Раньше у меня был лучший друг. Так получилось, что мы настолько привязались друг к дружке, что стали назваными братьями. Друг мой всегда был рядом, всегда был моей надеждой и опорой. Познакомился я с этим хорошим человеком в школе. Тогда я переходил в пятый класс и не знал о его существовании. Он был в шестом и тоже не знал обо мне. Так бы мы и не стали друзьями, если бы не одно «но»…
1 мин, 40 сек 793
В тот пасмурный сентябрьский день я шел в столовую. Шел спокойно, никого не трогал. Как тут, прямо перед моим носом, возникли два высоченных парня. Они стали требовать от меня так называемое «бабло». Я хоть и испугался, но отказал им. Пацаны, услышав мой ответ, посмеялись и подозвали еще двух таких же мальчишек. Они окружили меня, и никто не обратил на это внимания. Ну, окружили паренька и окружили, что тут такого. Я же подумал про себя: «И где же эти чертовы учителя, когда они так нужны!». Пацаны же чуть–чуть придвинулись ко мне, и один из них, худощавый брюнет, спросил: «Ну что, будешь деньжата нам свои отдавать или нет?».
И вот тут-то и появился он. Он подошел к этому брюнету и что–то шепнул на ушко. У этого черноволосого вытянулось лицо и он, сказав своим: «Уходим», посмотрел на меня и ушел.
Я же поблагодарил своего спасителя и поинтересовался, что же он сказал тому парнишке. Иван (так звали спасителя) мне ответил и мы разговорились, начисто забыв про все на свете.
Как я уже говорил, мы стали лучшими друзьями. Но три года назад, Ваня умер. Так получилось, что в его квартире вспыхнул пожар. Когда он в тот злополучный майский день пришел в обед домой из школы, родителей его еще не было дома. Тогда–то он еще не знал, что больше не увидит их, так как на кухне была неисправна проводка…
Тело его, все черное, как уголь, нашли под кухонным столом. Как сказали медики, он погиб из–за нехватки кислорода. То есть умер, надышавшись дыма. Его смерть была для меня большим горем.
Прошло три года, наступил «Новый Год». Папа сфотографировал меня рядом с елкой. Потом мама, накрыв стол, предложила, пока нет гостей, посмотреть нашу с папой «фотосессию». Мы стали смотреть фотки, и когда очередь дошла до той, где я стою у елки, я и мои родители ужаснулись: рядом со мной стоял Ваня. Он не был обгорелым, как спичка. У него просто в некоторых местах одежда была вымазана сажей. Он смотрел в объектив фотоаппарата, да криво улыбался.
И вот тут-то и появился он. Он подошел к этому брюнету и что–то шепнул на ушко. У этого черноволосого вытянулось лицо и он, сказав своим: «Уходим», посмотрел на меня и ушел.
Я же поблагодарил своего спасителя и поинтересовался, что же он сказал тому парнишке. Иван (так звали спасителя) мне ответил и мы разговорились, начисто забыв про все на свете.
Как я уже говорил, мы стали лучшими друзьями. Но три года назад, Ваня умер. Так получилось, что в его квартире вспыхнул пожар. Когда он в тот злополучный майский день пришел в обед домой из школы, родителей его еще не было дома. Тогда–то он еще не знал, что больше не увидит их, так как на кухне была неисправна проводка…
Тело его, все черное, как уголь, нашли под кухонным столом. Как сказали медики, он погиб из–за нехватки кислорода. То есть умер, надышавшись дыма. Его смерть была для меня большим горем.
Прошло три года, наступил «Новый Год». Папа сфотографировал меня рядом с елкой. Потом мама, накрыв стол, предложила, пока нет гостей, посмотреть нашу с папой «фотосессию». Мы стали смотреть фотки, и когда очередь дошла до той, где я стою у елки, я и мои родители ужаснулись: рядом со мной стоял Ваня. Он не был обгорелым, как спичка. У него просто в некоторых местах одежда была вымазана сажей. Он смотрел в объектив фотоаппарата, да криво улыбался.
