в прихожей. Я его не видел, но знал, что улыбка буквально разрывает его лицо.
Я сижу спиной к открытой двери в коридор. Я не слышал шаги, но я знаю, что он продвигается всё ближе. Он видит, что я сейчас печатаю этот текст. Я вижу размытое отражение его лица на глянцевой поверхности ноутбука.
Ещё ближе. Я почти не могу дышать от запаха резины. Затылком я уже ощущаю его дыхание. Невозможно редкие для нормального человека вздохи. Раз в несколько минут. Они обжигают меня.
Он стоит прямо передо мной. У меня катятся слёзы, печатать становится почти невозможно. Он поднимает руку и снимает перчатку, егопальцвыфвцуамауамммммммм.
3он сказал ты теперь знаешь мы придём мы всегда приходим с дождём.
Зайдя в квартиру, я обошёл все комнаты, выдохнул и начал быстро собирать вещи. Сестра должна была прийти через час. Разбирая старые журналы, я ушёл глубоко в свои мысли. Из ступора меня вывел звук удара. Я прислушался — вроде всё тихо. Через десять секунд звук повторился. Гром. Надвигалась гроза. В конце осени. Все страхи, которые, как мне казалось, я смог в себе побороть, накатили с новой силой. Я сидел на полу, не в состоянии ничего сделать. Гроза неслась на меня, дождь лил сплошной стеной, выбивая на жестяном подоконнике кошмарную дробь. Я понял, что это конец. Все мои жалкие попытки, все уловки — всё было напрасно. Они идут.
Запах жжёной резины заполнил квартиру полностью. Начала кружиться голова. Я не выходил из комнаты, но чувствовал, что он стоит в прихожей. Я его не видел, но знал, что улыбка буквально разрывает его лицо.
Я сижу спиной к открытой двери в коридор. Я не слышал шаги, но я знаю, что он продвигается всё ближе. Он видит, что я сейчас печатаю этот текст. Я вижу размытое отражение его лица на глянцевой поверхности ноутбука.
Ещё ближе. Я почти не могу дышать от запаха резины. Затылком я уже ощущаю его дыхание. Невозможно редкие для нормального человека вздохи. Раз в несколько минут. Они обжигают меня.
Он стоит прямо передо мной. У меня катятся слёзы, печатать становится почти невозможно. Он поднимает руку и снимает перчатку, егопальцвыфвцуамауамммммммм.
3он сказал ты теперь знаешь мы придём мы всегда приходим с дождём.
Страница 3 из 3
