Побег из-под конвоя Анатолия Нагиева — это разговор особый. Кто он такой — Анатолий Гусейнович Нагиев, схлопотавший к 23 годам «вышку» за зверское убийство четырёх человек? Родился в Дагестане, из бедной семьи, отец ингуш, мать — казашка. Ростом едва дотянул до 157 см и, как многие невысокие подростки, стремился компенсировать недостаток«вершков» качествами, которые придали бы ему авторитет в среде приятелей.
«Взяли» Нагиева оперативники новочеркасской тюрьмы и опера ростовского управления исправительно-трудовых учреждений. Пришла информация, что в стогу прячется не то мужчина, не то женщина. Выехала группа захвата во главе с Николаем Винниковым, начальником по режиму и охране СТ-3. Накрыли его недалеко от стога. Он был в женских лохмотьях. Выскочил сам, когда группа подошла вплотную. Нагиев бросился на одного из оперов не то с вилами, не то с лопатой. Тот и засадил в него обойму ПМ. Думали, насмерть. Выжил…
Остаётся добавить, что на Нагиеве был женский лифчик.
В тюрьме после в лазарете уже через неделю Нагиев стал подниматься. В нём было дикое желание выжить. Кавказец лелеял мысль о новом побеге: лишь бы времени хватило! Но времени не хватило. В ночь, когда его забирали из камеры «на исполнение», Нагиев умудрился напасть на контролёра — и откусил ему фалангу пальца! Надеялся, что зачтут как новое преступление, повезут на пересуд, а там — судьба подбросит шанс. Главное — его не упустить!
… Палец контролёру быстро перевязали.
— Грузите суку, — бросил офицер со злыми глазами. — «Воронок» ждёт.
Нагиев понял: это — финиш.
Похоронили маньяка в безымянной могиле — с биркой на ноге.