МИФфия невыполнима

— Гленда каким-то образом была на крючке, — сказал Ааз, — я заметил это лишь после того, как мы обсудили все наши планы.

— Ты хочешь сказать, что противнику известны наши намерения? — спросила Танда.

— Весьма возможно.

— Какая удача! — язвительно произнес я.

«Интересно, — подумал я, — сколько добровольцев-дружинников я успею сразить золотой лопатой, прежде чем они меня повяжут?»

— Вы готовы? — спросил Ааз.

— Ты хочешь, чтобы я шел первым? — поинтересовался я, все еще не зная, куда идти.

— Некоторое время первым пойду я, — ответил Ааз и взял в руки факел, который мы предусмотрительно прихватили из первого туннеля. — Думаю, что свет нам не помешает.

Я выбрал немного энергии из общего потока и направил ее на факел. Тот, естественно, сразу же загорелся. Кто мог бы подумать, что совсем недавно этот простой трюк давался мне с огромным трудом? Всего год назад я, вместо того чтобы зажечь факел, мог спалить всю библиотеку с ее антикварной мебелью и старинными манускриптами.

— Иди за мной, — бросил Ааз и исчез в каменной стене.

— Ну и местечко, — заметил я и шагнул следом, держа перед собой лопату на случай, если камень вдруг окажется камнем.

Через мгновение я очутился в узком, вырубленном в скале туннеле. Еще через миг из каменной стены вынырнула Танда.

Передо мной оказались ступени, ведущие куда-то в недра земли. Конец спуска терялся во тьме, свет факела туда не доходил.

В туннеле было холодно и пыльно. Ясно, что нога человека (или вампира!) не ступала здесь много-много лет. Каждый наш шаг поднимал четко видимые в свете факела клубы пыли.

— Мы здесь экранированы? — спросил Ааз.

— Не хуже, чем в библиотеке, — ответила Танда. — Граф Жвачник наверняка не хотел, чтобы о существовании этого хода знали другие.

— Это облегчит нам жизнь, — заметил я, и Ааз утвердительно кивнул.

Убедившись, что мы готовы двинуться вперед, мой наставник поднял факел повыше и зашагал вниз по каменным ступеням.

Спуск в недра занял много времени и оказался не очень приятным, поскольку каждый наш шаг по-прежнему вздымал тучи пыли. Я не мог представить, кто и как мог когда-то пробить этот туннель.

Спускаться я еще кое-как спускался, но подъем представлялся мне совершенно невозможным. Я не смог бы здесь карабкаться вверх, даже находясь на пике спортивной формы.

Наконец этот кошмарный, занявший, как мне показалось, целую вечность спуск завершился; дальше туннель шел горизонтально.

— Карту! — приказал Ааз.

Танда подошла к нему, и мы все склонились над пергаментом. В неярком свете факела и в клубах пыли карта была едва различима.

Мне стало ясно, что мы достигли самой глубокой точки туннеля. Внимательно оглядев каменные стены и потолки, я увидел бесконечную каменную толщу, нависающую над нашими головами. Мне вдруг стало трудно дышать, и я запаниковал.

— Неужели нам так необходимо идти дальше?

Танда устремила взгляд на карту, а Ааз одарил меня улыбкой. Его зеленая чешуя была покрыта толстым слоем пыли, и желтые глаза казались крошечными дырочками в грязи.

— Небольшой приступ клаустрофобии? — спросил он.

— Не знаю, что это такое, — ответил я, не представляя, что означает это очень длинное и красивое слово.

Ааз частенько забывал, что я явился из самого медвежьего угла самого отсталого мира.

— Ощущаешь, как на тебя давит горная масса? — спросила Танда.

— Что есть, то есть, — сказал я. — Гораздо больше, чем мне того хотелось бы. И все вашими молитвами.

— Не волнуйся, малыш, мы почти у цели, — усмехнулся Ааз.

— В таком случае — вперед, — произнес я, пытаясь подавить страх при виде ожидающего меня узкого каменного коридора.

Ааз внимательно посмотрел мне в глаза и двинулся по туннелю. Я пошел следом, держа наготове золотую лопату. Если потолок туннеля рухнет, то я окажусь похороненным с ценным предметом в руках, что, несомненно, порадует будущих гробокопателей. Через пару сотен шагов каменный коридор снова пополз вверх. Ступень за ступенью. Все вверх и вверх. Длительное восхождение меня так утомило, что я даже перестал бояться обвала.

— Ну и дела, — протянул Ааз, — здесь же почти нечем дышать.

Услыхав его слова, я вдруг осознал, что мне тоже не хватает воздуха. Час от часу не легче! Итак, если мне не суждено быть погребенным под обвалом, я непременно погибну от удушья.

— Почти на месте, — услыхал я позади себя голос Танды, а затем послышалось шуршание пергамента.

Ааз кивнул и двинулся дальше. Шел он медленно, едва переставляя ноги. Мне было чуть легче, потому что я использовал золотую лопату в качестве посоха.

Шаг. Звон лопаты о камень. Шаг. Звон. Шаг. Звон. Звон эхом катился по туннелю позади нас.

Если наша задумка не сработает, предстоит долгое возвращение по этому мрачному коридору. Я, конечно, постараюсь доковылять до покоев Харольда, но неохота — страшно.

Шаг. Звон. Шаг. Звон.

Неужели это будет продолжаться вечно?

Нет, это невозможно.

Скорее всего мы сделали петлю и теперь возвращаемся обратно.

Глаза слезились от пыли, на зубах хрустела все та же пыль.

— Пришли, — еле слышно прохрипел Ааз.