Мусорный дом

Но, раз этот юродивый (все юродивые обладают даром ясновидения, как знал Виктор) унюхал его сотовый телефон, то можно уже свободно вытаскивать его из кармана. Не стесняться. Однако, телефон отключился сразу, как только Виктор попытался набрать на нём «ноль-три».

Чтобы включить телефон, слишком много времени не надо. Нажимаешь клавишу включения — и все дела. Но, как выяснил Виктор, в его телефоне странным образом села батарейка. Что теперь делать? Идти, искать подзарядное устройство? Так этот тип в это время может выскочить из печи и попытаться убежать.

— Как ты узнал, что я собираюсь звонить по телефону? — машинально выпалил Виктор. — Только не говори мне, что я его достал из кармана, а ты подглядел через щёлочку. Я не поверю тебе также, как в то, что ты не хочешь, чтобы я топил свою печку. Итак, как?

Виктор был уверен, что этот угрюмый тип не найдётся, что ему на это ответить и начнёт играть с ним в молчанку. Но тот продолжил диалог с хозяином дома.

— Ты задаёшь слишком много вопросов…

— Я имею на это право — я хозяин дома, в который ты пролез.

— А кто по-твоему я?

— Это тот вопрос, на который ты мне не ответил. Если я правильно понял твою претензию, мол я задаю тебе слишком много вопросов.

— Я бугимен. Такой ответ тебя устраивает? Бугимен — он же домовой. Другими словами, хозяин этого дома не ты, а я.

— Обоснуй.

— А что тут обосновывать? — начал тот разглагольствовать. — Мало завести красивого породистого щенка, труднее — воспитывать его и кормить…

Виктор прервал его монолог, поскольку подумал, что он ёрничает по поводу личных принципов Виктора — не заводить себе собаку, не садить её возле окон своего дома, чтобы охраняла двор. Виктор предложил ему, чтобы менее витиевато выражался.

— Мало построить дом, — начал этот странный «печной житель» ту же песню, но другими словами. — Мало устроиться на работу, пройдя собеседование с самодуром. Сложнее — работать. Делать так, чтобы ты не сломался в процессе.

— То есть, ты мне угрожаешь. Я правильно тебя понял? Если я не буду жить с домовым мирно, то он может сломать дом, который я построил.

Наконец-то этот умник из печки не нашёлся, что ответить! Он промолчал. Один-ноль. Виктор побеждает.

— Ну, хорошо. Кто ты такой — это неинтересный вопрос. Ты сам это понял. Откуда ты взялся?

— Тебе ответить в лоб? Ответить также прямо, как ты спросил?

— Если хочешь, криво ответь. Мне до лампочки.

— Я предпочитаю отвечать прямо…

— Ты вообще не обязан этого делать.

— Не обязан отвечать? Почему?

— Потому, что я люблю тишину. Если в моём доме поселился полтергейст, хрен с ним. Он может жить даже в печке, где угодно. Но мне не хотелось бы, чтобы он постоянно болтал! Тем более, указывал мне, топить печку или не топить. Или начинал пугать моих детей…

— А как с немецкого переводится это слово? «Полтергейст». Шумный дух. Буйный барабашка. А кто такой барабашка? Это тот, кто стучит внутри стен. Поэтому странно слышать от тебя такие желания: «я хочу тишину».

— Откуда же ты такой взялся? Из стен?

— Нет, из окон.

«Ага». Виктору случайно вспомнился «Салемз Лот» — роман Стивена Кинга о вампирах. Там вампиры не могли самостоятельно пробраться в дом, чтобы устроить в нём кровавую бойню. Они должны были постучать в окно и попросить разрешения. Неужели он говорит именно об этом? О том, что кто-то впустил его на стук. Нет, Виктор думал обо всём этом несерьёзно. Он не верил в барабашек и вурдалаков. Пока он сидит здесь, возле печи, и общается с этим типом, у него не успело измениться мнение о том, что там спрятался типичный псих. И сейчас он выведет его на чистую воду.

— Наконец-то ты прекратил молоть свою ерунду! — облегчённо вздохнул Виктор. — «Откуда ты взялся?» Залез через окно. Очень лаконичный ответ! Я тебя поздравляю…

— Ни через какое окно я не залазил!

— Ну вот, опять пошло-поехало… А как же ты здесь появился? Ты что, солнечный лучик?

— Нет, не солнечный зайчик. Меня мороз нарисовал.

— Мороз нарисовал?

— Зимние узоры на оконном стекле.

— А причём здесь узоры? Тем более, на стекле.

— Притом, что их рисует мороз.

— А ты уверен? Может, домовой их рисует! Мороз — это всего лишь вода.

— В стенах тоже вода. В смысле, влага.

— Ну, и что?

— А откуда в таком случае зародились барабашки? Может быть, это птички — садятся на стены, долбят клювом, а суеверные понимают всё двояко?

— Может, ты прекратишь болтать?

— А что, может, ты мне морду хочешь набить? Ну так давай, я вылезу вон из печки.

— Подожди. Я санитаров ещё не вызвал.

— А ты и не вызовешь. Или ты наивно думаешь, что у тебя батарейки сели в телефоне? Так знай, я могу не только твой дом сломать, но и твой телефон.

— Вы.

— Что, вы?

— «Я могу Ваш дом, Ваш телефон сломать». Когда ты грубишь, учись обращаться к людям на «Вы».

— Я не грублю.

— А что, ты у нас не буйный-агрессивный дух «полтергейст»?

— Если ты сам не буйный и не агрессивный.

— Что-то я тебя не понимаю.