МИФтерия жизни

Я по достоинству оценил вклад Гвидо в решение этой проблемы, тем более что собственного решения у меня и не было. К сожалению, он, похоже, кое-что упустил в своих рассуждениях.

— Гм… Я не вполне понимаю, Гвидо, — сказал я. — Какой смысл ставить кого-то из армейских надзирать за армией? Я имею в виду, с какой стати наш инспектор будет чем-то отличаться от тех, кого он должен инспектировать? — Тут есть два обстоятельства, — ответил мой телохранитель, впервые за время нашего разговора озаряясь улыбкой. — Во-первых, я кое-кого уже приметил на должность инспектора. Это один из моих армейских корешей.

Поверьте мне, босс, эта личность не испытывает особой любви к армейским порядкам. Вообще-то я уже подготовил бумаги для официального назначения. Вам надо только подписать.

Он протянул мне свиток, который все время вертел в руках, и я понял, что свое предложение он действительно обдумал заранее.

— Забавное имя для солдата, — заметил я. — Паук.

— Поверьте, босс, — настойчиво повторил Гвидо. — Это то, что нужно для такой работы.

— Ты говорил про два обстоятельства? — напомнил я. — А второе какое? — Знаете, я подумал, что вам понадобится парочка личных представителей, чтобы следить за всем на месте. Представителей, которые будут докладывать обо всем лично вам. Тогда у вас будет двойная гарантия, что армия ничего от вас не скрывает.

— Понятно, — откликнулся я, вертя в руках свиток. — И полагаю, у тебя уже есть на примете парочка кандидатур для этого дела, да? — М-м-м… ну, вообще-то…

— Не знаю, Гвидо, — произнес я, покачав головой. — То есть идея хорошая, но не думаю, что смогу обойтись без вас обоих — без тебя и Нунцио. По крайней мере я хотел бы, чтобы Нунцио немного позанимался с Глипом. Я хочу быть твердо уверен, что с драконом все в порядке.

— На самом деле, босс, — осторожно сказал мой телохранитель, пристально разглядывая свои массивные кулаки, — я имел в виду не Нунцио. Я думал, может, мы с Пуки как раз подойдем.

Это поразило меня больше всего остального, что он сказал. Гвидо и его кузен Нунцио всегда работали в паре, и это казалось до такой степени само собой разумеющимся, что я даже думал о них как об одном человеке. И то, что Гвидо пожелал разбить эту связку, показывало, насколько он обеспокоен сложившейся ситуацией. Или насколько ему хочется остаться вдвоем с Пуки.

— Правда, босс, — настойчиво повторил он, почувствовав мои колебания. — Троим телохранителям здесь особо делать нечего. То есть я это вижу так: единственная личность во дворце, которая может пожелать причинить вам физический вред, это сама королева, а на ее счет, пока не решите с женитьбой, думаю, можно не беспокоиться. Я просто стараюсь найти способ, как нам окупить свое содержание… и сделать что-нибудь полезное.

Вот тут он меня убедил. Его идея насчет нового назначения для моих телохранителей попала в самую точку — я как раз думал о сокращении персонала или расширении его функций. К тому же мне совершенно не хотелось влезать в какие бы то ни было рассуждения, касающиеся Цикуты и моего предстоящего решения.

— Хорошо, Гвидо, — сказал я, нацарапав внизу свитка свою подпись. — Твоя взяла. Только держи меня в курсе всех дел.

— Спасибо, босс, — улыбнулся он, забирая свиток и разглядывая мою подпись. — Вы об этом не пожалеете.

Мне как-то не приходило в голову, что я могу об этом пожалеть… до тех пор, пока он этого не сказал. А что может случиться?

Глава 6

Деньги — вот корень всякого зла.

Женщинам нужны корни.

Д. Трамп.

Хотя всевозможные административные заморочки, связанные с приведением в порядок финансов королевства Поссилтум, сильно давили мне на психику, у меня был и другой, более серьезный повод для беспокойства, и мысль об этом не покидала меня ни на мгновение все то время, что я бодрствовал.

Жениться мне на королеве Цикуте или не жениться?

Ааз по-прежнему настаивал, что мне следует свыкнуться с мыслью о женитьбе, поскольку быть принцем-консортом — это непыльная (не говоря уже о том, что хорошо оплачиваемая!) работенка на всю жизнь. Должен признаться, такой вариант действительно выглядел во многих отношениях привлекательней, чем дать ей отречься от престола и в результате остаться крайним и управлять королевством самому. Я уже один раз имел это сомнительное счастье по милости покойного короля Родрика, и мне совершенно не хотелось испытать все это снова.

Так почему же я медлил с решением?

Моя нерешительность была вызвана главным образом нежеланием согласиться с очевидным выбором. Известная величина — пребывание в должности короля — вызывала у меня изрядное отвращение, но неизвестные факторы, связанные с браком, внушали мне не меньший, если не больший, ужас.

Раз за разом я вновь пытался разобраться, пугает ли меня мысль о женитьбе вообще, или же дело в том, что именно королеву Цикуту я никак не могу представить себе в роли своей жены.

Своей жены!