Мост в Терабитию

— Просто хотела сделать тебе приятно. У тебя же, недавно было День Рождение. Вот я и подумала. Почему бы и нет? — Она отвела взгляд куда-то в сторону окна, будто боялась встретится со мною глазами.

— Тебе что? Не нравится?

Я не нашёл что ответить в тот момент, а она всё так же беззаботно продолжила:

— Могу вернуть и купить на набор для художника, более по дешевле, если хочешь конечно.

— Улыбнулась она.

— Спасибо.

— Это всё, что я мог выдавить из себя, с безудержно не скрытой улыбкой благодарности для неё.

— Правда, спасибо.

Она лишь неловко улыбнулась мне глазами, а её глазами были переполнены недюжинной для меня добротой. Её глаза отдавали синим отливом. «Слишком красиво»… — Казалось для меня.

— Спасибо тебе большое.

— Снова безудержно промолвил я, всё так же как идиот улыбаясь ей.

— Не за что.

— Скромно ответила она, отводя всё столь же приятный взгляд.

Я не понимал что это за чувство, но меня неистово тянуло к ней. Она вся такая… Необычная. Мне хотелось находится с ней как можно дольше, но я не мог. И что это за чувство охватывало мою душу, я тоже знать не мог. Это было странно и весьма несвойственно для меня.

Я прятал рисунки с Лейзи, нарисованные мною же, чтобы малая не нашла. Она очень любила рыться в моих вещах, сколько бы я не запрещал ей этого делать. Но она всё равно без пристрастно рылась в них, в тайне от меня конечно. А когда находила что-то интересное, то безудержно глумилась надо мной. Это изводило из себя. Она смеялась, а мне хотелось невероятным образом, просто на просто взять и треснуть её. Просто прихлопнуть на месте и всё.

Рисунки с Лейзи я прятал под подушку и перед сном их всё время «сторожил». А то мало ли сестра явится в мою комнату, когда меня нет. Прятать та по сути, больше и некуда та и было.

У меня была нелёгкая жизнь. Тем более, детство. У моего отца не лучше, но он никогда об этом не рассказывал и даже не делился этим. Я не знал почему, но с лишними расспросами не смел приставать.

Я знал, что Дина всегда была его любимицей, а я просто никчёмный бездарь для него. И меня вполне это устраивало. Вполне… Всё, до определённого момента.

Я вскочил домой как ошпаренный, совсем недавно, где-то пару минут тому назад мне позвонил мой отец крича в трубку что-то типа: «Джесс! Жива домой! Где тебя черти носят?!» Я как ошпаренный ворвался домой, неужто, у нашего не спокойного семейства что-то случилось?

— Что? Что такое? — На подобии ошпаренной курицы восклицал я, влетев в дом, даже не удосужившись закрыть за собою входную дверь.

Я стоял перед отцом, сидящим прямо передо мною в кожаном кресле.

Его взгляд был полон спокойствия и при этом неимоверной строгости ко мне.

— Что? Что такое? — Недоумевал я.

Я заметил перепуганное лицо матери, стоящей рядом. И как в ни чём не бывало, тихой сестры, сидящей рядом на диване.

— Где ты был? — Всё так же строго отчитывал меня отец, без эмоциональной палитрой красок, на своём лице. Он вообще не был эмоциональным человеком, почти никогда. И даже сейчас он сохранял недюжинное спокойствие. Но в чём дело, я так и не понимал. Я в чём-то опять провинился? Я ведь уже привык, я всегда в чём-то да был виноват.

— В лесу? А где ещё? — Без лишних эмоций ответил я, всё так же смотря в глаза своему «надзирателю».

Он озарил меня презренным взглядом, но всё так же спокойно спросил:

— Ты хоть знаешь, который час? — Протянул он данную фразу, с нотками злобы и вечного негодования.

— Ну и что?! — Вспылил уже я.

— Говори, только честно. Где ты был? — Казалось бы, спокойно уже начал отец. Дабы, не развевать атмосферы мрачности, в столь уже и без того, напряжённой беседе. Если это вообще можно было бы назвать беседой.

— Я же сказал, в лесу.

Я отвечал честно, но казалось, что даже самые близкие для меня люди почему-то необъяснимо не верили мне.

На минуту или где-то около того, в комнате повисла полнейшая тишина.

— Да что такого! Я гулял с Лейзи в лесу, что в этом такого плохого-та, я не пойму?! — Я начал уже было закипать, ведь действительно, мне не казалось это странным.

Мама тихо охнула, сестра одарила меня обеспокоенным взглядом. Я переводил свои взоры то с матери, то с сестры. Позже, мой взор всё же вернулся к главу семейства.

— Джесс… — Аккуратно начал было уже отец.

— Что? — С некой долей злобы и не прикрытой ненависти ответил я.

— Как ты мог гулять с Лейзи? Она ведь… Она ведь год тому назад погибла.