Мы за тобой придём

— Рассказывай — потребовала женщина. Взглянув, исподлобья на жену, сильно постаревший, отец семейства Никодимовых, лишь мотнул головой, в знак отрицания. На глаза женщины, выступили слёзы. Вот только теперь, их было не много. Обнявшись (все трое), в тишине, зашли в дом. В комнате, предназначенной для приёма пищи, семейство всё в той же тишине, поужинав, разошлись по комнатам. Казавшийся не вероятным для них сон, не сразу, но овладел, сначала матерью и отцом, а к полуночи и Олегом. Тихий, с периодичностью стук, разбудил парня. Поначалу он, не понял откуда исходит звук, и просто сидел на кровати. Стук повторился. Теперь Олег, смотрел в не занавешенное окно. Кроме верхушек, плодовых деревьев, чёрного неба и белого диска луны, поначалу ни чего не увидел. А через секунду звук повторился, и в левом краю панорамного окна, Олег, что-то заметил. Он прищурил один глаз и стал всматриваться в тот угол. Лунный свет, не позволял разглядеть странный объект, поэтому мальчик слез с кровати и приблизился к окну. В третий раз прозвучал стук. И Олег с ужасом, на конец, таки, разглядел за окном, руку с переломанными (несколько, костей торчали из ободранной плоти) пальцами. Отшатнувшись, Олег, споткнулся. И упал на пятую точку. В этот момент за окном появилась взъерошенная голова. Лицо, Олег признал почти сразу. Хоть и было в грязи. Это лицо, он видел с рождения, играя в саду или перед зеркалом в ванной, когда чистил зубы. Также в глаза бросилось болтающееся на разодранной коже, правое ухо. Взъерошенный смотрел на Олега. Его изуродованный рот, то открывался, то закрывался, казалось, что он что-то говорит. Впрочем, так оно и было. Страх медленно отступил, и Олег приподнялся. Вставая, он не сводил глаз с мёртвого лица. Решение подойти ближе, само по себе пришло в его голову. А открыть окно, последовало за ним. Сейчас он стоял, напротив мертвеца и их не разделяло окно. Виктор по-прежнему, беззвучно открывал рот. Кстати говорят, комната Олега, находилась на втором этаже. Так что если бы кто-то проходил мимо, то скорей всего остолбенел, при виде висящего в воздухе на уровне второго этажа, подростка. И не известно, что бы его могло испугать, что мальчик висит в воздухе или торчащий позвоночник с кусочками рёбер. Виктор, неожиданно поднял руку и прикоснулся, оцарапав плечо брата. Словно током, Олега отбросило на кровать, и тот потерял сознание. Мертвец, широко открыв рот, да так что нижняя челюсть оторвалась и повисла на кровоточащей коже, превратился сначала в серый силуэт, а после и вовсе исчез.

— Олежка, сыночек вставай — чуть ли не плача слегка повысив голос, говорила Наталья Васильевна. Мальчик очнулся: — Нет, Витя, не надо! Мать, перепугавшись, отстранилась. В её глазах, паника сменилась не пониманием. — Олежка? Парень, сориентировался, быстро. Посмотрел на мать, потом, на стоящую рядом кровать. Вспомнил события прошлого дня. И из глаз потекли слёзы. Мать и сын обнявшись в полголоса, рыдали. Справа открылась дверь. И в комнату вошёл, мрачный от горя отец.

— Олег, перестань рыдать — внезапно произнёс он — она женщина, ей можно, но ты— то уже взрослый мужик, не пристало нам разводить сопли. Женщина, посмотрела на мужа, слова его не сразу оказались ей понятны. Но, всё же, снова отстранившись от сына, Наталья Васильевна сказала: — Да, сынок, не стоит! — Но, мама. Она прислонила палец к его губам.

— Вот так, то лучше— с неизменной печалью произнёс отец семейства. На следующий день, в дом к Никодимовым, пришёл, вчерашний круглолицый. А пришёл он, с новостью, печальной новостью.