Мы принимаем бой

«Что-то, что дороже тебя самого», — вспомнил Питер собственные слова о Дереке. Сила и слабость… Но именно Дерек сказал ему не уступать, даже если у упырей окажется его Брейден.

— Чувства сами по себе слабостью не являются, — ответил он вампиру. — Слабостью является подчинение разума этим чувствам.

Вампир кивнул, но по его губам снова скользнула улыбка:

— Однако вместо атаки всей стаей вы вышли сюда в одиночку. Как вам подсказал ваш разум.

— А кто мешает мне оторвать тебе голову прямо сейчас, в одиночку? — ухмыльнулся Питер, хотя вовсе не чувствовал себя готовым вот так принести в жертву Лидию. Только промолчать он тоже не мог.

— Мистер Хейл, — упырь и бровью не повел, — если вы сейчас уйдете, я верну вам вашу баньши живой и здоровой утром.

Вокруг потемнело. Питер сперва решил, что это снова шуточки перелета вампира с места на место, но Эрнир стоял неподвижно.

Природа решила, что их беседа слишком затянулась. Пока они шли по лесу, легкие облачка превратились в серые тучи, затягивающие небо.

Питер невольно окинул взглядом горизонт.

— Лучше решать быстрее, — сказал вампир. — Ваше преимущество сейчас испарится. Мы готовы к бою, а один из моих братьев готов попробовать превратить вашу баньши в одну из наших сестер.

Из здания вышел вампир. И еще двое. И еще пятеро… Им не надо было ждать ночи — достаточно дождаться, когда солнце скроется. И оно скрылось.

Питеру оставалось только надеяться, что внешне он оставался спокойным. Потому что на весах сейчас с одной стороны был Бикон Хиллс и сотни людей, а с другой — одна жизнь. Которую он еще может попытаться не отдать.

Детка, я рискну. Можешь потом меня убить, я согласен. Только я почему-то уверен, что если поступлю иначе — или он все равно тебя убьет, или ты все равно убьешь меня — и будешь права.

Питер поднял взгляд на Эрнира — против собственных же установок не смотреть в глаза. И вдруг уловил движение в том самом окне. Брейден. Брейден сигнализировала ему из окна своим серебристым кинжалом, на котором чернела кровь.

«Лидия в безопасности, а я занимаю позицию», — сказала она, пряча кинжал. — «Могу подстрелить твоего и уйду к выходу, чтобы они к нам сюда не лезли. Стайлз уже закрывает окна и двери в башне».

Слух вампиров явно уступал слуху оборотня. Потому что Эрнир и ухом не повел.

— Думаю, мы так и не узнаем, может ли вампир обратить баньши, — задумчиво произнес Питер вслух, кивая Брейден.

— Так вы уйдете?

Он усмехнулся и, уже не скрываясь, спросил:

— Дерек, вы готовы?

«Да».

Он уловил, как в мерцающих глазах вампира проступило недоумение, когда раздался выстрел.

Эрнир меняется в лице, трансформируясь, и первым бросается на оборотня. Серебряная пуля если и действует на него, то не сильно, и даже вторая, прилетающая от Криса, как и полагается по их плану, не сильно замедляет движения упыря, в котором уже остается также мало человеческого, как и в самом Питере, который начинает трансформацию одновременно с противником, и сейчас со стороны они выглядят ужасающе прекрасно — два зверя, два хищника, два огромных мощных тела в прыжке друг на друга, клыки, горящие глаза, когти, кожистые драконовские крылья и раскатистое жуткое рычание, переходящее в инфразвуковой рев.

Ему отвечает многоголосое рычание из леса позади оборотня-альфы.

Где-то в Бикон Хиллс за письменным столом вздрагивает чернокожий адвокат в элегантном костюме, поднимается, делает шаг к окну, к двери — будто хочет разорваться на две части, но рвется не он, а его элегантный костюм — трещит по швам и расползается на части, и вот уже в окно выпрыгивает огромная черная пантера, сильными изящными прыжками несется прочь из города, а за ней из дома выпрыгивают еще две темные тени — чуть больше и чуть меньше — и мчатся следом, стелются по асфальту туда, откуда все еще доносится этот рык, неслышный человеческому уху, заставляя шарахаться одиноких прохожих, привыкших ко всякому — это же Бикон Хиллс.

Лидию Стайлз заставляет отойти от окна, но она все равно упрямо подходит обратно, и максимум, на что ему удается ее уговорить — не стоять посередине оконного проема, а выглядывать из-за рамы.

Она видит, как из леса на потемневшую поляну мчатся уже обратившиеся оборотни, видит, как перебежками за ними передвигается Крис Арджент, на ходу разряжающий обойму за обоймой в несущихся навстречу вампиров. Краем глаза Лидия отмечает троих вампиров, пытающихся пробиться в уже запертую входную дверь, видит, как один из них пытается взлететь, но пробившая голову пуля Брейден из окна на первом этаже делает его неповоротливым и тяжелым, и на этот раз можно рассмотреть, как выглядит вампир с крыльями, только недолго — откуда-то сбоку на раненого прыгает стремительный ураган, и спустя пару секунд тело с опутавшими его кожистыми перепонками крыльев, падает на землю, и рядом катится оторванная голова. Дерек поднимает на секунду голову и встречается взглядом с Лидией.