Монстр

Когда он появился, та истеричная девушка, вновь, начала кричать. Честно говоря, я даже не помнила её имя. Помнила только то, что любую шутку в мою сторону она, с радостью, поддерживала. А сейчас… она так боялась, кричала… Я бы, может быть, ещё бы послушала, но… у Джека были другие планы. Похоже, именно на её примере он решил показать, что всё происходящее — не шутка. Он распорол её грудную клетку когтями. Распорол так, что стали видны рёбра, которые клоун, с лёгкостью, с хрустом, сломал. Я радостно засмеялась! Этот смех был единственным в море криков и воплей! Страх… страх овладел каждым из присутствующих здесь! Я ощущала его, почти, физически. Но, надо отдать мужской части моего класса должное — они попытались что-то сделать. Напали на Джека и на меня. Но, это было бесполезно. Через какое-то время я, с восторгом, смотрела на пленённых одноклассников, большинство из которых находились в пыточных устройствах! Это было то, о чём я так долго мечтала! Сладкое чувство мести! Мучения и страдания тех, кто сделал мою школьную жизни невыносимой!

— Да что мы вам сделали?! — Джессика уже не грубила — она плакала и дрожала от страха. — Мы вас не знаем! Отпустите нас, пожалуйста! Мы никому ни о чём не расскажем!

— «Что сделали»? «Не знаем»? — я подошла к своей бывшей однокласснице. — А подумай, Джессика… Вы, действительно, никогда никому ничего не делали? Вы ни перед кем не виноваты? Подумай хорошенько! Может, то, что сейчас происходит — это кара?

— Нет… нет! Мы никогда никому ничего не делали! Это — правда! Какой ещё карой это может быть?!

— То есть, у тебя даже и в мыслях нет, что то, что ты делала в своей жизни, могло кому-то навредить?!

— Да о чём вы?! Я не понимаю!

— Значит, не понимаешь? — я печально вздохнула. — А знаешь… Я, когда-то, мечтала о том, чтобы мы были подругами! Представляешь, какой наивной дурочкой я была?!

— Подругами?! — девушка никак не хотела понимать — кто перед ней. — Но, я уже говорила, что мы не знакомы!

— Знакомы. Знакомы, Джессика, но… как можно дружить с монстром, верно? — я сняла маску и рукой, частично, стёрла грим.

— Амелия?! Это ты?! — в шоке смотрела на меня Джессика. — Это, правда, ты?! Но… почему?! Почему ты всё это делаешь?!

— Знаешь… ты, видимо, такая тупая, что, всё равно, ничего не поймёшь, — ответила я. — Я не хочу с тобой разговаривать. Я хочу просто убить тебя.

— Нет… нет, Амелия, не надо! Пожалуйста! Мы же твои одноклассники! Если мы тебе что-то сделали, то прости! — это уже кричала не только Джессика, а все они.

— Слишком поздно. Вы слишком поздно решили попросить прощения. И то, только перед лицом смерти. Не прощу. И жалеть не стану. Для вас сегодня наступил конец.

Меня не тронули мольбы, плач… Ведь, мои слёзы их никогда не трогали. Они меня никогда не жалели. И я не собиралась. Смерть Джессики была долгой… Очень. Я убивала её не один час. Глаза, ногти… Она лишилась всего. Кости… Ни одна не осталась целой! Я наслаждалась! Я упивалась этим чувством! Я слышала крики остальных, с которыми развлекался Джек и радовалась!

Когда мы закончили, заброшенное здание напоминало скотобойню. Кровь, внутренности… Я сама была измазана кровью с головы до ног!

— Тебе было весело, моя дорогая?! — спросил меня Джек.

— Да!

— А сейчас?

— Сейчас? — я задумалась, а, затем, ответила. — Я хочу ещё кого-нибудь убить! Неважно — кого! Мне… мне скучно!

Глава 13

Я, с удовольствием, слушала крики своей матери, получившей очередной «подарок». А, точнее, «подарки». От каждого моего бывшего одноклассника — по куску. Глаза, руки, головы, сердце, печень… Всё было упаковано в красивые блестящие обёртки и повязано праздничными лентами. Вся эта гора «подарков» была разбросана по всей квартире матери и находить она их будет ещё долго — в самых неожиданных местах. Шкафы, полки, матрасы, посуда… Везде можно было наткнуться на«сюрприз»! Самое забавное, что сразу после того, как моя мамочка будет находить мои «гостинцы», они будут исчезать, стоит ей только отвернуться на секунду. И она никогда и никому ничего не докажет! Интересно, что она будет думать сама? Я бы решила, что сошла с ума. Но, в отношении моей матери больше подойдёт «белая горячка». Жаль только, что я не смогу наблюдать весь этот процесс — её страх, нервозность, истерики!… Но, ничего не поделаешь. Я вздохнула и повернулась к Джеку:

— Возвращаемся в «Арлекин»?

— Да, моя дорогая! Возвращаемся!