Маньяками становятся не за один день

— Александр Олимпиевич, бытует мнение, что на Дону существует особая аномальная зона, способствующая появлению серийных убийц. Есть ли основания для такого предположения? — В Ростовской области с 1987 по 1997 год было выявлено 34 серийных убийцы. По этим показателям мы стали «чемпионами» мира. Тогда и возникло убеждение, что на Дону есть какая-то природная аномалия. Но я считаю это полным абсурдом. Думаю, что столь значительное число задержанных объясняется высоким профессионализмом работников местной милиции и прокуратуры. А маньяков-убийц, поверьте мне, немало и в других регионах.

Серийность убийств — это не случайный фактор, он имеет свои законы происхождения и, как инфаркт, рак, шизофрения, повторяется с определенной частотой. В одних странах реже, в других чаще. Все зависит от социальных условий. По моим подсчетам, произведенным в 1998 году, ежегодно в России происходит 110-130 серий, а за 10-летний период — от 900 до 1000 серий, в результате которых гибнут около 4000 человек. Эти расчеты были подтверждены Генеральной прокуратурой и соответствовали реальному числу заведенных уголовных дел. Проблема кроется в раскрываемости подобных преступлений. По статистике, в России ежегодно исчезают от 15 до 20 тыс. человек, многие из них становятся жертвами серийных убийц, которые ловко прячут трупы. А у нас, к сожалению, считается, что, если нет трупа, человек жив.

По розыску и поимке серийных убийц Ростов опередил США. Даже ФБР, где я читал лекции, не может похвастаться такими показателями. Дело в том, что еще во время поимки Чикатило у нас была организована уникальная система розыска, в создании которой я принимал непосредственное участие. Разработанная нами концепция предполагает, чтобы еще до задержания преступника его злодеяния были выделены в самостоятельные серии, а не рассматривались как разрозненные убийства. Обычно психиатры помогают следствию, когда маньяк уже пойман. Но ведь они могут, исходя из опыта, накопленного психиатрией, предугадывать действия убийцы, давая консультации сыщикам, направляя их поиск. В течение двух лет я читал следователям лекции, помогал в некоторых оперативных мероприятиях. Так и возникла новая наука — криминальная психиатрия. Если бы такая система была создана повсеместно, многие кровавые фантазии маньяков остались бы невоплощенными.

— Есть ли общие принципы, по которым развивается серийный убийца? — В Институте имени Сербского моя ученица защитила диссертацию по убийцам, изучив 57 опасных преступников, орудовавших на территории области с 1987 по 1997 год. Из них 34 были серийными убийцами. Выяснилось, что криминальная «карьера» большинства из них (92 %!) начиналась в возрасте до 30 лет, а предрасположенность к убийствам развивалась по одним и тем же законам. Существуют определенные факторы, которые со временем«отпечатываются» в мозге. Их объединение, как в атомной бомбе, дает цепную реакцию. Маньяком становятся не за один день. Это длительный процесс, корни которого уходят в детство.

У серийного убийцы четко просматриваются специфические изменения головного мозга, которые можно выявить с помощью ядерно-магнитной томографии. Другой не менее важный фактор — тяжелая беременность, протекающая в условиях либо сложной экологической ситуации, либо хронических стрессов. Мать одного из серийных убийц рассказывала, что во время беременности работала в самом тяжелом по токсичности цехе одного из химзаводов и у нее были очень тяжелые роды. Почти все серийные преступники получили травму мозга во время родов.

Плюс специфика воспитания. Практически все серийщики воспитывались в неполных семьях. К детям относились очень строго, они не получали душевного тепла от родителей. Такие дети прячутся от действительности в мире фантазий, который сами же создают.

Для примера можно взять Юрия Цюмана, известного еще как Черноколготочник. Жестокость и насилие окружали его с раннего детства. Цюман рос в семье алкоголиков, где регулярно возникали скандалы. Мать постоянно избивала мальчика, угрожая за непослушание повесить или задушить веревкой.

Самые известные серийные преступники, в том числе и Чикатило, были несчастными детьми, объектами насилия.

— Человек с набором таких патологий обречен стать маньяком? — Остановить человека у опасной черты вполне реально путем комплексного лечения. Но на быстрый результат рассчитывать не приходится: лечение и реабилитация людей с опасным садизмом достаточно сложны. Могут быть срывы.

Однажды к нам обратился молодой человек, объяснивший, что только на кладбище он может получить удовольствие от близости с женщиной, а во время акта возникает желание причинить боль партнерше — ударить или укусить. Мы начали лечение, но вскоре приехал отец пациента, который запретил юноше проходить реабилитацию, аргументировав тем, что «его сын не сумасшедший»