Мужчина для Дафны

— Откуда я знаю?! — Гринграсс удивилась, как он до сих пор не лопнул от переполнявшего его гнева. — От тебя никакого толку!

Потом за дверью воцарилась тишина, а еще через мгновение Дафна услышала хлопок и последовавший за ним стон Пэнси. Потом еще один — более протяжный.

— Хватит! — завопила вдруг Паркинсон, но Малфой, похоже, снова ударил ее в ответ.

— Делай, что тебе говорят, или твоим отношениям с папочкой Нотта конец! И впредь будешь думать, прежде чем говорить мне что-либо, не проверив информацию!

Послышался еще один удар, и вот тут Дафна поняла, что дальше скрываться нет смысла. Она резко рванула на себя дверь и влетела на смотровую площадку с палочкой наизготовку.

Картина, открывшаяся ее взору, поражала своей омерзительностью. Пэнси стояла перед Драко, вся в слезах, а Малфой бил ее по щекам, наотмашь.

— Петрификус Тоталус! — Драко остолбенел, не ожидая внезапного нападения, и бревном упал на каменный пол.

Дафна убрала палочку и прошла к Пэнси.

— Соберись, — велела она строго, и растерянная Паркинсон подчинилась. — Больше он ничего нам не сделает, — с этими словами Гринграсс подошла к обездвиженному Малфою и ударила шпилькой в бок. Его зрачки расширились, возвещая о том, как ему больно, но закричать он не мог, и от этого Гринграсс испытывала почти наслаждение.

Глядя на все это, Паркинсон зарыдала от боли и унижения, закрыв руками лицо. Она боялась поднять глаза и только завывала, не зная, что сказать.

А Дафна наслаждалась триумфом. Она обошла Малфоя и ударила снова — на этот раз в живот.

— Это тебе за воспоминания Снейпа, — процедила она с отвращением. — А это, — Дафна взмахнула палочкой, снимая с него брюки и трусы, — тебе за сиськи и задницу!

Идея была не нова, но сегодня Гринграсс не претендовала на звание «мисс Изобретательность». Она взяла вещи Драко и засунула под мышку.

— Мне плевать, как ты доберешься до спальни, но я очень постараюсь сделать так, что твое неглиже не останется незамеченным, — сказала Дафна на прощание. — И даже не вздумай снова угрожать мне или Пэнси оглаской отношений с отцом Нотта! Иначе пожалеешь, что не спрыгнул с этой башни, когда был шанс!

И она ушла, сжимая в руке холодную ладонь Паркинсон. Кажется, они снова становились подругами.

Игра

Дафна не знала, как Малфой собирался добираться в спальню после того, как действие заклятия ослабеет, но решила не будить его товарищей, что по задумке должно было заставить Драко испытать некое чувство, подобное благодарности. Это, несомненно, расставило бы между ними все точки и закрепило ее авторитет как человека, в высшей степени великодушного.

Пэнси шла рядом, то и дело всхлипывая.

— Я Чэду скажу! — ныла она. — Он из хорька позорного отбивную сделает!

— Хватит, — тихо, но твердо сказала Гринграсс. — Я пострадала, ты пострадала, но и Малфой тоже пострадал. Унижения, которое он испытал, пока достаточно.

— Но Дафна!

— И впутывать сюда папика ни к чему — только усложнишь все. Малфой и так теперь нас за километр обходить будет и в ножки кланяться.

Паркинсон пришлось согласиться, хотя она еще долго бурчала что-то уже лежа в своей постели. Гринграсс так и не сказала ей о том, что это была ее маленькая месть за испорченные блузки.

На следующий день Дафна догнала Джинни у раздевалок, когда та спешила на тренировку.

— Уизли! — она схватила ее могучей рукой Гойла за тонкое запястье.

— Лапы убрал! — Джинни дернулась, но Гойл был слишком велик, чтобы поддаться. Дафна даже сама удивилась, как это здорово, когда силищи у тебя хоть отбавляй.

Внезапно она вспомнила Малфоя, и что-то щелкнуло у нее в мозгу. Гринграсс дернула вырывающуюся Уизли на себя, а потом резко толкнула к стене и придавила своим огромным телом, оказавшись совсем рядом.

— Завтра на матче я рамажу тебя по стенке, как сейчас! — прошептала она грубо и заметила, как лицо Джинни стало бордовым.

— Отвали, ищвращенец! — она снова толкнула Гойла, и на этот раз Дафна отпустила ее.

Джинни поспешила на поле, то и дело оглядываясь и проверяя, не преследует ли ее инфантильный громила. А Дафна стояла, облокотившись о стену, и провожала соперницу взглядом, который, по ее мнению, должен был выражать животную мужскую похоть. Теперь Уизли еще долго будет вспоминать этот момент! А может быть, даже фантазировать в душе о том, что могло бы случиться дальше, не оттолкни она Гойла… Гринграсс вспомнила, как ласкала себя после унижения Малфоя. Это было стыдно, но так возбуждающе…

Впрочем, у Драко надолго пропало желание хватать кого бы то ни было за разные места. Он сидел, то и дело пялясь по сторонам, словно боялся, что Дафна следит за ним и только и ждет, когда он выкинет что-то, что развязало бы ей язык. Такой Драко даже нравился ей. За обедом вместе с Пэнси они весело хихикали, обсуждая его член так, чтобы он слышал. Малфой покраснел и чуть не поперхнулся костью, но продолжал сидеть, как истукан — не мог позволить себе потерять лицо.