Моё пребывание в психлечебнице

Мне было на тот момент 15 лет. Мои родители купили частный дом, и с первого же дня мне он понравился. Мне всегда казалось, что у него есть своя душа, свое мнения и характер, которые казались мне мрачными. Мрак и темнота меня всегда притягивали. Мы обустроились, распаковали коробки и принялись спать.

Тогда мне не спалось, и я вышла на балкон покурить. У меня была своя комната в конце коридора второго этажа, так что родители не проснулись бы от запаха. После я села на край кровати и стала размышлять о завтрашнем дне. Новая школа, боже, как я ненавидела школы! Я всегда была изгоем среди других людей, все меня ненавидели, потому что я отличалась от них. Странно. После двух недель того, как я мучилась в школе, я очень устала от насмешек и издевательств.

Когда я зашла домой, увидела, как родители опять ругаются. Мне уже невыносимо надоело это. Это вызвало столько боли и различных эмоций, что я закрылась в ванной. Они даже этого не заметили, никогда не замечали, как мне плохо. Я сделала три пореза на руках. Алая кровь стекала с моих бледных рук. Я закрыла раны рукавом от свитера и пошла в комнату. В слезах и наполненная горечью, я уснула.

Этот кошмар длился так долго, что я не заметила, как часто проводила время одна. Приходила, закрывалась в комнате, плакала, спала, почти не ела. Хах, родители очухались. Молодцы. Я почти не отвечала на их вопросы, потому что не совсем тогда понимала, о чем они говорят. Я была словно не в нашем мире. Где-то на дне пропасти, окутанной туманом, и поэтому я не могла заметить изменения в себе и своем внешнем виде. Когда я пришла в себя, стало поздно: из-за голода у меня была анорексия, были видны порезы, очень много. Я даже не соображала и не отдавала себе отчет о том, что я делала.

Меня поместили в психлечебницу, где и начинается моя история. Это была середина декабря. Сначала я находилась в одиночной палате, мне кололи очень много уколов, давали пить таблетки. Я часто спала из-за этих психотропных. Спала один раз около четырех дней подряд. Врачи были ужасно злыми, вредными и лицемерными.

Я нашла себе там друга, его звали Антон. Он был красивым, добрым, умным, милым и заботливым. Я не думала, что такой человек мог бы оказаться в таком месте. Он убил своего отца, когда тот вывел Антона. На самом деле его отец был разгульником и пьяницей, часто избивал их с мамой. После смерти мамы его отец поступал все так же. И однажды Антон не выдержал и убил его. Его поместил в лечебницу брат отца Егор. Он был таким же как и отец Антона — очень злой, наполненный жестокостью мужчина. Я была рада знакомству с ним.

После продолжительного времени я как-то привыкла ко всему. К людям с паранойей, суицидникам, жестоким людям. С нами обращались как с животными. Когда я отказывалась от лекарств, врачи брали меня за горло, прижимали к кровати и заставляли их пить или кололи такое же лекарство. Мол, не хочешь пить — введем в организм сами. Антона сильно мучили. Он выдавал протесты против них, и его даже били. Я часто плакала по ночам от мыслей, что они делают ему больно.

Однажды ночью я увидела девушку у себя в палате. Я подумала, что ее ко мне перевели, когда я спала, но тут даже нет кровати, значит, она сама как-то пробралась сюда. Я боялась, что она убьет меня. Страх охватил меня настолько, что я лежала и смотрела на нее: я видела ее бездонные серые глаза, ее одежда была порвана, на бледнейшем лице виделся ужас, жестокость и горечь.

Она приближалась ко мне, и с каждым ее шагом мое сердце стучало еще сильнее. Она провела холодной рукой по моему лицу и растворилась в воздухе. Я ночь не могла спать и все думала о том, кто это мог быть.

После этого происшествия я слышала, как Антон говорил какой-то девочке, что его соседку по палате увели медсестры и не привели обратно. Я знала, что ее убили, но почему именно я? Я решила поговорить с Антоном и выяснить, что это была за девушка. Он рассказал, что она здесь уже пять лет, она была очень замкнута в себе, не пила лекарства и терпела избиения и муки от санитаров.

Вскоре я уже и позабыла об этом, вела жизнь, как и вела до этого. Один раз я вышла из палаты и направилась в туалет, который был на первом этаже, к слову, я была на третьем. Я направилась туда и услышала чей-то приглушенный крик, как будто кому-то воткнули кляп в рот, и он не может кричать нормально. Идя на звук, я увидела дверь в подвал. Она была незаперта.

Я быстро зашла туда и ужаснулась. Тело той девушки, несколько пациентов были полностью изуродованы: неестественные лица, большие и глубокие порезы, цвета кожи, сильнейшие ожоги. Я поняла, что здесь творится что-то неладное, и пулей вылетела из подвала. Я направилась в комнату, где и провела ночь без сна. Встретив Антона, я сказала ему об этом, и мы придумали план побега.