(Вот такая же фотография была приклеена у меня внутри чемодана, тогда было модно вырезать цветные фотографии артистов из «Советского экрана» или просто вырезки из газет (цветных никогда не было)) среди Сандры, АББЫ и других. Те кто служил в ГДР, тот присылал всем наклейки (они были повсюду - на чемоданах, на мотоцикла…
Добавить в моё избранное
4 мин, 45 сек 120
В детстве мы бегали играть на стадион школы-интерната, где находилась конюшня. Но удобно было срезать путь. Мы забегали через калитку со стороны, где живет одна из подружек, потом через территорию больничного городка выбегаем в главные ворота.
Раньше (да и сейчас в одном городишке, маленьком уютном, почти лесном) морг находился на территории больницы. Наверное, удобно размещать его возле хирургического отделения. Сбоку — родильное отделение, но «передом к воротам, к зданиям задом». Видеть нелицеприятные картины случайно могли посетители и те, кто шел по тротуару вдоль металлических тонких прутков. А в том маленьком городке, совсем дела плохи — напротив хирургии, терапии и впритык к инфекционному отделению. А территорию могут видеть жители четвертого и пятого этажей пятиэтажки, что «передом к больнице» Бывало, приедешь в гости, а кто-то в больнице, идешь, предвкушая радостную встречу, а там стоит«Газель», заносят труп. Впечатлительные люди уже печальны и настроение поднимет разве что тот, к кому направляешься.
А мы больше всего боялись носилки. Они были болотного цвета с трупными пятнами, сейчас можно такие встретить в фильмах про Великую Отечественную.
Но это было частью страха. Целый же страх — это мусорка. Тряпки, бумаги… Разумеется, нас пугали, что туда выбрасывают из хирургии конечности, внутренности. Но потом быстро забывали, потому что у нас была другая цель — играть. Но, что интересно, этот страх мы всегда ожидали. Видимо, в жизни всегда должен присутствовать триллер, чтобы не расслабляться, ведь в жизни полно разных «сюрпризов» (бежишь, а там идет длинная похоронная процессия, и уже знаешь, что они идут в морг (так думали), или лежит мертвая собака или кошка, жалеешь, но думаешь, что их тоже в мусорку).
Страшнее этого всего было то, что (наверное, чтобы мы там не любопытствовали) нас пугали тем, что «в вон тех ящиках» (похожие на те, в которых хранят песок на случай пожара) Их было несколько, не красного цвета, а обычные, как в амбарах или кладовых в деревнях) лежат трупики маленьких детей«) Верили. В те годы до старших классов не знали многого, благодаря урокам» Гигиена«(как правильно называется, не помню, но полезная) мы узнали о строении и анатомии. Но страшно было смотреть на мышцы, скелеты в кабинете биологии, это в первое время всегда так. А потом мальчишки попросили у меня длинный вязаный зеленый шарф, обмотали шею» Скелетона«, ушанку (тогда была мода, носили и мы), разве что только папироску не совали, и варежки. Забавно. Может, это будет советом, потому что именно так в нас, впечатлительных тогда одноклассницах, потушили огонь страха перед этим, который стоит у окна и» глядит«на всех.»
А вот это всё вспомнила, когда прочитала интервью (очень жалко стало Ксению, дочь одних из красивейших актеров нашего времени — Ирины Алфёровой и (отчима) Александра Абдулова) Добавлю, напротив нашего дома жила одинокая женщина с тремя кошками. Ее все боялись и брезговали. Несчастную, даже многолетние соседи избегали. А всё из-за неграмотности и стадного чувства солидарности. Она всю жизнь, как нам показалось, проработала санитаркой в морге и, конечно же, мы «знали все», что она кормит кошек тем, что приносит из мусорки.
«ТЕБЕ НЕ ДАЁТ ПОКОЯ ВОПРОС: КУДА ДЕЛИ ТВОЕГО РЕБЁНКА?»: КСЕНИЯ АЛФЁРОВА О ПОТЕРЕ ДВУХ ДЕТЕЙ.
1 апреля 2026.
Актриса Ксения Алфёрова стала гостьей шоу Лауры Джугелии, в беседе с которой рассказала о перинатальной потере и затронула важную тему бесчеловечного отношения к матерям и детям в российских роддомах. В браке с Егором Бероевым Ксения родила только одну дочь Евдокию. Однако выяснилось, что до рождения Дуни Ксения пережила потерю двух детей. «До Дуни у нас было два ребёнка, которых мы потеряли. Это называется преждевременные роды. Как правило, пары после таких потерь расстаются. Но благодаря этой потере мы по-другому взглянули на жизнь и на мир. Это высокая цена, но значит, она была нужна нам для того, чтобы мы что-то поняли».
Актриса решила рассказать об этом, чтобы обратить внимание общественности на бесчеловечный протокол, который действует в роддомах в отношении матерей и их нерождённых детей (этому же, кстати, посвящена книга Анны Старобинец «Посмотри на него»).
«У нас, к сожалению, нет культуры прощания с детьми, которые либо преждевременно родились, либо умерли при родах. На том самом Западе, который принято ругать, с этим не всё так плохо. Важно вещи называть своими именами. Тот, кого мы потеряли — это ребёнок, это человек. И он так или иначе родился. Сейчас это как происходит в роддомах? Тебя привозят по скорой. В моём случае это было так: второй раз мне сделали кесарево и я была под наркозом. А дальше ты просыпаешься и ты начинаешь естественно думать: а где мой ребёнок? Его куда дели? И тебе это не даёт покоя. Что они с ним сделали? Завернули в пакет и выбросили целиком? Он где сейчас? В мусорном баке? Или его разрезали по частям? Что с ним сделали?
Раньше (да и сейчас в одном городишке, маленьком уютном, почти лесном) морг находился на территории больницы. Наверное, удобно размещать его возле хирургического отделения. Сбоку — родильное отделение, но «передом к воротам, к зданиям задом». Видеть нелицеприятные картины случайно могли посетители и те, кто шел по тротуару вдоль металлических тонких прутков. А в том маленьком городке, совсем дела плохи — напротив хирургии, терапии и впритык к инфекционному отделению. А территорию могут видеть жители четвертого и пятого этажей пятиэтажки, что «передом к больнице» Бывало, приедешь в гости, а кто-то в больнице, идешь, предвкушая радостную встречу, а там стоит«Газель», заносят труп. Впечатлительные люди уже печальны и настроение поднимет разве что тот, к кому направляешься.
А мы больше всего боялись носилки. Они были болотного цвета с трупными пятнами, сейчас можно такие встретить в фильмах про Великую Отечественную.
Но это было частью страха. Целый же страх — это мусорка. Тряпки, бумаги… Разумеется, нас пугали, что туда выбрасывают из хирургии конечности, внутренности. Но потом быстро забывали, потому что у нас была другая цель — играть. Но, что интересно, этот страх мы всегда ожидали. Видимо, в жизни всегда должен присутствовать триллер, чтобы не расслабляться, ведь в жизни полно разных «сюрпризов» (бежишь, а там идет длинная похоронная процессия, и уже знаешь, что они идут в морг (так думали), или лежит мертвая собака или кошка, жалеешь, но думаешь, что их тоже в мусорку).
Страшнее этого всего было то, что (наверное, чтобы мы там не любопытствовали) нас пугали тем, что «в вон тех ящиках» (похожие на те, в которых хранят песок на случай пожара) Их было несколько, не красного цвета, а обычные, как в амбарах или кладовых в деревнях) лежат трупики маленьких детей«) Верили. В те годы до старших классов не знали многого, благодаря урокам» Гигиена«(как правильно называется, не помню, но полезная) мы узнали о строении и анатомии. Но страшно было смотреть на мышцы, скелеты в кабинете биологии, это в первое время всегда так. А потом мальчишки попросили у меня длинный вязаный зеленый шарф, обмотали шею» Скелетона«, ушанку (тогда была мода, носили и мы), разве что только папироску не совали, и варежки. Забавно. Может, это будет советом, потому что именно так в нас, впечатлительных тогда одноклассницах, потушили огонь страха перед этим, который стоит у окна и» глядит«на всех.»
А вот это всё вспомнила, когда прочитала интервью (очень жалко стало Ксению, дочь одних из красивейших актеров нашего времени — Ирины Алфёровой и (отчима) Александра Абдулова) Добавлю, напротив нашего дома жила одинокая женщина с тремя кошками. Ее все боялись и брезговали. Несчастную, даже многолетние соседи избегали. А всё из-за неграмотности и стадного чувства солидарности. Она всю жизнь, как нам показалось, проработала санитаркой в морге и, конечно же, мы «знали все», что она кормит кошек тем, что приносит из мусорки.
«ТЕБЕ НЕ ДАЁТ ПОКОЯ ВОПРОС: КУДА ДЕЛИ ТВОЕГО РЕБЁНКА?»: КСЕНИЯ АЛФЁРОВА О ПОТЕРЕ ДВУХ ДЕТЕЙ.
1 апреля 2026.
Актриса Ксения Алфёрова стала гостьей шоу Лауры Джугелии, в беседе с которой рассказала о перинатальной потере и затронула важную тему бесчеловечного отношения к матерям и детям в российских роддомах. В браке с Егором Бероевым Ксения родила только одну дочь Евдокию. Однако выяснилось, что до рождения Дуни Ксения пережила потерю двух детей. «До Дуни у нас было два ребёнка, которых мы потеряли. Это называется преждевременные роды. Как правило, пары после таких потерь расстаются. Но благодаря этой потере мы по-другому взглянули на жизнь и на мир. Это высокая цена, но значит, она была нужна нам для того, чтобы мы что-то поняли».
Актриса решила рассказать об этом, чтобы обратить внимание общественности на бесчеловечный протокол, который действует в роддомах в отношении матерей и их нерождённых детей (этому же, кстати, посвящена книга Анны Старобинец «Посмотри на него»).
«У нас, к сожалению, нет культуры прощания с детьми, которые либо преждевременно родились, либо умерли при родах. На том самом Западе, который принято ругать, с этим не всё так плохо. Важно вещи называть своими именами. Тот, кого мы потеряли — это ребёнок, это человек. И он так или иначе родился. Сейчас это как происходит в роддомах? Тебя привозят по скорой. В моём случае это было так: второй раз мне сделали кесарево и я была под наркозом. А дальше ты просыпаешься и ты начинаешь естественно думать: а где мой ребёнок? Его куда дели? И тебе это не даёт покоя. Что они с ним сделали? Завернули в пакет и выбросили целиком? Он где сейчас? В мусорном баке? Или его разрезали по частям? Что с ним сделали?
Страница 1 из 2
