Маньяк

Как же так?! Он не замедлил появиться в поле зрения. Высокий детина в темной рубахе с закатанными рукавами, в серых брюках и темных кроссовках наклонился над девушкой и еще раз заехал ей ногой в живот. Она попыталась слабо отмахнуться, но удар был сильным, и рука ломко и податливо ушла в сторону. Детина стал перед девушкой на колени и начал лихорадочно расстегивать ее джинсы… Дальше бездействовать я не мог, оцепенение буквально вырвалось из меня, подбросив на ноги. В сгустившемся безмолвии, нарушаемом лишь чуть слышным стоном девушки, я подскочил к детине и отточено двинул его пяткой в затылок. В последнее мгновение он почувствовал неладное и бросился лицом вниз, одновременно выбросив назад правую ногу. Она нашла цель — мою голень — и, возопив от боли, я рухнул на плиты, неудачно приземлившись на выставленные руки. Вспышка боли затмила сознание, однако я успел заметить, что детина уже на ногах, и инстинктивно откатился в сторону. Однако он не терял времени даром. Едва я нашел опору, как перед глазами мелькнула его нога, и только чудом мне удалось отбросить голову назад так, что кроссовка задела лишь верх лба и ушла выше. Я рефлекторно сделал дугообразный взмах ногой, пытаясь подсечь его. Мне это удалось! С громким выдохом детина оказался на земле. Я, прекратив попытки подняться, бросился на него. Вцепившись левой рукой в тут же треснувший ворот рубахи, правой я зарядил ему прямо в переносицу. Однако он умело блокировал удар — левой согнутой в локте рукой вправо, к себе, чем подсек мою руку. Своим же правым запястьем он одновременно врезал мне по шее. Я повалился на бок, однако все же продолжая сжимать его ворот и пытаясь лягаться. Наше положение было неясным, но… Громкий вскрик, тупой звук удара, и сопротивляющийся противник внезапно расслабился, превратившись в податливый манекен. Я отпустил ворот и, приподнявшись на локте, увидел девушку, стоящую на коленях и сжимающую в руке увесистый камень. По лицу ее катились слезы, однако ни рыдания, ни всхлипов не было слышно. Она молча смотрела не поверженного детину, а я смотрел на нее.

— Я убила его? — тихо прошептала она наконец. Я, все еще лежавший на земле, протянул руку и коснулся его запястья. Крупная вена, которую я нашел почти сразу, вяло пульсировала. Покачав головой, я встал на колени и ощупал голову детины. Крови не было. Гигантская шишка — вот все, что будет его беспокоить, когда он придет в себя.

— Нет, просто вырубила, — слабо сказал я, — ты как? Девушка отбросила камень, встала и помогла подняться мне.

— Это было ужасно… — дрожащим в беззвучном плаче голосом промолвила она, — Я даже не успела обернуться, как он… Она с отвращением посмотрела на распростертое на земле тело и поморщилась. Я осмотрелся. Негодяй наверняка появился из-за каштанов. Эту ли девушку он ждал или собирался напасть на любого, кто здесь пройдет, я не знал. Однако вероятность того, что в столь поздний час в этой части парка кто-то появится случайно, была мизерной.

— Ты знаешь его? — спросил я, поддев ногой неподвижное тело.

— Нет, а что? — Всхлипнула девушка. Даже если он ждал именно ее, у него ничего не вышло.

— Ничего. Пойдем отсюда, — сказал я и взял ее под руку.

— Нужно найти телефон и вызвать милицию. Мы пошли по тропинке, то и дело оглядываясь. Через минуту выйдя на асфальтовую дорожку, девушка прижалась ко мне, ее начала бить дрожь — наступала нервная разрядка. Я чувствовал тепло ее плоти, такой мягкой и упругой. Наши прижавшиеся тела разделяли только моя рубаха и ее тенниска, и я каждой частичкой кожи ловил эти очаровательные касания, ощущая, как кровь приливает к лицу и паху.

— Хорошо, что ты оказался рядом, — шептала она, — Я иногда чувствовала, что за мной кто-то следит, но думала, что это просто глупые страхи. Если бы не ты… — Что «если бы не я»?

— Он ведь хотел изнасиловать меня, правда? — девушка содрогнулась, — О Боже, спасибо, что ты послал мне его.

— Она вгляделась в мою физиономию.

— Ты симпатичный, — сказала она, — А ведь мы так и не познакомились. Я — Оля. Я крепче обнял ее за талию и представился… Телефон-автомат мы нашли на выходе из парка. Дежурный сказал, что машина выезжает, и попросил оставаться на месте. Я положил трубку. До ее дома было всего два квартала, и мы прошли их, прижавшись друг к другу и даже не вспоминая о случившемся. Оля оказалась студенткой и сообщила, что сейчас у них летние каникулы. Я же ответил, что только-только начался отпуск и свободного времени у меня — завались… Когда мы оказались у порога ее дома, новенькой девятиэтажки, Оля предложила зайти на чашку чая, однако я, сославшись на поздний час, отказался.

— Ты позвонишь мне? — спросила она, пристально глядя в глаза. Мы стояли друг напротив друга, я сжимал ее ладони в своих.

— Обязательно, — ответил я.

— Завтра же.

— Лучше приходи. Я молча кивнул. Минуту мы стояли и молча тонули в глазах друг у друга. Наконец Оля смежила веки, приподнялась на цыпочках и коснулась моих губ своими. Я обалдело замер.

— До завтра, — прошептала она, отстранившись и неожиданно подмигнув.