Мечта человечества

Интересно. За мной они приезжали или не за мной… — подумал я. Частота биения сердца приходило в норму. Самочувствие постепенно улучшалось.

Если этот наряд не за мной, то с минуты на минуту могут приехать те, что за мной.

Минуточку. Остановил я поток рассуждений и задал себе вопрос. А ты какой адрес менту сказал? Я расплылся в довольной улыбке. Мытищинский. Значит, они сначала в Мытищи должны приехать. Пусть едут. Ага.

Вот нервишки то расшатались. Скоро собственной тени бояться начну.

Пойти посмотреть на шоу или нет-задал я себе вопрос. Любопытство пересилило. Надев джинсы и свитер, я выглянул в темноту коридора. У открытой на распашку двери, ведущей на лестничную площадку, стояла моя пожилая соседка Клавдия Ивановна. В руке она сжимала электрический фонарик.

— Дим. — Ты тоже слышал?— спросила она меня

Я поморщился на луч света фонарика, направленного мне в лицо.

— Слышал, слышал. — ответил я. Милиция приезжала, к этим… — я запнулся подбирая подходящее название алкашам с первого этажа, синонима не нашлось и я продолжил,

— Стреляли. Теперь уехали.

С лестничной площадки послышались чьи-то шаги. Кто-то, тяжело дыша, поднимался по лестнице. Мелькал луч фонарика. Мы с Клавдией Ивановной вышли на лестничную площадку и увидали соседа с восьмого этажа. Кажется, его звали Григорий или Георгий, отставной военный вобщем.

— Фууу… — выдохнул сосед и остановился передохнуть на нашей площадке. Он поздоровался.

— Что случилось-то?? — спросил я его.

— Ой, страшное дело случилось, — ответил он. — Петьку Семенова и его сына Ваську с первого этажа застрелили.

— А вы откуда узнали? — спросил я перевел взгляд на соседку.

Клавдия Ивановна, с испугом на лице, уставилась на соседа.

— Я это все видел, чудом в живых-то остался. — ответил мне толи Григорий толи Георгий. — С полчаса назад как, мать их, Семеновых, прибежала к соседке и плачет, слова сказать не может. Я тут мимо проходил. Послушал. Мать Семеновых трясется вся и рассказывает, что спала у себя и встала на шум, и увидела как отец сына ест. Муж ее Петька ее увидал и за ней. Ну, она и бегом к соседям, милицию вызывать.

— Кто кого там ел? — спросил я. В голове у меня всплыл милицейский капитан, и треск разрываемой его зубами моей куртки.

— Не знаю уж, как он там его ел.-отвечал мне сосед. — говорю, что слышал. Может, померещилось ей.

Вот когда милиция приехала, и дверь открыли, Петр и на них накинулся. Собаку покусал. Милиционера от него не оторвать было. Вот его и пристрелили, а потом уж…

— Хосспади, шо делается-то… произнесла Клавдия Ивановна перекрестившись.

— И что потом? -спросил я.

— А вот потом Васька, сын его, вышел. Весь в крови. Рубашка разодрана. Глаза бешенные. Мать его как увидела заорала. Ну он как не нее и набросится. Она бежать. Тут менты и палить начали. Мать Семеновых к соседям увели. Она чокнулась от такого поди. И не мудрено в один вечер мужа и сына потерять.

— Погоди… Он что на мать набросился?! — воскликнула моя соседка. — Ведь я же его вот с таких лет знаю. Клавдия Ивановна подняла руку, указывая на рост Васьки лет тридцать назад. — Ну выпивал он да. Но чтобы на мать руку поднять… Распустился. Вот до чего водка доводит. Прости господи…

— Мда… Картина маслом, — произнес я и спросил. — а что сейчас там?

— Сейчас там крови полная площадка. Я уходил, сказал, чтобы Петра с Васькой накрыли чем-нибудь.

— А вы там как оказались? — спросил я соседа.

— Да сидели мы с Кузьмичом, с третьей квартиры, в шахматы играли. Черт меня дернул на крик выйти. Я же милицию и вызывал. Теперь не усну. Как вспомню все это… Ладно пойду я, а то сердце чего-то пошаливает… произнес военный пенсионер и не спеша стал подниматься к себе на восьмой этаж.

Мы с соседкой вернулись в наш тамбур.

— Хосспади. — только и произнесла Клавдия Васильевна… — Я же его вот с таких лет знала… А матери каково? А? Не дай бох.

— Меньше пить надо. — отрезал я. — Спокойной ночи Клавдия Ивановна.

— Да уж. Теперь спокойной. Какая спокойная может быть после такого… Ответила мне соседка.

— Не берите в голову. — перебил я ее дальнейшую речь, вошел к себе и закрыл за собой дверь квартиры.

— Алкашня. — с презрением подумал я о жильцах первого этажа. — Жаль, что не вся семейка на тот свет отправилась. Может в освободившуюся квартиру нормальные люди въехали бы.

— Ну да ладно… одни уехали, могут за мной приехать следующие.

Как это не было печально, но приходилось задействовать план «Б».