Мир меркнет

Сарра слушает. Верблюжьи копыта почти не погружаются в песок, но тихой далекой поступи хватает, чтобы привести в движение огромные массы песка. Ее вселенная волнуется. Хочет запутать, стереть следы каравана. Чтобы никто не мог выследить хранителей тайного знания. Верблюды обвешаны книгами, манускриптами, чертежами в кожаных футлярах.

Это её чертежи, её рисунки. Она не отдаст их красному ангелу.

Ветер со свистом бьет Сарру в спину, сбивая с бархана. Вовремя. Чье-то огненное крыло касается вершины и тут же разочарованно тает во мраке. Сарра кубарем летит вниз, увлекая за собой плоть пустыни. Растянувшись на спине, у подножья песчаного холма, она понимает, что не одна. Это больше не ее мир.

Сарра возвращается на вершину. Там, где чье-то крыло коснулось земли, алый песок оплавился, став зеркалом. Теперь Сарра видит свое отражение. И отражение может видеть Сарру. И чей-то презрительный взгляд из зеркала устремлен в её душу.

А еще в зеркале отражается небо. Но в ее мире нет неба! Есть только мрак. Зачем кому-то нужно небо? Чтобы видеть солнце. Но в ее мире нет солнца! Есть только ветер. Зачем ей солнце, если его лучи разрушат родной спасительный мрак? Ей не нужно солнце! Завеса мрака да укроет караван.

Солнце не взойдет. Это её мир. Никто не разрушит завесу.

Где-то на востоке сотни голосов затянули молитву. Погонщики откликнулись было, послав с той стороны мрака встречную песнь. Но быстро замолкли, потрясенные нездешностью песнопений. И ускорили шаг, спеша слиться с тьмой.

влюбленный в бездну, я молюсь рассвету, Кто-то посмел молиться рассвету!

В её мире нет солнца!

касаясь крыльями пустого небосвода В ее мире нет неба!

я красный ангел утреннего света В ее мире нет света!

Но что же тогда заставляет небо светлеть?

Но что же тогда рисует свою границу у самого горизонта?

я призрак умирающей громады В ее мире нет ничего, кроме песка, ветра и тишины.

Но кто тогда творит эту?

я буду вечен, пусть мой век — секунда Крылатая заря пронеслась над караваном. Верблюд, застывший на вершине бархана, с любопытством вытянул свою длинную мохнатую шею. Чей силуэт скользит в небе?

Верблюд увидел восходящее солнце. Краешек кровавого светила отразился в водянистых мудрых глазах пустынного корабля. Свет иссушил верблюжьи слезы, верблюжью кровь, верблюжью душу. Животное поперхнулось раскаленным воздухом, но продолжало по инерции выворачивать шею, пока шкура не лопнула по швам. Верблюд рассыпался на куски. К подножью склона скатилась верблюжья лапа.

ветер, ты приносишь пепел Один верблюд издох. Второй верблюд издох. Третий верблюд издох. Весь караван издох.

В ее мире больше нет каравана, уходящего во мрак? Так быстро. Кто сотворил такое? Сара задумчиво подобрала верблюжью ногу. Отличное оружие ближнего боя. О чем она только думает?

с пустошей, обласканных пожаром Сарра зачерпнула полную горсть песка, чтобы насладиться жаром каждой песчинки. Она больше не одна в этой безмолвной вселенной. Страшно? Немного. Но ей так наскучило одиночество. Не уходи, огненнокрылый. Может, ты высушишь мои слезы? Только не увлекайся, а то получится, как с караваном. Впрочем, и это дело поправимое. Сарра сжала ладони. Песок согревал, резал кожу, смешивался с кровью.

Один верблюд воскрес. Второй верблюд воскрес. Третий верблюд воскрес. Весь караван воскрес.

Где-то на другом краю пустыни в путь отправился новый караван. Его погонщики бдительны и молчаливы. Едва услышав далекую молитву, они укроются пеленой мрака. И никто не настигнет её каравана. А если и настигнет, она создаст другой. Она дура с мелированными кудряшками. Дуры хорошо учатся на своих ошибках.

Сарра встала на колени, подставляя обнаженную спину горячему ветру. Зачерпнула новую горсть песка. Барханы пришли в движения, увлекая свою повелительницу дальше на восток. У горизонта показались очертания разрушенного храма. Там, в самом сердце руин, красный ангел молился рассвету.

я разрываю договор Исхода Но ни хор чуждых голосов, ни лучи чуждого солнца, ни касания чуждых огненных крыльев — ничто не сорвет покров тайны.

с души стираю я клеймо Завета Со стороны руин тянутся струйки дыма. Ветер не может прогнать их. Жгут не ладан и не сандал. Кустарник, цветущий синими розами, подарил свои ветви алтарню.

к служению адептов призываю Солнце преломляется в клубах дыма, словно в зеркальной призме. Рассеянный свет не боится мрака. Ангел видит очертания нового каравана. Он летит туда, спеша вновь продемонстрировать свою иссушающую власть.

народ готовлю к битве Он забыл. Это ее вселенная. Значит, достаточно просто тряхнуть кудряшками. Расправив плечи и упиваясь ударами плетей огненного ветра, Сарра разжала ладони и бросила остатки песка вверх. Ветер подхватил песчинки и потащил их на юго-восток, наперерез жадному дыму, навстречу грозному взору красного ангела. Как снежный ком, как горный обвал, как фотонная лавина, стайка песчинок ведёт за собой всю пустыню. Спешащего к каравану ангела накрывает песчаной бурей.