Мы принимаем бой

Вспомнилось, как Питер уходил от нее в темнеющие вдали деревья, вспомнилось, как он едва не шагнул в костер, сжигавший упырей, чуть не убивших их всех, вспомнился его зов и потом — его потухшие глаза…

— Не реви, — сказали от двери. — Не смей жалеть ни себя, ни меня.

Лидия вскочила и, не разбирая дороги, бросилась к нему, обхватила обеими руками, прижалась к его груди и все-таки разревелась — с наслаждением, в голос, со слезами ручьем и с мокрым носом. Только это было не от жалости, а от облегчения, которое затопило ее всю изнутри.

Питер некоторое время стоял неподвижно, просто обнимая и поглаживая ее обеими руками, а потом тихонько сказал ей в макушку:

— Детка, я только что из душа, меня уже не надо поливать, успокойся.

Лидия засмеялась сквозь слезы, потому что это был ее Питер, настоящий, живой, не угасший. Что бы ни делал он в лесу, что бы ни сказал ему Арджент — это подействовало. Он снова был собой.

Заснуть в эту ночь у них не получилось. И даже заняться любовью они были не в состоянии. Слишком много всего случилось, слишком много физических и душевных сил было потрачено за эти сутки. Слишком много раз они сегодня прощались друг с другом — и каждый раз опасались, что навсегда.

Поэтому они просто сидели в обнимку и тихо разговаривали. Лидия рассказала о Стайлзе, Питер — об Аткинсах и о том, что Крис и Айзек останутся в городе. Арджент решил, что Бикон Хиллс сейчас нельзя оставлять без охотников, а то всякие пришлые Морганы и даже Калаверас могут только навредить.

— У нас тут сложная экосистема, как он сказал, — усмехнулся Питер. — И ее нельзя нарушать.

Лидия вздохнула и прижалась головой к его плечу.

— Крис прав, — продолжил он.

Слышать, как он вот так просто произносит имя Арджента, было очень здорово. Как бы то ни было, но это их последнее приключение закончилось миром и безопасностью не только для Бикон Хиллс, но и для них самих — и Скотт, и Крис больше не были Питеру врагами. Они заключили союз, который, судя по всему, не развалился после окончания боя с вампирами.

— В чем прав? — спросила она, не поднимая головы. — Про экосистему?

Питер покачал головой.

— И это тоже, но… Я сегодня понял. Это все того стоит. И я могу с этим справиться. — Он вдруг оживился: — Ты знаешь, что Дерек и Брейден с Корой решили вернуться? Он только ненадолго уедет, уладит там свои дела, и приедет насовсем. А девочки сразу останутся с нами.

— Нам придется съехать, — подумала Лидия вслух, и тут же спохватилась: — Ой, прости. Это все неважно… Здорово, что они вернутся. Стая должна жить вместе.

Питер обнял ее за плечи и тихонько засмеялся.

— Нет ничего неважного. И Дерек тоже так сказал, насчет «вместе». Только придется немного поработать. А ты знаешь, что ему принадлежит все это здание, а не только лофт?

— И?

— И внизу еще минимум два этажа, которые мы можем осваивать. Только все они нуждаются в ремонте.

Лидия зажмурилась. Все складывалось слишком хорошо. Хотя было кое-что, чего она не могла понять.

— Стая должна жить вместе, — повторила она и слегка запнулась, прежде чем продолжить значительно тише: — И у стаи должен быть альфа.

— Угу, — отозвался он, но совсем не так, как она опасалась. Ему снова все равно и цвет его глаз не имеет значения? — Знаешь, я сперва сам не понял. А когда понял, то мне так хреново стало…

— Это неважно, — повторила она, но он отстранил ее и замотал головой:

— Нет-нет, ты не поняла. Не потому хреново, что я мог снова потерять силу…

Мог?!

— … А потому, что ее потерял Дерек. Я тогда фактически вынудил его это сделать, и не помог — хотя был в состоянии его поддержать, пусть и не так, как Скотт меня этой ночью, но я мог что-то сделать, хоть попробовать! А я просто стоял и смотрел, как он убивает в себе альфу… — он поморщился и добавил с внезапным отвращением: — Наблюдал, как всегда.

Лидия пожала плечами:

— Думаешь, ты смог бы что-то изменить?

— Я мог попытаться. Мог забрать хотя бы часть, чтобы его не так приложило…

Она хотела сказать, что он зря себя терзает, что вряд ли бы что-то вышло, он ведь тогда был всего лишь бетой, но он не дал ей открыть рот:

— У Скотта же получилось помочь мне.

И вновь, как тогда, осенью, у Лидии перехватило дыхание под внезапно вспыхнувшим огнем алых глаз.

Ее альфа никуда не ушел. Он остался.

Поверить в это было сложно, но верь — не верь, а факт вот он, сидит рядом и сверкает красным взглядом.

Она не успела ничего сказать — в дверь постучали и тут же вошел Дерек, не дожидаясь ответа.

— Все это очень мило, но уже семь часов, я должен ехать, и ждать, пока вы тут окончательно проникнетесь ситуацией, мне некогда.

Лидия закрыла рот, вдохнула ставший очень сладким и легким воздух. Ей хотелось сказать так много, еще больше хотелось расцеловать сперва Питера, потом Дерека или обоих одновременно, но она только спросила:

— Это правда, что нам можно не уезжать?

— Выбирай апартаменты, — усмехнулся Дерек. — Вернусь — займемся ремонтом.