Фандом: Гарри Поттер, Шерлок BBC. Гермиона Грейнджер обнаружила, что волшебный мир совершенно не нуждался ни в ней, ни в её передовых идеях. Хорошая новость заключалась в том, что ещё не поздно было что-то изменить. Плохая — в том, что она понятия не имела, что именно.
26 мин, 34 сек 10637
Гермиона подумала о запасном мобильном в кармане пальто и о заваленном папками столе в съёмной квартире, о ежедневных сообщениях Паркинсон и о голове Кингсли в камине. О том, что ей предстоит заехать к Симусу и, наверное, купить самые низкокалорийные в мире бисквиты для Лаванды, если её мужу вдруг выпишут штраф и у неё случится стресс.
— В некотором роде.
— В таком случае, в следующий раз мы должны попробовать индийскую кухню. Уверен, она тебя удивит.
Последние десять лет Гермиона питалась в основном в министерском буфете и, если бы не настойки, которые исправно присылал Невилл, давно страдала бы от язвы желудка.
— Звучит чудесно, — вот и всё, что она сказала.
Через неделю они действительно пошли в ресторанчик индийской кухни. Потом устроили набег на китайские забегаловки. Потом попробовали какую-то странную тайскую еду, и Джон смеялся, когда Гермиона с подозрением рассматривала свой суп. Том Ям Кунг — ну и название! — на вкус оказался лучше, чем на вид, но в следующий раз, после того как весенний Лондон с каким-то чудовищным опозданием сдался на милость вирусных заболеваний, они пошли в обыкновенную пиццерию.
— Ты ешь пиццу, как на приёме у королевы, — посмеивался Джон. Сам он ел руками.
Гермиона разъярённо взглянула на него и продолжила накалывать жёсткое тесто на вилку.
— Это, чёрт возьми, манеры!
— Ты чертыхаешься за едой, — мягко заметил Джон.
Что-то в его тоне заставило Гермиону оторваться от тарелки.
Джон слегка наклонился вперёд, локти на столе. Он разрумянился от еды, вина и тепла, и Гермиона поняла, что произойдёт дальше.
— Джон, — она отложила вилку. — Я бы хотела прояснить одну вещь. Видишь ли…
Руку обожгло огнём, так резко, что Гермиона зашипела, — сработали чары, наложенные на старенькое кольцо.
— Гермиона? Ты в порядке? Я не хотел… то есть… Что ты делаешь?
Она положила деньги на стол, кивнула официантке и накинула пальто. Палочка скользнула в ладонь.
— Бери куртку и возьми меня за руку. Гоменум ревелио. Протего Тоталум.
— Что? Что это было?
Близко, но не в зале. На улице. Значит, снайпер. Вероятнее всего, маггл. Волшебник просто зашёл бы в кафе. Почему сейчас? Только занял позицию? Или…
У окна одевалась молодёжь — человек семь. Шумные, демонстративные, собираются слишком долго… Конечно.
— Джон, сюда, — Гермиона схватила его за руку и потащила в сторону туалета. Парни за крайним столиком что-то загудели им вслед.
Джон, конечно же, стал вырываться. Гермиона впилась ногтями в его ладонь и зашипела:
— Через минуту тебя убьют, а меня уволят. Ну, живо! — она прицелилась. — Редукто!
Пиццерию огласил вой сирен. Сигнализация должна была сбить с толку и магглов, и убийцу. Гермиона толкнула Джона в кабинку, захлопнула дверь.
— Джон. Твоя задача — не отпускать мою руку. Силенцио. Мне жаль, честно.
Грейнджер, сосредоточься.
Они исчезли с негромким хлопком.
Стрелком оказался среднего роста мужчина — представительный, лощёный и даже отдалённо не напоминающий киллера. Он быстро собирал винтовку, когда Гермиона оглушила его сзади и связала взмахом палочки. Джон сжал пальцы так сильно, что она взвыла.
— Минуту, — огрызнулась Гермиона. — Экспекто Патронум, — из палочки вырвалась серебристая выдра, и Джон замер. Хватка ослабла, и Гермиона не смогла подавить улыбку. — Патронус для Кингсли Шеклболта. Моран взят. Стрэнд, 449, напротив пиццерии, целился с чердака. Пришли кого-нибудь из зачистки, я свяжусь с Паркинсон, — она повернулась к Джону. — Я сниму с тебя заклинание, но, пожалуйста, помолчи ещё минуту и не дёргайся. Фините Инкантатем.
Гермиона достала из внутреннего кармана пальто телефон.
— Это Грейнджер. Моран нашёлся. Думаю, он маггл. Кингсли пришлёт ребят из зачистки, ему поправят память. Джон со мной, он в порядке.
— Ты колдовала в его присутствии? — уточнила Патриция.
— Да, не было выбора, его могли застрелить.
— Мой работодатель пришлёт агентов за Мораном и машину для Джона. Стрэнд, 449?
— Да. Как вы…
— Это моя работа, мисс Грейнджер.
Сзади откашлялся Джон.
— Ну? Мне позволено заговорить?
— Да. Конечно. Прости.
— Тогда какого дьявола это было?
— Джон, это лорд Моран, член парламента и правая рука покойного Джеймса Мориарти. Он планировал тебя убить, — пленник задёргался, и Гермиона взмахнула палочкой. — Петрификус Тоталус.
Джон шумно сглотнул.
— Как ты это делаешь?
— Я волшебница.
— Волшебников не бывает.
— Вообще-то бывают. Четыре процента населения Великобритании — маги. Не самый плохой показатель.
— То есть вас много?
— Достаточно.
— И вы работаете в клиниках, магазинах? Водите такси?
Гермиона поморщилась.
— Нет. Волшебники редко живут среди обычных людей. У нас закрытое сообщество, и мало кто выходит за его пределы. Я работаю в Министерстве магии. Я хорошая волшебница, Джон. И меня попросили защитить тебя.
Джон нахмурился.
— От Морана?
— Никто не знал, кто именно держит тебя на прицеле. Хотя Моран был самым вероятным кандидатом.
— И что? Кто-то обратился к тебе? Чтобы волшебница защищала меня? Неужели я сам не могу за себя постоять!
— В некотором роде.
— В таком случае, в следующий раз мы должны попробовать индийскую кухню. Уверен, она тебя удивит.
Последние десять лет Гермиона питалась в основном в министерском буфете и, если бы не настойки, которые исправно присылал Невилл, давно страдала бы от язвы желудка.
— Звучит чудесно, — вот и всё, что она сказала.
Через неделю они действительно пошли в ресторанчик индийской кухни. Потом устроили набег на китайские забегаловки. Потом попробовали какую-то странную тайскую еду, и Джон смеялся, когда Гермиона с подозрением рассматривала свой суп. Том Ям Кунг — ну и название! — на вкус оказался лучше, чем на вид, но в следующий раз, после того как весенний Лондон с каким-то чудовищным опозданием сдался на милость вирусных заболеваний, они пошли в обыкновенную пиццерию.
— Ты ешь пиццу, как на приёме у королевы, — посмеивался Джон. Сам он ел руками.
Гермиона разъярённо взглянула на него и продолжила накалывать жёсткое тесто на вилку.
— Это, чёрт возьми, манеры!
— Ты чертыхаешься за едой, — мягко заметил Джон.
Что-то в его тоне заставило Гермиону оторваться от тарелки.
Джон слегка наклонился вперёд, локти на столе. Он разрумянился от еды, вина и тепла, и Гермиона поняла, что произойдёт дальше.
— Джон, — она отложила вилку. — Я бы хотела прояснить одну вещь. Видишь ли…
Руку обожгло огнём, так резко, что Гермиона зашипела, — сработали чары, наложенные на старенькое кольцо.
— Гермиона? Ты в порядке? Я не хотел… то есть… Что ты делаешь?
Она положила деньги на стол, кивнула официантке и накинула пальто. Палочка скользнула в ладонь.
— Бери куртку и возьми меня за руку. Гоменум ревелио. Протего Тоталум.
— Что? Что это было?
Близко, но не в зале. На улице. Значит, снайпер. Вероятнее всего, маггл. Волшебник просто зашёл бы в кафе. Почему сейчас? Только занял позицию? Или…
У окна одевалась молодёжь — человек семь. Шумные, демонстративные, собираются слишком долго… Конечно.
— Джон, сюда, — Гермиона схватила его за руку и потащила в сторону туалета. Парни за крайним столиком что-то загудели им вслед.
Джон, конечно же, стал вырываться. Гермиона впилась ногтями в его ладонь и зашипела:
— Через минуту тебя убьют, а меня уволят. Ну, живо! — она прицелилась. — Редукто!
Пиццерию огласил вой сирен. Сигнализация должна была сбить с толку и магглов, и убийцу. Гермиона толкнула Джона в кабинку, захлопнула дверь.
— Джон. Твоя задача — не отпускать мою руку. Силенцио. Мне жаль, честно.
Грейнджер, сосредоточься.
Они исчезли с негромким хлопком.
Стрелком оказался среднего роста мужчина — представительный, лощёный и даже отдалённо не напоминающий киллера. Он быстро собирал винтовку, когда Гермиона оглушила его сзади и связала взмахом палочки. Джон сжал пальцы так сильно, что она взвыла.
— Минуту, — огрызнулась Гермиона. — Экспекто Патронум, — из палочки вырвалась серебристая выдра, и Джон замер. Хватка ослабла, и Гермиона не смогла подавить улыбку. — Патронус для Кингсли Шеклболта. Моран взят. Стрэнд, 449, напротив пиццерии, целился с чердака. Пришли кого-нибудь из зачистки, я свяжусь с Паркинсон, — она повернулась к Джону. — Я сниму с тебя заклинание, но, пожалуйста, помолчи ещё минуту и не дёргайся. Фините Инкантатем.
Гермиона достала из внутреннего кармана пальто телефон.
— Это Грейнджер. Моран нашёлся. Думаю, он маггл. Кингсли пришлёт ребят из зачистки, ему поправят память. Джон со мной, он в порядке.
— Ты колдовала в его присутствии? — уточнила Патриция.
— Да, не было выбора, его могли застрелить.
— Мой работодатель пришлёт агентов за Мораном и машину для Джона. Стрэнд, 449?
— Да. Как вы…
— Это моя работа, мисс Грейнджер.
Сзади откашлялся Джон.
— Ну? Мне позволено заговорить?
— Да. Конечно. Прости.
— Тогда какого дьявола это было?
— Джон, это лорд Моран, член парламента и правая рука покойного Джеймса Мориарти. Он планировал тебя убить, — пленник задёргался, и Гермиона взмахнула палочкой. — Петрификус Тоталус.
Джон шумно сглотнул.
— Как ты это делаешь?
— Я волшебница.
— Волшебников не бывает.
— Вообще-то бывают. Четыре процента населения Великобритании — маги. Не самый плохой показатель.
— То есть вас много?
— Достаточно.
— И вы работаете в клиниках, магазинах? Водите такси?
Гермиона поморщилась.
— Нет. Волшебники редко живут среди обычных людей. У нас закрытое сообщество, и мало кто выходит за его пределы. Я работаю в Министерстве магии. Я хорошая волшебница, Джон. И меня попросили защитить тебя.
Джон нахмурился.
— От Морана?
— Никто не знал, кто именно держит тебя на прицеле. Хотя Моран был самым вероятным кандидатом.
— И что? Кто-то обратился к тебе? Чтобы волшебница защищала меня? Неужели я сам не могу за себя постоять!
Страница 5 из 8
