Мертвая музыка

— Нужно что-нибудь новенькое придумать, — мучился владелец.

— А то ведь у всех вокруг — одно и то же: кухня, официанты, живая музыка… И вдруг его осенило.

— А пусть у меня будет мертвая музыка! Такого еще ни у кого не было. Народ повалит, денежки потекут.

Тут он еще больше воодушевился:

— И устроить в ресторане все можно стильно. Например, столы черными скатертями застелить. С одной стороны — музыке соответствует, с другой — пятен не видно: экономия получается.

Так и сделал.

Только того он не знал, что мертвую музыку играть никак нельзя. От живой музыки в ресторане люди оживляются и больше денег на еду тратят. А от мертвой?

Вот и пошло все наперекосяк.

Едва заиграло, как за столиком мужчина подавился. Ему меню не в то горло попало. Он упал, посинел и умер. Или умер, а потом посинел — за этим как-то не уследили.

Приехала скорая помощь — помочь быстренько избавиться от трупа. Погрузили его и уехали. А по пути в аварию попали и все расшиблись в лепешку — медики с носилками ведь тоже музыку мертвую слышали, пока по залу шли, а до водителя она через открывшуюся дверь долетела.

А мужчина, между прочим, успел на огромные деньжищи деликатесов назаказывать. И все перепробовал, что обидно — повару не вернешь. Официант, который с него платы получить не успел, пошел в туалет и покончил с собой.

А другой мужчина, который был еще не очень пьян, и поэтому тактичен, долго ждал перед занятой официантом кабинкой, заработал разрыв мочевого пузыря и умер от заражения. Правда, через два дня и в операционной, но все-таки.

А официантка с подносом оступилась и сломала себе жизнь. Она бы ее, если честно, все равно сломала, но не так скоро. Мертвая музыка ее просто подтолкнула.

А к главному бухгалтеру ресторана внезапно нагрянула налоговая инспекция, и у него сердце остановилось. Так его потом и похоронили — сам лежит, а сердце не бьется. У инспекции, между прочим, без главного бухгалтера тоже не заладилось. Завязли проверяющие в финансовой отчетности ресторана. Намертво.

А шеф-повар пролил масло на плиту и вспыхнул. Но его потушили. Хотя и не сразу. Кипятком из большой кастрюли. Такая вот ерунда вышла: не рыба, не мясо.

А в зале тем временем еще трое скончались. За разными столами. Они отравились чем-то. Один из них, правда, понял, что дело не ладно, сунул палец в горло, и его стошнило у всех на виду. Но он тоже умер. От стыда.

А швейцар, кланяясь, дверь не удержал, и она ему голову отрезала. А когда он повалился, вовсе пополам перерубила. Там пружина хорошая стояла.

А вторая скорая помощь, прибыв, в витрину въехала, и всех в ней стеклом посекло. А от натекшего бензина кое-кто даже задохся.

А один богатый старичок сказал, что теперь ему и жить незачем, поэтому он немедленно завещал все свои сбережения официанту, который его обслуживал. А другие официанты подслушали это и счастливчика в кладовке удавили. Но тут и до них бензинные пары доползли.

А в кухне стали выбирать голосованием нового шеф-повара, передрались и нанесли друг дружке множество ударов, несовместимых с жизнью. С использованием режущих и колющих предметов.

А гардеробщица попыталась вызвать новую скорую помощь, но оператор ей сказал, что на них скорых помощей не напасешься, после чего повесился на телефоне — ему мертвую музыку из трубки было слышно.

А мертвая музыка все продолжала играть. Как оркестр на «Титанике».

Но безобразия в ресторане еще можно было прекратить — требовалось только от мертвой музыки избавиться. Однако сделать это мог лишь владелец ресторана, а он, празднуя нововведение, упился вусмерть и уже и не оклемался.

Так что дела в ресторане пришли в полный упадок, и начался в нем бессрочный мертвый сезон.