Мясной склад

А Марина просто смотрит. Смотрит своим потускневшим зелёным взглядом. Ждёт чего-то… У меня снова есть костёр. Эскимосы правы — из жира выходят отличные обогреватели. Хорошие, прямо скажем.

Неплохие.

Мой костёр чадит и коптит. Воняет просто жутко — так пахнут жжёные волосы… целая копна коричневых волос, пропитанных жиром.

Мне снятся французы. Французы, покидающие Москву. Снятся их мундиры, их породистые лошади. Поговаривают, что эти бравые драгуны распарывали своим жеребцам животы и грели задубевшие руки в горячей крови и во внутренностях.

Они грелись… Как я.

Жира осталось совсем немного. В её стройном теле и не могло его много быть. Это топливо скоро догорит. Что делать дальше — не знаю. У меня закончились кошмарные идеи. Какие-то мысли ещё копошатся в мозгу, но это не более чем утки в замерзающей полынье.

Ладно, поживём-посмотрим. Пока мне тепло. Её тело согревает меня. От её внутренностей поднимается пар… Я знаю, что пройдёт час, максимум — полтора, и Марина превратится в очередную мясную тушу, каких очень много на этом складе. Превратится в выпотрошенный, заледеневший труп.

Что ж, по крайней мере у меня есть эти час-полтора. Может быть этого хватит. Может быть уже понедельник. Может быть сюда идут люди, которые вернут меня в лето. Окунут в жару. Искупают в зное. Испепелят электричеством. Сожгут на костре. Прижгут калёным железом. Сварят в масле. Поджарят на медленном огне. Утопят к кипящей смоле нижнего ада… Видит бог — я жду этого.