Октябрьским прохладным вечером, в начале седьмого часа, я шёл на встречу с интересным человеком. В руках у меня был большой пакет с десятком виниловых пластинок, ещё советских, с классической музыкой. На днях, проглядывая местную газету, я наткнулся на заинтересовавшее меня объявление. «Куплю виниловые пластинки, дорого», — прочитал я и, позвонив по предложенному телефону, договорился принести часть своей обширной коллекции и, если пластинки не разочаруют, а меня устроит цена, то продать и всё остальное.
14 мин, 47 сек 10229
Уже совсем стемнело, и в окно смотрел пустыми глазницами кратеров жёлтый череп восходящей луны. Я уже хотел взять пакет с пластинками, как вдруг внимание моё привлёк один предмет, лежащий на одном из кресел возле окна. Это была бедренная кость, инкрустированная золотом. Я взял её в руки, разглядел несколько отверстий, догадавшись, что это своеобразный музыкальный инструмент, типа гобоя. Непреодолимое любопытство заставило меня припасть устами к концу кости, опустив пальцы на отверстия. Признаюсь, с детства меня особо влекла музыка, доводя чуть ли не до экстаза. Я всегда жалел, что родители отдали меня учиться рисовать, а не в музыкальную школу. В старших классах пытался освоить самостоятельно некоторые инструменты, не без успеха, в том числе и флейту.
И вот сейчас, вспомнив школьные годы, я осторожно дунул в полость кости, перебирая пальцами отверстия. Меня поразил колдовской, певучий голос этого музыкального инструмента. Казалось, юная девушка пела своим чистым голосом, плавно беря высокие ноты и так же плавно спускаясь на низкие.
Я просто улетел с этими звуками и вынужден был насильно прервать игру. Ещё раз разглядев кость, я решительно сунул её в пакет с пластинками — должен же я получить хоть какую-нибудь компенсацию за моральный ущерб.
Я уже шагнул к выходу, как вдруг за спиной моей натужно скрипнула открываемая кем-то дверь. Я резко обернулся. Из ванной выходил скелет, повернув пустые глазницы в мою сторону.
Положив пакет на стол, я хлопнул три раза в ладоши и раздражённо приказал низким голосом:
— Элина, будь добра, замри на два часа.
Но странно, скелет не послушал моей команды, продолжая идти в мою сторону. И тут только я разглядел какой он высокий, также я увидел на шейных позвонках висевшую золотую цепочку со звездой Давида и болтающийся на запястье браслет с часами.
— Барон! — вскрикнул я и, забыв про пакет, бросился к выходу.
Уже когда я схватился за ручку двери и потянул её на себя, то услышал, как за моей спиной клацнули зубы и холодные костяные пальцы схватили моё горло мёртвой хваткой и с нечеловеческой силой сдавили…
И вот сейчас, вспомнив школьные годы, я осторожно дунул в полость кости, перебирая пальцами отверстия. Меня поразил колдовской, певучий голос этого музыкального инструмента. Казалось, юная девушка пела своим чистым голосом, плавно беря высокие ноты и так же плавно спускаясь на низкие.
Я просто улетел с этими звуками и вынужден был насильно прервать игру. Ещё раз разглядев кость, я решительно сунул её в пакет с пластинками — должен же я получить хоть какую-нибудь компенсацию за моральный ущерб.
Я уже шагнул к выходу, как вдруг за спиной моей натужно скрипнула открываемая кем-то дверь. Я резко обернулся. Из ванной выходил скелет, повернув пустые глазницы в мою сторону.
Положив пакет на стол, я хлопнул три раза в ладоши и раздражённо приказал низким голосом:
— Элина, будь добра, замри на два часа.
Но странно, скелет не послушал моей команды, продолжая идти в мою сторону. И тут только я разглядел какой он высокий, также я увидел на шейных позвонках висевшую золотую цепочку со звездой Давида и болтающийся на запястье браслет с часами.
— Барон! — вскрикнул я и, забыв про пакет, бросился к выходу.
Уже когда я схватился за ручку двери и потянул её на себя, то услышал, как за моей спиной клацнули зубы и холодные костяные пальцы схватили моё горло мёртвой хваткой и с нечеловеческой силой сдавили…
Страница 5 из 5
