Май-июнь 1998. На профессионального киллера Павла Тумасова после очередного выполненного «заказа» начинается охота. Скрываясь от преследователей, Павел уезжает в родной Баку. Там он узнает, что его племянница, с которой он разговаривал пару дней назад по телефону, на самом деле уже год как погибла в автокатастрофе. Расследуя причины ее гибели, Павел погружается в криминальную жизнь города и сталкивается с каннибалами…
238 мин, 25 сек 3837
Татьяны рядом не было. Дверь в мастерскую и гараж был закрыты. Павел совершил легкую утреннюю пробежку, выпил кофе, и только тогда увидел Татьяну, появившуюся откуда-то со стороны дома, принадлежащей брату.
— А где Эрик?
— Уехал рано утром. Его сегодня не будет.
— Какие планы на сегодня?
— Да никаких.
— Я только съезжу в город и вернусь.
— Я может быть, тоже. Так что если вдруг приедешь и меня не будет, не удивляйся.
— А ты на чем поедешь?
— На автобусе.
— По такой жаре километр с лишним пешком до остановки тяжеловато… — протянул Павел. — может тебя лучше подвезти?
— Не надо, справлюсь. Езжай. — улыбнулась Татьяна.
Тумасов сел в «БМВ» и машинально сунул руку в бардачок. Пистолета не оказалось.
Павел провел рукой под сидением — пистолета не было.
Куда же он делся?
Он включил рацию, лежавшую рядом, на пассажирском сидении.
Тишина. Рация была испорчена.
Не подавая виду, он завел мотор и помчался в город.
Неподалеку от дома, в застроенном старыми домами квартале Павел вскоре нашел подходящее место. С улицы, густо обсаженной деревьями, он свернул в тупичок, словно специально прикрытый от посторонних глаз раскидистыми каштанами. Напротив находились какие-то складские помещения.
Он тщательно осмотрел машину — никаких следов подаренного Хамидом «ТТ».
Дома Павел сразу принял душ и из-за изнуряющей жары переоделся в классические футбольные шорты, открывающие мощные ляжки, и застиранную футболку. Пройдя на кухню, он заварил ароматный чай.
«А все-таки зря они пистолет украли. — думал Павел, маленькими глотками потребляя обжигающую жидкость. — Тем самым, они выдали себя, признав, что есть что-то такое, чего они опасаются».
Вскоре раздался звонок.
Тумасов осторожно прошел к двери и поднял дверной глазок. На пороге стоял Расул, помощник Хамида.
Он молча вошел в квартиру и вытащив из барсетки небольшую пузатую коробочку, положил ее на стол.
— Хозяин просил передать. — равнодушно произнес он.
Вот оно. Отпечатки.
— Спасибо. Что-нибудь еще?
Но Расул ушел по-английски, не попрощавшись и была слышна только дробь его шагов на лестнице.
Павел открыл коробочку. Там было четыре кружка из какого-то мягкого вещества, вроде пластилина, на каждом из которых был виден четкий отпечаток пальца. Каждый кружок был искусно упакован в полиэтилен от случайной порчи.
Значит, отпечаток одного из пальцев Татьяны им не удалось переснять, — подумал Павел. — что же, играю четыре против одного. Хорошие шансы.
Он поехал к Татьяне почти сразу после этого, близость разгадки манила его.
Когда он приехал в поселок, Татьяны еще не было. Он обошел дом по периметру, внимательно осмотрев его, насколько позволял мощный забор.
— Как ракушка, — подумал Павел. — с захлопывающимися створками…
Ход его мыслей нарушил скрип колес. Как оказалось, Татьяна приехала на велосипеде.
— Привет. — она слезла с двухколесного транспорта. Широкая юбка ей весьма шла. — А я к подруге ездила.
Она открыла полностью ворота. Павел аккуратно заехал на площадку.
— Зачем сюда? — удивилась она. — Давай прямо в гараж, не стесняйся, Эрика все равно нет.
Пока Тумасов загонял «БМВ» в гараж, Татьяна успела переодеться по примеру Павла в шорты и футболку, на горловине которой висели темные очки.
— Поможешь мне картину упаковать? — спросила она. — А то брат уехал, а мне нужно для покупателя оформить посылку.
Гремя ключами, Татьяна открыла мастерскую. На мольберте стоял готовый холст — старик с дыней, полотно, которое Павел видел позавчера.
— Вместе с подрамником снимаем, — отметила Татьяна. — осторожно.
Она взяла со стола рулон пищевой пленки, расстелила ее. Вместе с Павлом они сняли картину с мольберта, обернули ее в пленку. Затем она притащила два листа вспененного полиэтилена и положила их вперемежку с толстым картоном в два ряда на красочный слой, создав нечто вроде защитного бутерброда.
— Закрепляй. — приказала она Павлу, кидая ему широкий рулон скотча.
С немалым трудом и осторожностью картина наконец была упакована.
— Хорошо поработали — досрочно освободились. — подмигнула Татьяна Павлу.
Обедали они в беседке. Жара стояла изнурительная, солнце, хоть уже и не находилось в зените, жарило беспощадно.
— Это что? — спросил Павел, когда Татьяна принесла дымящуюся тарелку.
— Мясо с овощами. — уклончиво ответила она.
— По такой жаре — тяжеловато. — отвечал Павел, наливая холодной воды со льдом из графина.
— Сейчас вина принесу. — Татьяна вышла из-за стола и вскоре вернулась с кувшином, полным кислого домашнего вина. — Угощайся.
Павел ел сравнительно мало, вино с холодной водой было в самый раз по такой жаре. Перебрать он не боялся, экстремальность ситуации мобилизовывала.
Татьяна в темных очках вяло ковыряла вилкой. Павел улавливал фальшь, наигранность, но виду не подавал.
Так прошло около часа. Они перебрасывались ничего не значащими фразами.
— Пойдем на кухню, здесь слишком жарко. — предложила Татьяна. — тарелки оставь здесь.
— А где Эрик?
— Уехал рано утром. Его сегодня не будет.
— Какие планы на сегодня?
— Да никаких.
— Я только съезжу в город и вернусь.
— Я может быть, тоже. Так что если вдруг приедешь и меня не будет, не удивляйся.
— А ты на чем поедешь?
— На автобусе.
— По такой жаре километр с лишним пешком до остановки тяжеловато… — протянул Павел. — может тебя лучше подвезти?
— Не надо, справлюсь. Езжай. — улыбнулась Татьяна.
Тумасов сел в «БМВ» и машинально сунул руку в бардачок. Пистолета не оказалось.
Павел провел рукой под сидением — пистолета не было.
Куда же он делся?
Он включил рацию, лежавшую рядом, на пассажирском сидении.
Тишина. Рация была испорчена.
Не подавая виду, он завел мотор и помчался в город.
Неподалеку от дома, в застроенном старыми домами квартале Павел вскоре нашел подходящее место. С улицы, густо обсаженной деревьями, он свернул в тупичок, словно специально прикрытый от посторонних глаз раскидистыми каштанами. Напротив находились какие-то складские помещения.
Он тщательно осмотрел машину — никаких следов подаренного Хамидом «ТТ».
Дома Павел сразу принял душ и из-за изнуряющей жары переоделся в классические футбольные шорты, открывающие мощные ляжки, и застиранную футболку. Пройдя на кухню, он заварил ароматный чай.
«А все-таки зря они пистолет украли. — думал Павел, маленькими глотками потребляя обжигающую жидкость. — Тем самым, они выдали себя, признав, что есть что-то такое, чего они опасаются».
Вскоре раздался звонок.
Тумасов осторожно прошел к двери и поднял дверной глазок. На пороге стоял Расул, помощник Хамида.
Он молча вошел в квартиру и вытащив из барсетки небольшую пузатую коробочку, положил ее на стол.
— Хозяин просил передать. — равнодушно произнес он.
Вот оно. Отпечатки.
— Спасибо. Что-нибудь еще?
Но Расул ушел по-английски, не попрощавшись и была слышна только дробь его шагов на лестнице.
Павел открыл коробочку. Там было четыре кружка из какого-то мягкого вещества, вроде пластилина, на каждом из которых был виден четкий отпечаток пальца. Каждый кружок был искусно упакован в полиэтилен от случайной порчи.
Значит, отпечаток одного из пальцев Татьяны им не удалось переснять, — подумал Павел. — что же, играю четыре против одного. Хорошие шансы.
Он поехал к Татьяне почти сразу после этого, близость разгадки манила его.
Когда он приехал в поселок, Татьяны еще не было. Он обошел дом по периметру, внимательно осмотрев его, насколько позволял мощный забор.
— Как ракушка, — подумал Павел. — с захлопывающимися створками…
Ход его мыслей нарушил скрип колес. Как оказалось, Татьяна приехала на велосипеде.
— Привет. — она слезла с двухколесного транспорта. Широкая юбка ей весьма шла. — А я к подруге ездила.
Она открыла полностью ворота. Павел аккуратно заехал на площадку.
— Зачем сюда? — удивилась она. — Давай прямо в гараж, не стесняйся, Эрика все равно нет.
Пока Тумасов загонял «БМВ» в гараж, Татьяна успела переодеться по примеру Павла в шорты и футболку, на горловине которой висели темные очки.
— Поможешь мне картину упаковать? — спросила она. — А то брат уехал, а мне нужно для покупателя оформить посылку.
Гремя ключами, Татьяна открыла мастерскую. На мольберте стоял готовый холст — старик с дыней, полотно, которое Павел видел позавчера.
— Вместе с подрамником снимаем, — отметила Татьяна. — осторожно.
Она взяла со стола рулон пищевой пленки, расстелила ее. Вместе с Павлом они сняли картину с мольберта, обернули ее в пленку. Затем она притащила два листа вспененного полиэтилена и положила их вперемежку с толстым картоном в два ряда на красочный слой, создав нечто вроде защитного бутерброда.
— Закрепляй. — приказала она Павлу, кидая ему широкий рулон скотча.
С немалым трудом и осторожностью картина наконец была упакована.
— Хорошо поработали — досрочно освободились. — подмигнула Татьяна Павлу.
Обедали они в беседке. Жара стояла изнурительная, солнце, хоть уже и не находилось в зените, жарило беспощадно.
— Это что? — спросил Павел, когда Татьяна принесла дымящуюся тарелку.
— Мясо с овощами. — уклончиво ответила она.
— По такой жаре — тяжеловато. — отвечал Павел, наливая холодной воды со льдом из графина.
— Сейчас вина принесу. — Татьяна вышла из-за стола и вскоре вернулась с кувшином, полным кислого домашнего вина. — Угощайся.
Павел ел сравнительно мало, вино с холодной водой было в самый раз по такой жаре. Перебрать он не боялся, экстремальность ситуации мобилизовывала.
Татьяна в темных очках вяло ковыряла вилкой. Павел улавливал фальшь, наигранность, но виду не подавал.
Так прошло около часа. Они перебрасывались ничего не значащими фразами.
— Пойдем на кухню, здесь слишком жарко. — предложила Татьяна. — тарелки оставь здесь.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 56 из 67
