Эта книга посвящается моим друзьям и консультантам, которые помогли мне завершить эту работу, длившуюся два с половиной года. Я имею в виду прежде всего (хотя и не только): Мистию Димер, Тодда и Мэри Брэнтли, Дарлин Болесни, Рэнди Херберта. Роджера Желязны, а также «НО квотер сворд клаб». Моим же читателям и издателям, что были так терпеливы и доброжелательны, пока я преодолевал не самую легкую полосу в своей жизни, думаю, наилучшим выражением признательности будет эта новая книга. Читайте дальше!…
225 мин, 4 сек 16856
Я находился у себя в комнате… точнее даже, в своей постели, правда, простыни были все измяты и перекручены. Я был под ними совершенно гол, хотя не мог припомнить, чтобы раздевался. В окно лился солнечный свет, и я решил, что на дворе утро. Короче говоря, все выглядело вполне нормально.
Почему же у меня было ощущение, что что-то не так? Я лежал на боку и в какой-то момент понял, что у меня забит нос, и это не дает мне дышать той ноздрей, которая снизу. Чтобы продышаться, я перевернулся на спину и…
Меня как будто ударило!
Жуткий стук в висках… тошнота… страшно! Мне случалось плохо себя чувствовать и прежде, но ничего подобного со мной не бывало.
Сначала я испугался, что вот-вот умру. Потом мне стало страшно, что останусь в живых. Мучение, которое я испытывал, не могло продолжаться бесконечно.
Тихо постанывая и не отрываясь больше от подушки, я пытался как-то собраться с мыслями.
Что происходит? Что со мной случилось? Почему мне так…
Внезапно у меня в мозгу вспыхнула картина прошлой ночи… по крайней мере ее начала.
Знакомство вслепую… «Осиновый кол»… Восхищенные толпы…
Кассандра!
Я буквально подскочил на постели и…
И это была большая ошибка. БОЛЬШАЯ.
Вся боль и тошнота, которые я испытывал прежде, обрушились на меня теперь в троекратном размере. Со стоном я свалился обратно на подушку, опрометчиво забыв о том, что это движение может вызвать новые неприятные ощущения. Мне было так плохо, что дальше уже некуда. Какие уж тут рациональные соображения! Мне оставалось только ждать и ждать — одно из двух: либо в голове у меня просветлеет, либо я умру.
Раздался стук в дверь.
Даже в своем совершенно потерянном состоянии я без малейших затруднении решил, что мне следует делать — надо делать вид, что не слышал. Я просто не могу никого видеть, а тем более разговаривать!
Стук раздался снова, на этот раз немного громче.
— Скив? Ты не спишь?
Это был голос Банни. С учетом того, что я мог припомнить о начале прошлого вечера, мне действительно не хотелось с ней говорить прямо сейчас. В довершение моих несчастий не хватало мне только, чтобы она стала критиковать мой вкус по части девушек.
— Уходи! — крикнул я, даже не стараясь, чтобы это прозвучало вежливо.
Не успел я закрыть рот, как понял, что лучше бы мне было промолчать. Мало того, что от напряжения усилился стук в висках; главное, я опрометчиво выдал ей, что не сплю.
Будто в ответ на это запоздалое соображение, дверь открылась и Банни вошла в комнату, неся в руках здоровенный поднос с едой.
— Поскольку тебя не было ни за завтраком, ни за обедом, я подумала, что ты, должно быть, сильно помят после прошлой ночи, — деловым тоном сказала она, ставя поднос на тумбочку у моей постели. — Я попросила на кухне собрать тебе кое-что поесть, чтобы облегчить возвращение в царство живых.
Чего-чего, а есть мне в тот момент совершенно не хотелось. Скорее уж меня заботило, как бы что-нибудь не двинулось по моему пищеварительному тракту в обратном направлении. Однако внезапно я осознал, что хочу пить. То есть ОЧЕНЬ хочу пить.
— А у тебя там на подносе нет какого-нибудь сока? — слабым голосом спросил я, не рискуя переходить в сидячее положение, чтобы посмотреть самому.
— Апельсинового или томатного?
Упоминание о томатном соке тут же вызвало в памяти многочисленные «Кровавые Мэри» прошлой ночи, и мой желудок качнулся и ушел куда-то влево.
— Апельсиновый годится, — произнес я сквозь сжатые зубы и с трудом сглатывая.
Банни оценивающе посмотрела на меня: — Понятно. Значит, это были не «отвертки» и не«мимозы»
— Что? — Ничего-ничего. Апельсиновый сок, получите.
Я бы обошелся и без этого «получите» но на вкус сок был приятен. Я осушил стакан в два глотка. Странно, но жажда от этого только усилилась. Холодная влага была, конечно, приятна, но заставила ощутить, насколько у меня все внутри пересохло.
— А еще есть? — с надеждой спросил я.
— У меня тут целый кувшин, — ответила Банни, показывая на поднос. — Я чувствовала, что одного стакана не хватит. Только пей медленно. Тебе сейчас не стоит заглатывать сразу ведро холодной жидкости.
Я еле удержался от искушения выхватить у нее из рук кувшин и ограничился тем, что протянул стакан за добавкой. Колоссальным усилием воли мне удалось последовать ее совету и выпить сок мелкими глотками.
При таком способе питье удалось растянуть чуть-чуть подольше, и эффект оказался значительней.
— Это уже лучше, — сказала она, без напоминания снова наполняя мой стакан. — Вот так. Хорошо провел время прошлой ночью?
Я остановился на середине глотка, пытаясь заставить свои мозги работать.
— Если честно, Банни, не знаю, — в конце концов признался я.
— Что-то я тебя не понимаю.
— То, что я помню, было вполне, — пояснил я, — но начиная с какого-то момента у меня полный провал. Я даже не могу с уверенностью сказать, когда наступил этот момент. У меня все как-то перепутано в голове.
— Вижу-вижу.
Банни как будто собиралась сказать что-то еще, но вместо этого поджала губы, отошла к окну и стала смотреть на улицу.
Почему же у меня было ощущение, что что-то не так? Я лежал на боку и в какой-то момент понял, что у меня забит нос, и это не дает мне дышать той ноздрей, которая снизу. Чтобы продышаться, я перевернулся на спину и…
Меня как будто ударило!
Жуткий стук в висках… тошнота… страшно! Мне случалось плохо себя чувствовать и прежде, но ничего подобного со мной не бывало.
Сначала я испугался, что вот-вот умру. Потом мне стало страшно, что останусь в живых. Мучение, которое я испытывал, не могло продолжаться бесконечно.
Тихо постанывая и не отрываясь больше от подушки, я пытался как-то собраться с мыслями.
Что происходит? Что со мной случилось? Почему мне так…
Внезапно у меня в мозгу вспыхнула картина прошлой ночи… по крайней мере ее начала.
Знакомство вслепую… «Осиновый кол»… Восхищенные толпы…
Кассандра!
Я буквально подскочил на постели и…
И это была большая ошибка. БОЛЬШАЯ.
Вся боль и тошнота, которые я испытывал прежде, обрушились на меня теперь в троекратном размере. Со стоном я свалился обратно на подушку, опрометчиво забыв о том, что это движение может вызвать новые неприятные ощущения. Мне было так плохо, что дальше уже некуда. Какие уж тут рациональные соображения! Мне оставалось только ждать и ждать — одно из двух: либо в голове у меня просветлеет, либо я умру.
Раздался стук в дверь.
Даже в своем совершенно потерянном состоянии я без малейших затруднении решил, что мне следует делать — надо делать вид, что не слышал. Я просто не могу никого видеть, а тем более разговаривать!
Стук раздался снова, на этот раз немного громче.
— Скив? Ты не спишь?
Это был голос Банни. С учетом того, что я мог припомнить о начале прошлого вечера, мне действительно не хотелось с ней говорить прямо сейчас. В довершение моих несчастий не хватало мне только, чтобы она стала критиковать мой вкус по части девушек.
— Уходи! — крикнул я, даже не стараясь, чтобы это прозвучало вежливо.
Не успел я закрыть рот, как понял, что лучше бы мне было промолчать. Мало того, что от напряжения усилился стук в висках; главное, я опрометчиво выдал ей, что не сплю.
Будто в ответ на это запоздалое соображение, дверь открылась и Банни вошла в комнату, неся в руках здоровенный поднос с едой.
— Поскольку тебя не было ни за завтраком, ни за обедом, я подумала, что ты, должно быть, сильно помят после прошлой ночи, — деловым тоном сказала она, ставя поднос на тумбочку у моей постели. — Я попросила на кухне собрать тебе кое-что поесть, чтобы облегчить возвращение в царство живых.
Чего-чего, а есть мне в тот момент совершенно не хотелось. Скорее уж меня заботило, как бы что-нибудь не двинулось по моему пищеварительному тракту в обратном направлении. Однако внезапно я осознал, что хочу пить. То есть ОЧЕНЬ хочу пить.
— А у тебя там на подносе нет какого-нибудь сока? — слабым голосом спросил я, не рискуя переходить в сидячее положение, чтобы посмотреть самому.
— Апельсинового или томатного?
Упоминание о томатном соке тут же вызвало в памяти многочисленные «Кровавые Мэри» прошлой ночи, и мой желудок качнулся и ушел куда-то влево.
— Апельсиновый годится, — произнес я сквозь сжатые зубы и с трудом сглатывая.
Банни оценивающе посмотрела на меня: — Понятно. Значит, это были не «отвертки» и не«мимозы»
— Что? — Ничего-ничего. Апельсиновый сок, получите.
Я бы обошелся и без этого «получите» но на вкус сок был приятен. Я осушил стакан в два глотка. Странно, но жажда от этого только усилилась. Холодная влага была, конечно, приятна, но заставила ощутить, насколько у меня все внутри пересохло.
— А еще есть? — с надеждой спросил я.
— У меня тут целый кувшин, — ответила Банни, показывая на поднос. — Я чувствовала, что одного стакана не хватит. Только пей медленно. Тебе сейчас не стоит заглатывать сразу ведро холодной жидкости.
Я еле удержался от искушения выхватить у нее из рук кувшин и ограничился тем, что протянул стакан за добавкой. Колоссальным усилием воли мне удалось последовать ее совету и выпить сок мелкими глотками.
При таком способе питье удалось растянуть чуть-чуть подольше, и эффект оказался значительней.
— Это уже лучше, — сказала она, без напоминания снова наполняя мой стакан. — Вот так. Хорошо провел время прошлой ночью?
Я остановился на середине глотка, пытаясь заставить свои мозги работать.
— Если честно, Банни, не знаю, — в конце концов признался я.
— Что-то я тебя не понимаю.
— То, что я помню, было вполне, — пояснил я, — но начиная с какого-то момента у меня полный провал. Я даже не могу с уверенностью сказать, когда наступил этот момент. У меня все как-то перепутано в голове.
— Вижу-вижу.
Банни как будто собиралась сказать что-то еще, но вместо этого поджала губы, отошла к окну и стала смотреть на улицу.
Страница 31 из 60
