Эльдар, которого друзья и любовница Ира ласково звали Эльдарчик, решил заработать денег нечестным путём. Он организовал фонд помощи больным смертельными болезнями детям отказникам. Нанял фотографов и те в разных ракурсах нафотографировали детей со страшными опухолями на лицах…
Самой сильной фотографией стала та, на которой Эльдарчик сфотографировался с тремя близнецами. Это были два мальчика и девочка лет пяти-шести. Если смотреть со спины, то за исключением немного увеличенных голов всё казалось нормальным. Но когда дети поворачивались лицом, то выглядели действительно ужасно.
Особенно девочка. Опухоль на её лице напоминала огромного осьминога, забравшегося и ползущего ей на макушку. Девочку звали Надя. А братьев — Лёша и Борис. У Лёши, начиная от верхней губы, как у жабы надувался огромный кожаный пузырь, в котором будто жило что-то — жидко перекатывалось и переваливалось. У Бориса рядом с правым ухом словно бы рос вполовину меньшая копия его головы. Без нормальной кожи. С красной и болезненно натянутой, готовой вот-вот лопнуть и обнажить что-то мерзкое.
Папа и мама этих трёх близнецов перед тем как зачать и родить их, облучились на какой-то недавней аварии, о которой писали все газеты.
Эльдарчик старался не смотреть на детей, когда его фотографировали рядом с ними. Да чего уж там, он старался не дышать. А после фотосессии, когда фотографы складывали зонтики и аппаратуру, эта троица подошла к нему. Они отодвинули свои опухоли так, чтобы те не мешали и спросили его.
— А куда пойдут эти денежки?
— Вам на конфетки, деточки, — осклабился Эльдар, думая что для смертельно больных инвалидов, эта троица поразительно общительна.
— А вы нам купите в детскую комнату турник? — спросил Лёша.
Эльдарчик чуть не опешил от такой наглости. Ну, куда тебе-то с таким набалдашником на подбородке ещё и турник? Ты ж случайно себе отдерёшь эту хрень вместе с башкой. Эльдар заставил себя приторно улыбнуться и сказал.
— Конечно. И турник поставим и лесенку прикрутим.
— Лесенка у нас уже есть, — сказала Надя.
Как дети сдувают мокрые волосинки со лба, так она подёргивалась и старалась сдуть ошмётки кожаного осьминога — опухоли, чтобы видеть дяденьку лучше.
— Ну, вот видите детки, всё и решилось само собой. Я ещё даже не знаю, сколько вам денежек собрали.
— Мы старались, правда, дядя? — сказал Борис, и голос его был глухой и неправильный, потому что губы вытягивала его вторая опухольная голова.
— Дай-то бог, чтобы всё у вас получилось. Спасибо вам, — сказала санитарочка и погладила Эльдара по дорогому пиджаку. Эльдар брезгливо посмотрел на это место.
— Наши деточки так страдают. Они правда очень старались. Позировали тут. Да, мылышечки мои?
— Шоколадок нам накупят, — попыталась улыбнуться Надя.
Эльдар кивнул и подумал, что эта улыбка будет сниться ему остаток всей его жизни. Будто осьминог показал ему свои маленькие глазки.
Эльдар прибежал в офис. Здесь всё было упаковано собрано и по правде говоря тут никто уже не работал почти три месяца. Всё было готово к одному единственному переводу денег на счёт оффшорной компании, через подставные фирмы которой владел сам Эльдарчик.
Он набрал номер и задал всего два вопроса.
— Сколько? Когда?
Голос в трубке назвал шестизначную сумму и добавил — долларов, понимаешь? Это Клондайк какой-то. Бабло текло рекой. Сегодня ночью и утром последним траншем деньги упадут нам на счёт. Конец связи.
— Конец связи, — Эльдар выключил телефон.
Что делать с такой огромной суммой? Это ведь как голливудские звёзды или футболист Рональдо зарабатывает! Мальдивы, личный самолёт. Жена останется здесь. Для неё он просто исчезнет — пропадёт без вести, как и для всех приятелей и партнёров. Какого чёрта столько лет было колупаться в нищенском бизнесе, когда здесь — с помощью трёх фотографов и не особо хитрой системы сбора и перевода денег он за половину сраного месяца собрал такие бабки!
Может быть, яхту купить? Обязательно. Остальное я положу в Швейцарский банк на разные счета. Нужно будет сказать об это поверенному в Швейцарии, — сонно думал Эльдарчик, засыпая, как он думал последний раз в кровати с женой. С Ирой у них не было секса уже пол года. Она думала, что Эльдар из-за постоянных стрессов в бизнесе превратился или в импотента или стал гомиком. Но Эльдар просто не хотел Иру, и тупо мастурбировал перед работой в душевой кабине, помогая себе кончить мягкой струёй джакузи.
— В дверь звонят, — сказала вдруг жена сквозь сон.
— Пусть звонят, — Эльдар подумал, что в Ницце купит отдельный дом. Никаких квартир. Хватит с него быдло соседей.
В дверь звонили всё настойчивей.
— Я открою, — сказала Эльдар.
— Чёрт знает что, утром надо быть в аэропорту, а там какая-то мерзость названивает.