Memento morbid

— Я не из полиции, — повторил Байрон. — И это может быть делом жизни и смерти. Я пытаюсь установить связь между Брэдли и еще тремя убийствами.

— Адвокату моему расскажи, — провозгласил владелец ломбарда, скрестив руки на груди и косясь на Байрона. — Я сказал все, что собирался.

Байрон вздохнул и вернул фото в карман плаща. Взамен он положил на прилавок свою визитку.

— Если передумаете, свяжитесь со мной по этому номеру. Этот разговор несказанно важен для меня. Он может спасти чью-то жизнь. — Он оглянулся на катану, чувствуя в ней затаенную угрозу.

— Может, и ваша под угрозой.

— Поимею в виду, — сказал владелец ломбарда. — Теперь не будете ли любезны уйти, я закроюсь на обед.

Пока его выпроваживали из лавки, Байрон изучал катану. Любопытно было обнаружить столь экзотическое оружие в пыльном ломбарде Феникса. За этим стояла история, но он не мог найти ключа, который бы ее отпер. И вместо этого обнаружил себя на тротуаре, а другой ключ запирал за его спиной дверь.

Через стекло двери Байрон видел, как владелец ломбарда метнулся в задние комнаты. Интересно, сохранил бы этот человек аппетит, если бы Байрон рассказал, что за угроза, по его мнению, нависла над его головой.

— К вам посетитель, — эти слова едва вышли изо рта Беверли, как детектив Каффран пробился мимо нее в кабинет Байрона. Судя по выражению лица, коп, обращаясь к оккультному сыщику, разрывался между злостью и самодовольным превосходством.

— Мы получили ордер и вывернули лавку Даймлера наизнанку. — Шикарных японских мечей нигде не было.

Байрон откинулся в кресле.

— Но из дома старушки подобный предмет пропал. Я сказал вам, что он в том ломбарде. Брэдли пошел туда сбыть украденное с места преступления.

Каффран нахмурился.

— Даймлер уже попадался на сбыте краденого, — признал он. — Но это не значит, что я верю в чушь про привидений, которую ты навязываешь.

Тирада детектива оборвалась, когда Байрон передал ему листок бумаги. Каффран такие письма уже видел и всегда при мрачных обстоятельствах.

— Оно пришло утром, — сказал Байрон, пока Каффран читал письмо. — Похоже, он описывает Даймлера.

Каффран, бегло прочитав, отозвался:

— Я отправлю людей его охранять. Чокнутый переиграл сам себя. Теперь мы знаем, где он ударит. И будем готовы.

Байрон повернулся и глянул поверх куклы-качина.

— Не думаю, что ваши люди помогут, — заявил он. — И потом, если вы читали письмо, похоже, Даймлер выскользнул мимо охраны. Если только они не решили, что лучше его спрятать сзади, в переулке.

— Не надо мне опять про призрака, — пробурчал Каффран. — Тот, кого мы ищем — какой-то маньяк. Теперь, зная, кто следующая жертва, мы его поймаем.

Отойдя от стола, Байрон подошел к одной из книжных полок, выстроившихся по стенам его кабинета. Снял один из томов и раскрыл его на помеченном месте.

— На протяжении истории было описано немало случаев, когда предметы обретали сверхъестественные свойства. Если они оказывали положительное влияние, их почитали святыми реликвиями. Если их действие причиняло вред, их называли «проклятыми».

— Чушь, — отозвался Каффран.

Байрон захлопнул книгу и хмуро покосился на детектива.

— Я провел свое расследование, — сказал он Каффрану. — Когда узнал, что искать и какие вопросы задавать. Мы знали, что миссис Франко обладала мечом и что того больше нет в ее доме. Меч, подходящий под описание, был в лавке Даймлера, а теперь похожий человек описан как следующая жертва в новом письме. Мы можем логически предположить, что посредником, переместившим меч из дома миссис Франко в ломбард, послужил Питер Брэдли. Брэдли, который также был убит.

— Если меч был там, — сказал Каффран. — Пока ты единственный, кто его там видел. Не сказал бы, что это подкрепляет твою теорию.

— Тогда, может, объясните то, что я выяснил, опросив друзей бригадира Мартина, — подзадорил Байрон. — Я спросил, не владел ли Мартин японским мечом, и они припомнили любопытное происшествие. Он играл в покер с Эрни Саундерсоном, первой жертвой.

Саундерсон сильно проигрался — такого проигрыша за ним те, кого я опрашивал, не припомнят — и предложил меч, лежавший у него в грузовике, чтоб покрыть недостающие пять долларов. Это случай так запомнился остальным игрокам потому, что Саундерсону словно не терпелось проиграть Мартину раздачу.

Каффран принялся ковырять в ухе, слушая заявление Байрона.

— Хотите сказать, они оба владели одним и тем же мечом? — Нет, — поправил его Байрон, — я хочу сказать, что все четыре жертвы — а теперь Даймлер — владели этим мечом. Тут уже слово «совпадение» кажется натяжкой.

Детектив осмотрелся в кабинете Байрона, словно видя его впервые, его взгляд задержался на маске-фетише зуни, висящей на стене, и копье маори для львов в углу.

— Ладно, — признал он с ноткой беспокойства в голосе. — Признаю, то, что все они могли владеть этим твоим мечом — необычно. И Даймлера мы еще разок проверим.

— Думаю, толку не будет, — вздохнул Байрон. — Думаю, я сделал ошибку, надавив на него. Думаю, я его спугнул. Думаю, он уже избавился от меча.

Каффран медленно кивнул.