Она похоронила Мужа и Сына, и Внуков, и Правнуков…
1 мин, 30 сек 17601
Она помнила их маленькими и толстощекими и седыми и сгорбленными.
Мать ощущала себя одинокой березкой среди выжженного Временем леса.
Мать молила даровать ей Смерть: любую, самую мучительную.
Ибо она устала жить.
Но приходилось жить дальше…
И единственной отрадой для Матери были Внуки ее Внуков, такие же глазастые и пухлощекие. И она нянчилась с ними и рассказывала им всю Жизнь, и Жизнь своих детей и своих внуков…
Но однажды Гигантские Слепящие Столбы выросли вокруг Матери, и она видела, как сгорали заживо ее праправнуки, и сама кричала от боли плавящейся кожи и тянула к Небу иссохшие желтые руки и проклинала его за свою Судьбу.
Но Небо ответило новым свистом разрезаемого воздуха и новыми вспышками Огненной Смерти.
И в судорогах, заволновалась Земля, и миллионы душ вспорхнули в Космос.
А Планета напряглась в ядерной апоплексии и разорвалась вдрызг… Маленькая розовая Фея, покачиваясь на янтарной веточке, уже в который раз щебетала своим подружкам о том, как много лет назад, пролетая на другой конец Вселенной, она заметила голубовато-зеленую, сверкающую в лучах Космоса небольшую Планету.
— Ах, она так чудесна! Ах! Она так прекрасна! — ворковала Фея.
— Я весь день летала над изумрудными полями! Лазурными озерами! Серебристыми реками! Мне было так хорошо, что я решила совершить какое-нибудь Доброе Дело! И я увидела Мальчика, одиноко сидящего на берегу усталого пруда, и я подлетела к нему и прошептала: «Я хочу выполнить твое Заветное Желание! Скажи мне его!». И Мальчик поднял на меня прекрасные темные глаза: «У моей Мамы сегодня день рождения. Я хочу, чтобы Она, несмотря ни на что, жила вечно!».
— Ах, какое благородное желание! Ах, какое оно искреннее! Ах, какое оно возвышенное! — пели маленькие Феи.
— Ах, как счастлива эта Женщина, имеющая такого благородного сына! В оранжевом от звезд и комет Космосе мчались раскаленные куски разорвавшейся Планеты.
И на одном из черных обломков сидела Мать, застывшая в Отчаянии и Бессмертии…
Мать ощущала себя одинокой березкой среди выжженного Временем леса.
Мать молила даровать ей Смерть: любую, самую мучительную.
Ибо она устала жить.
Но приходилось жить дальше…
И единственной отрадой для Матери были Внуки ее Внуков, такие же глазастые и пухлощекие. И она нянчилась с ними и рассказывала им всю Жизнь, и Жизнь своих детей и своих внуков…
Но однажды Гигантские Слепящие Столбы выросли вокруг Матери, и она видела, как сгорали заживо ее праправнуки, и сама кричала от боли плавящейся кожи и тянула к Небу иссохшие желтые руки и проклинала его за свою Судьбу.
Но Небо ответило новым свистом разрезаемого воздуха и новыми вспышками Огненной Смерти.
И в судорогах, заволновалась Земля, и миллионы душ вспорхнули в Космос.
А Планета напряглась в ядерной апоплексии и разорвалась вдрызг… Маленькая розовая Фея, покачиваясь на янтарной веточке, уже в который раз щебетала своим подружкам о том, как много лет назад, пролетая на другой конец Вселенной, она заметила голубовато-зеленую, сверкающую в лучах Космоса небольшую Планету.
— Ах, она так чудесна! Ах! Она так прекрасна! — ворковала Фея.
— Я весь день летала над изумрудными полями! Лазурными озерами! Серебристыми реками! Мне было так хорошо, что я решила совершить какое-нибудь Доброе Дело! И я увидела Мальчика, одиноко сидящего на берегу усталого пруда, и я подлетела к нему и прошептала: «Я хочу выполнить твое Заветное Желание! Скажи мне его!». И Мальчик поднял на меня прекрасные темные глаза: «У моей Мамы сегодня день рождения. Я хочу, чтобы Она, несмотря ни на что, жила вечно!».
— Ах, какое благородное желание! Ах, какое оно искреннее! Ах, какое оно возвышенное! — пели маленькие Феи.
— Ах, как счастлива эта Женщина, имеющая такого благородного сына! В оранжевом от звезд и комет Космосе мчались раскаленные куски разорвавшейся Планеты.
И на одном из черных обломков сидела Мать, застывшая в Отчаянии и Бессмертии…
