Света открыла глаза и уставилась в потолок. В комнате было темно, но сквозь щель между двумя плотно закрытыми шторами на окнах пробивались солнечные лучи, тусклые и почти незаметные — погода сегодня не будет приветливой. Света немного полежала без движения. Тишину нарушало только тяжелое громкое дыхание Кости. Женщина повернула голову в его сторону, скользнув взглядом по его лицу.
130 мин, 41 сек 21424
Макс засмеялся, а Света застонала и высунула раздвоенный змеиный язык.
— Нет!— Костик сорвался с места и кинулся на них.
Люди выходили на улицу и расходились по домам.
— Олеся, — Ольга Леонидовна остановила девочку, — ты могла бы побыть со мной? Мне страшно одной дома. Тем более сейчас, когда мои крошки исчезли.
— Ну, вообще-то, я хотела… — Олеся кинула взгляд на Никиту и увидела, что он предлагает Наташе побыть у него дома, а не возвращаться в пустую окраину Озера.
—… хотела сама вам это предложить, — закончила Олеся, поворачиваясь к старушке.
— Ох, — растрогалась она, — ты очень милая.
— Все лучше, чем дома с мамой.
— Твоя мама немного не в себе.
— Нет. Она рехнулась, — резко ответила Олеся и взяла старушку за руку, — пойдемте.
— Я живу недалеко отсюда, — сказал Никита Наташе, — прямо напротив дома Ольги Леонидовны.
Наташа обняла себя:
— Кажется, стало прохладнее.
Никита кивнул:
— Меня беспокоит еще кое-что.
— Что же?
— Я заметил это сразу. Все началось с кошек Ольги Леонидовны. Животных нет. Даже птиц. Вы слышали лай брошенных собак? Я — нет. Мы словно перенеслись в какое-то пустое измерение.
— Почему это происходит с нами?— прошептала Наташа, глядя вдаль…
Света увидела, как Костик яростно закричал и бросился на Макса, словно одержимый. Она вскрикнула и отскочила. Костя повалил Максим на пол, поднимая нож. Света подлетела к нему, но Костик толкнул ее, и она упала, стукнувшись головой об угол стола. Костя оседлал Макса и начал опускать нож, но тот перехватил его руку.
— Она такая горячая, — прошептал Максим ему в лицо, когда они встретились взглядом, и высунул змеиный язык. Его тело начало меняться. Оно вытягивалось и покрывалось шершавыми чешуйками, превращаясь в змеиное. Костик с криком соскочил с него и, выронив нож, отбежал в сторону.
Света поднималась с пола. Верхняя часть ее тела оставалась прежней, в то время как нижняя стала змеиным хвостом.
— Иди ко мне, — сказала Света, и Костик выбежал из гостиницы. Подальше от этих монстров…
— Ты в порядке?— Максим помог Свете встать.
— Нормально, — ответил она. — Он совсем спятил. Смотрел на нас, словно мы какие-то призраки.
— Не знаю, что здесь творится, — сказал Макс, — но я уже хочу как можно скорее убраться из этого города…
Ира, жена милиционера Жени, который сейчас вместе с Егором объезжал городок, вернулась домой, как и все остальные. Она пощелкала пультом от телевизора, но на всех каналах были только мигающие помехи. Тогда она раздраженно отбросила его в сторону и пошла на кухню. Она вылила в кружку остатки жидкости из кофейника и открыла холодильник, чтобы достать сыр, но ей в нос ударил затхлый воздух.
— Что за черт?— пробормотала Ира.
Все продукты покрылись слоем плесени, а на некоторых была какая-то коричневая слизь. Женщина захлопнула дверку и прислонилась к ней спиной.
Ей было страшно…
За неделю до встряски муж бросил Жанну. Все семь дней она пыталась справиться с горем с помощью алкоголя. Она и раньше «притрагивалась к рюмке», но в эти дни ее страсть стала особенно сильной. Исчезновение ребенка окончательно вывело ее из нормального состояния.
Когда она шла с Олей и Олегом, то услышала плач ребенка. Она сразу же его узнала — он звал ее за собой, и она побежала. Она не разбирала дороги, слыша только этот плач. Остановившись, Жанна поняла, что добралась до самой окраины, до той развилки, с которой дорога сворачивала к знаменитому городскому озеру. Царила мертвая тишина.
Жанна увидела маленький шевелящийся сверток, лежащий на земле. Она подбежала к нему и увидела лицо своего малыша. Облегченно вздохнув, она взяла его на руки и прижала к себе. Ребенок затих.
— Все хорошо, — прошептала Жанна, — ты вернулся.
И тут ей стало холодно. Холод исходил от ее мальчика, распространяясь по всему телу. Жанна испуганно посмотрела на малыша. Сердце замерло. Кровь отхлынула от лица. Малыш был мертв — его ручки безвольно болтались, голова запрокинулась назад, а кожа стала синей и холодной. На лице и шее расползлись трупные пятна. Открытые глаза мертвым взглядом смотрели в небо. Правый глаз начал шевелиться, словно кто-то пробивал себе выход изнутри. Неожиданно он лопнул, обрызгав лицо Жанны кровью и слизью, и из растекающегося глаза вылез черный червь, начав извиваться на лице младенца.
Жанна пронзительно закричала. Вдруг ребенок очнулся и вцепился ручками ей в волосы. Она попыталась оторвать его от себя, но он крепко держался. Младенец подтянулся и приблизился к лицу матери. Он укусил ее за щеку острыми зубами, боль пронзила ее острым уколом. Жанна не переставала кричать. Ребенок открыл рот и издал дикий вопль. Потом он метнулся к горлу Жанны и перекусил ей артерию.
Брызнула кровь. Жанна начала слабеть, и, наконец, осела на землю. Она была мертва.
Через минуту над ней появился красный дым. Он укрыл ее полностью, а когда исчез, то на земле ничего не было…
«Ах, эта ночь сводила нас с ума,»
И кругом шла шальная голова…
— Нет!— Костик сорвался с места и кинулся на них.
Люди выходили на улицу и расходились по домам.
— Олеся, — Ольга Леонидовна остановила девочку, — ты могла бы побыть со мной? Мне страшно одной дома. Тем более сейчас, когда мои крошки исчезли.
— Ну, вообще-то, я хотела… — Олеся кинула взгляд на Никиту и увидела, что он предлагает Наташе побыть у него дома, а не возвращаться в пустую окраину Озера.
—… хотела сама вам это предложить, — закончила Олеся, поворачиваясь к старушке.
— Ох, — растрогалась она, — ты очень милая.
— Все лучше, чем дома с мамой.
— Твоя мама немного не в себе.
— Нет. Она рехнулась, — резко ответила Олеся и взяла старушку за руку, — пойдемте.
— Я живу недалеко отсюда, — сказал Никита Наташе, — прямо напротив дома Ольги Леонидовны.
Наташа обняла себя:
— Кажется, стало прохладнее.
Никита кивнул:
— Меня беспокоит еще кое-что.
— Что же?
— Я заметил это сразу. Все началось с кошек Ольги Леонидовны. Животных нет. Даже птиц. Вы слышали лай брошенных собак? Я — нет. Мы словно перенеслись в какое-то пустое измерение.
— Почему это происходит с нами?— прошептала Наташа, глядя вдаль…
Света увидела, как Костик яростно закричал и бросился на Макса, словно одержимый. Она вскрикнула и отскочила. Костя повалил Максим на пол, поднимая нож. Света подлетела к нему, но Костик толкнул ее, и она упала, стукнувшись головой об угол стола. Костя оседлал Макса и начал опускать нож, но тот перехватил его руку.
— Она такая горячая, — прошептал Максим ему в лицо, когда они встретились взглядом, и высунул змеиный язык. Его тело начало меняться. Оно вытягивалось и покрывалось шершавыми чешуйками, превращаясь в змеиное. Костик с криком соскочил с него и, выронив нож, отбежал в сторону.
Света поднималась с пола. Верхняя часть ее тела оставалась прежней, в то время как нижняя стала змеиным хвостом.
— Иди ко мне, — сказала Света, и Костик выбежал из гостиницы. Подальше от этих монстров…
— Ты в порядке?— Максим помог Свете встать.
— Нормально, — ответил она. — Он совсем спятил. Смотрел на нас, словно мы какие-то призраки.
— Не знаю, что здесь творится, — сказал Макс, — но я уже хочу как можно скорее убраться из этого города…
Ира, жена милиционера Жени, который сейчас вместе с Егором объезжал городок, вернулась домой, как и все остальные. Она пощелкала пультом от телевизора, но на всех каналах были только мигающие помехи. Тогда она раздраженно отбросила его в сторону и пошла на кухню. Она вылила в кружку остатки жидкости из кофейника и открыла холодильник, чтобы достать сыр, но ей в нос ударил затхлый воздух.
— Что за черт?— пробормотала Ира.
Все продукты покрылись слоем плесени, а на некоторых была какая-то коричневая слизь. Женщина захлопнула дверку и прислонилась к ней спиной.
Ей было страшно…
За неделю до встряски муж бросил Жанну. Все семь дней она пыталась справиться с горем с помощью алкоголя. Она и раньше «притрагивалась к рюмке», но в эти дни ее страсть стала особенно сильной. Исчезновение ребенка окончательно вывело ее из нормального состояния.
Когда она шла с Олей и Олегом, то услышала плач ребенка. Она сразу же его узнала — он звал ее за собой, и она побежала. Она не разбирала дороги, слыша только этот плач. Остановившись, Жанна поняла, что добралась до самой окраины, до той развилки, с которой дорога сворачивала к знаменитому городскому озеру. Царила мертвая тишина.
Жанна увидела маленький шевелящийся сверток, лежащий на земле. Она подбежала к нему и увидела лицо своего малыша. Облегченно вздохнув, она взяла его на руки и прижала к себе. Ребенок затих.
— Все хорошо, — прошептала Жанна, — ты вернулся.
И тут ей стало холодно. Холод исходил от ее мальчика, распространяясь по всему телу. Жанна испуганно посмотрела на малыша. Сердце замерло. Кровь отхлынула от лица. Малыш был мертв — его ручки безвольно болтались, голова запрокинулась назад, а кожа стала синей и холодной. На лице и шее расползлись трупные пятна. Открытые глаза мертвым взглядом смотрели в небо. Правый глаз начал шевелиться, словно кто-то пробивал себе выход изнутри. Неожиданно он лопнул, обрызгав лицо Жанны кровью и слизью, и из растекающегося глаза вылез черный червь, начав извиваться на лице младенца.
Жанна пронзительно закричала. Вдруг ребенок очнулся и вцепился ручками ей в волосы. Она попыталась оторвать его от себя, но он крепко держался. Младенец подтянулся и приблизился к лицу матери. Он укусил ее за щеку острыми зубами, боль пронзила ее острым уколом. Жанна не переставала кричать. Ребенок открыл рот и издал дикий вопль. Потом он метнулся к горлу Жанны и перекусил ей артерию.
Брызнула кровь. Жанна начала слабеть, и, наконец, осела на землю. Она была мертва.
Через минуту над ней появился красный дым. Он укрыл ее полностью, а когда исчез, то на земле ничего не было…
«Ах, эта ночь сводила нас с ума,»
И кругом шла шальная голова…
Страница 23 из 35
