Фандом: Гарри Поттер. А если все не совсем так, как кажется, если враги на самом деле и не враги вовсе, если школьная вражда — лишь умело поставленный спектакль?
25 мин, 53 сек 7793
Выбравшись из постели, причем сделав это так аккуратно, чтобы не задеть беззвучно ржущего Тома-воспоминание — в отличие от призраков, он слишком материален — и Лорда, отправляюсь вниз.
В Гостиной полно народу, туда согнали всех без разбору, проверка может затянуться до утра.
— И как на такое смотрит ваш директор? — раздается совсем рядом. Хорошо хоть, все галдят и не слышат, как герой магического мира разговаривает с пустотой, и, о чудо, она ему отвечает.
— Сквозь пальцы он смотрит.
— Всегда считал его старым маразматиком, но годы-то идут, маразм крепчает, — не знаю, с каким выражением лица это было сказано, но голос абсолютно серьезен.
В гриффиндорской гостиной, которая, по случаю массового наполнения учениками, представляла собой скорее приличного размера зал, нас уже ждали девушки и Фред с Джорджем. Они удобно расположились у дальней стены. И кто-то успел поставить отвлекающие и заглушающие чары, причем сделал это так виртуозно: не будь я включен в систему защиты, не заметил бы ни девушек, ни чар.
Вообще-то, мы собирались поспать, а не обсуждать что-то. Так как акции проверок скорее норма, то большинство к ним привыкло. И с успехом дрыхнет в гостиной. Благо, места много, диванов и кресел поприбавилось, красота.
— Надеюсь, вы с собой прихватили наших друзей? — осведомилась Гермиона.
— Прихватили, а то как же, — Рон с удовольствием продемонстрировал книжку, Невилл кивнул на кактус в своих руках. А потом все внимательно уставились на меня. Постойте, они решили, будто я и Лорда во что-то превращать буду?
— Мда, ну и молодежь нынче пошла, — не подскочить на месте смогли лишь те, кто был со мной в одной спальне.
— Какая есть, — неожиданно ответила Джинни, она первая сумела взять себя в руки.
Пока мы выясняли, кто кого и куда дел, в гостиную заглянула сама Амбридж — то ли ради интереса, то ли ей доставляет удовольствие наблюдать, как ученики вместо кроватей спят на креслах и диванах. Ну, а может, она хотела увидеть, как кто-то выдаст себя волнением, вот тогда у него точно что-то обнаружится в вещах. Увы, её ждало разочарование: все, включая нас, спокойно сидели и либо тихонько разговаривали, либо спали. Ну, мы-то понятно: чары создавали нужную иллюзию.
— Кто из вас колдовал? — поинтересовался Лорд.
— Я, а что такое? — насторожилась Гермиона.
— Неплохо, очень неплохо, — это был, комплимент? От Темного Лорда? Гермионе? Завтра обещали всемирный потоп? Или мы чего-то про его Темнейшество не знаем?
Гермиона вон подозрительно побледнела.
— Мне вот только интересно: кто эта особа в розовом? — похвалил — переведи тему.
— Преподает ЗОТИ, — хмуро сказал Невилл. Хмуро, потому как у него с Амбридж не срослось — у них не просто неприязнь, а самая настоящая ненависть. И если спокойный Невилл ненавидит молча, то Амбридж всякий раз при встрече его изводит.
— Как?!
— Так, причем без палочек, одну теорию, — это встрял в разговор уже я.
— Не может этого быть…
Ближе к утру, к завершению проверки, мы успели обсудить множество аспектов нашей и общемировой жизни. Каждый высказал свою позицию, каждый предложил пару-тройку вариантов, не раз сокрушаясь, что остальные участники нашей группы могут только слушать. Кстати, из нас вытянули и историю о том, как мы умудрились подружиться, и заодно — кто додумался провести ритуал. На последнее мы долго отнекивались: мол, вообще мимо проходили. Но были неоспоримые доказательства в виде смеющегося Тома из дневника — и как он умудряется показываться только нам, оставаясь невидимым для остальных? Пришлось сознаваться. Лорд, в который раз за ночь, посочувствовал всем, кто имеет с нами дело, в общем, а старику Дамблдору — в частности. Кстати, я отдал прихваченный пузырек из спальни, пояснив — это антидот. А заодно рассказал способ его получения. Ну да, припрятал я порцию зелья того, и да, совершенно случайно, его выпил Сириус — любит мой крестный хороший коньяк. Вот и пришлось целые сутки не вылезать из подвала его дома: как-то встречаться с разъяренным фиолетовым медведем мне совершенно не хотелось, а под рукой лаборатория; от нечего делать я экспериментировал, так и появился на свет антидот. Почему никому не сказал? Забыл, из головы вылетело.
Как я добрел до спальни, помню плохо. Кажется, держался за стену, ибо спать хотелось неимоверно. Ещё бы: третья бессонная ночь, даже с бодрящим бальзамом это уже слишком. И, засыпая, слышу вопрос:
— Чего же вы хотите, дети?
С соседней кровати через зевок:
— Мы — маленькие дети, нам хочется… — чего нам там хочется, я уже не расслышал, так как крепко спал.
В Гостиной полно народу, туда согнали всех без разбору, проверка может затянуться до утра.
— И как на такое смотрит ваш директор? — раздается совсем рядом. Хорошо хоть, все галдят и не слышат, как герой магического мира разговаривает с пустотой, и, о чудо, она ему отвечает.
— Сквозь пальцы он смотрит.
— Всегда считал его старым маразматиком, но годы-то идут, маразм крепчает, — не знаю, с каким выражением лица это было сказано, но голос абсолютно серьезен.
В гриффиндорской гостиной, которая, по случаю массового наполнения учениками, представляла собой скорее приличного размера зал, нас уже ждали девушки и Фред с Джорджем. Они удобно расположились у дальней стены. И кто-то успел поставить отвлекающие и заглушающие чары, причем сделал это так виртуозно: не будь я включен в систему защиты, не заметил бы ни девушек, ни чар.
Вообще-то, мы собирались поспать, а не обсуждать что-то. Так как акции проверок скорее норма, то большинство к ним привыкло. И с успехом дрыхнет в гостиной. Благо, места много, диванов и кресел поприбавилось, красота.
— Надеюсь, вы с собой прихватили наших друзей? — осведомилась Гермиона.
— Прихватили, а то как же, — Рон с удовольствием продемонстрировал книжку, Невилл кивнул на кактус в своих руках. А потом все внимательно уставились на меня. Постойте, они решили, будто я и Лорда во что-то превращать буду?
— Мда, ну и молодежь нынче пошла, — не подскочить на месте смогли лишь те, кто был со мной в одной спальне.
— Какая есть, — неожиданно ответила Джинни, она первая сумела взять себя в руки.
Пока мы выясняли, кто кого и куда дел, в гостиную заглянула сама Амбридж — то ли ради интереса, то ли ей доставляет удовольствие наблюдать, как ученики вместо кроватей спят на креслах и диванах. Ну, а может, она хотела увидеть, как кто-то выдаст себя волнением, вот тогда у него точно что-то обнаружится в вещах. Увы, её ждало разочарование: все, включая нас, спокойно сидели и либо тихонько разговаривали, либо спали. Ну, мы-то понятно: чары создавали нужную иллюзию.
— Кто из вас колдовал? — поинтересовался Лорд.
— Я, а что такое? — насторожилась Гермиона.
— Неплохо, очень неплохо, — это был, комплимент? От Темного Лорда? Гермионе? Завтра обещали всемирный потоп? Или мы чего-то про его Темнейшество не знаем?
Гермиона вон подозрительно побледнела.
— Мне вот только интересно: кто эта особа в розовом? — похвалил — переведи тему.
— Преподает ЗОТИ, — хмуро сказал Невилл. Хмуро, потому как у него с Амбридж не срослось — у них не просто неприязнь, а самая настоящая ненависть. И если спокойный Невилл ненавидит молча, то Амбридж всякий раз при встрече его изводит.
— Как?!
— Так, причем без палочек, одну теорию, — это встрял в разговор уже я.
— Не может этого быть…
Ближе к утру, к завершению проверки, мы успели обсудить множество аспектов нашей и общемировой жизни. Каждый высказал свою позицию, каждый предложил пару-тройку вариантов, не раз сокрушаясь, что остальные участники нашей группы могут только слушать. Кстати, из нас вытянули и историю о том, как мы умудрились подружиться, и заодно — кто додумался провести ритуал. На последнее мы долго отнекивались: мол, вообще мимо проходили. Но были неоспоримые доказательства в виде смеющегося Тома из дневника — и как он умудряется показываться только нам, оставаясь невидимым для остальных? Пришлось сознаваться. Лорд, в который раз за ночь, посочувствовал всем, кто имеет с нами дело, в общем, а старику Дамблдору — в частности. Кстати, я отдал прихваченный пузырек из спальни, пояснив — это антидот. А заодно рассказал способ его получения. Ну да, припрятал я порцию зелья того, и да, совершенно случайно, его выпил Сириус — любит мой крестный хороший коньяк. Вот и пришлось целые сутки не вылезать из подвала его дома: как-то встречаться с разъяренным фиолетовым медведем мне совершенно не хотелось, а под рукой лаборатория; от нечего делать я экспериментировал, так и появился на свет антидот. Почему никому не сказал? Забыл, из головы вылетело.
Как я добрел до спальни, помню плохо. Кажется, держался за стену, ибо спать хотелось неимоверно. Ещё бы: третья бессонная ночь, даже с бодрящим бальзамом это уже слишком. И, засыпая, слышу вопрос:
— Чего же вы хотите, дети?
С соседней кровати через зевок:
— Мы — маленькие дети, нам хочется… — чего нам там хочется, я уже не расслышал, так как крепко спал.
Страница 7 из 8
