Муми-папа и море

Муми-тролль стоял по пояс в воде, держась за «Приключение», и волна за волной окатывали его с головой. Вода была до боли холодной. Муми-папа усиленно пытался вытянуть сети на берег. Его шляпа сползла на глаза, весла вывалились на песок и путались в сетях и в лапах — все было как нельзя хуже. Когда они наконец оттащили «Приключение» в безопасное место, с моря пришла очередная полоса дождя, и темнота скрыла все. Наступала ночь.

— Что ж, мы неплохо справились, — сказал Муми-тролль, осторожно поглядывая на отца.

— Ты думаешь? — с сомнением спросил Муми-папа. Он посмотрел на огромную кучу сетей и водорослей и решил, что Муми-тролль прав.

— Да, справились, — сказал он.

— Битва с океаном — вот что это было.

* * * Когда Малышка Мю услышала рассказ об их приключении, она положила недоеденный бутерброд на стол и сказала:

— Отлично! Вам обоим предстоит развлечение. На распутывание сетей уйдет три-четыре дня. Эти водоросли пристают, как черти.

— В самом деле? — начал Муми-папа.

— У нас много времени, — быстро сказала Муми-мама.

— В хорошую погоду эта работа может быть даже приятной… — Рыболов может съесть все это дочиста, — предложила Малышка Мю.

— Ему нравятся водоросли.

Муми-папа сник. Эти водоросли сразу после истории с лампой! Как несправедливо! Трудишься, трудишься, и ничего не получается. Все будто ускользало сквозь пальцы. Мумипапины мысли разбредались, и он мешал и мешал свой чай, хотя сахар уже давно растворился. Посередине стола стоял самый маленький соусник. Время от времени с потолка с всплеском падала капля. Муми-тролль сидел, уставившись в календарь, бессознательно завязывая узелки на хвосте.

— Давайте зажжем фонарь! — сказала Муми-мама весело. Сегодня штормит, так что мы можем повесить его на окно!

— Нет, нет! Только не на окно, — закричал Муми-тролль, вскакивая.

Муми-мама вздохнула. Этого она и боялась. Дождливая погода заставляла их вести себя странно, как будто дождь застал их в середине путешествия. А ведь им предстоит еще много дождливых дней. Там, в Муми-долине, всегда находилось занятие в доме, но здесь… Муми-мама встала, подошла к тумбочке и открыла верхний ящик.

— Я заглянула сегодня сюда, — сказала она.

— Ящик почти пуст. И вы представить не можете, что я нашла! Головоломку-зигзаг. Здесь не меньше тысячи маленьких кусочков, и никто не сможет сказать, что здесь изображено, пока все они не будут сложены. Здорово, правда?

Муми-мама высыпала кусочки на стол между чашками в огромную кучу. Все смотрели на нее с неодобрением.

Муми-тролль перевернул один из кусочков. Совсем черный. Черный, как Морра. Или тени в чаще. Или зрачки морской лошади. Или миллионы других вещей. Это могло быть что угодно. И ты не узнаешь что, пока не соберешь головоломку.

* * * Этой ночью Морра пела в море. Никто не пришел на берег с фонарем. Она ждала и ждала, но никого не было.

Она начала мягко, но постепенно ее песнь одиночества становилась все громче и громче. Она больше не была грустной, она теперь была вызывающей: «Нет на свете другой Морры. Я одна-единственная. Я самая холодная в мире. Я никогда, никогда не согреюсь».

— Это тюлени, — пробормотал Муми-папа в подушку.

Муми-тролль натянул одеяло на голову. Он знал, что Морра сидит и ждет фонаря. Но он не даст совести упрекать себя. Морра может выть, сколько хочет. Его это не волнует. Ни чуточки. И кроме того, Муми-мама сказала, что у них уходит слишком много керосина. Вот так.

* * * Дни шли, а вода все прибывала, и упрямый восточный ветер все дул. Волны били по острову с непрерывным гипнотизирующим ревом. Маленький домик рыболова полностью отрезало, но, по словам Малышки Мю, рыболов был очень рад, что его оставили в покое. Дождь прекратился, и семья сошла на берег, чтобы оглядеться.

— Как много водорослей! — воскликнула Муми-мама. Теперь я могу разбить настоящий большой сад.

— Она пересекла скалу и вдруг остановилась. Ее сад исчез, исчез полностью, бесследно. Его смыло море.

— Что ж, он был слишком близко к воде, — решила Муми-мама. Она очень расстроилась.

— Для нового сада придется носить водоросли намного выше… Она долго смотрела на затопленный берег, который шипящими белыми полукругами омывали волны. Они добирались до лодки, прижатой к ольховым кустам, били ее в бок, так что она в возмущении подпрыгивала. Муми-папа стоял в воде и искал свой волнорез. Он шел то в одну сторону, то в другую, вода уже доходила ему до пояса. Он повернулся и прокричал что-то.

— Что он говорит? — спросила Муми-мама.

— Волнореза нет, — сказал Муми-тролль.

— Все камни смыты.

Это было серьезно. Муми-мама заторопилась по мокрому песку и зашла в воду, чтобы показать, как она сочувствует. В такие минуты это лучше, чем слова.

Муми-мама и Муми-папа стояли рядом в воде и мерзли. Она думала: «Это его море в самом деле недоброе»… — Идем-ка на берег, — рассеянно сказал Муми-папа. Наверное, эти камни были не такие большие, как я думал.

Бросив все, они направились мимо лодки и ольшаника к маяку. Там Муми-папа остановился и сказал: