На прочность

Его тело было готово к транспортировке. Гойл поднялся на ноги и сделал несколько неуклюжих шагов. Тело Крэбба последовало за ним, словно было привязано невидимой нитью. Не веря своему успеху, Гойл шагнул снова и снова, и тело Крэбба не отставало. Тогда, уверившись в том, что он на что-то способен, Гойл поднял палочку снова и шепотом произнес:

— Инвизибус Эдитус Оптима, — медленно выписывая палочкой неровные зигзаги вдоль тела Крэбба. Маленький, потом большой… снова маленький и два больших, и резкий взмах в конце.

Тело Крэбба исчезло из вида. Гойл с облегчением вздохнул. Это, похоже, была его первая маленькая победа. Воспрянув духом, он медленно пошел к подземельям Слизерина, внимательно глядя по сторонам, — опасался, что Крэбб заденет кого-нибудь из студентов или врежется в стену. Когда до подземелий оставался всего один лестничный пролет, Гойл почувствовал, что действие зелья начало проходить…

Глава 9

— Я хотел отнести тебя к мадам Помфри и рассказать все Дамблдору, — Гойл сидел на кровати и помогал Крэббу забинтовать раненую голову. — Но действие зелья никак не заканчивалось.

— Ты что?! — Крэбб вздрогнул и сжался в комок на мгновение, но тут же выпрямился вновь и сказал тихо: — Тогда Малфой убил бы нас обоих.

— Но директор защитил бы нас, — Гойл покачал головой.

Глядя на то, как изменился Крэбб, ему становилось не по себе. Сердце сжималось от боли и сострадания.

— Ты не знаешь Малфоя, — Крэбб опустил голову. — Он страшный человек. Я надеялся, что тебе удастся попасть в деревню раньше, чем Малфой запряжет тебя, но…

— Джули не захотела пойти, — понуро сообщил Гойл.

— В чем-то она права, да? — Крэбб шмыгнул носом.

— А что случилось с тобой? — осторожно спросил Гойл, ожидая от друга какой угодно реакции.

Но Крэбб остался почти таким же спокойным, только снова вздрогнул.

— Меня чуть не расщепило пополам, когда я влез в шкаф, — Малфой напутал что-то с пространством, или измерениями, или заклятие не то подобрал… Не знаю. Спасибо, хоть успел вытащить меня.

Гойл кивнул, но ничего не ответил.

— Если будут спрашивать, что с головой, — ты говори, что это я вместо того, чтобы на бал пойти, напился и с лестницы упал, лады? — Крэбб окончил перевязку, встал и подошел к зеркалу.

Зеркало издало неприятный звук, похожий на фырканье, и Крэбб, плюнув на серебристую его поверхность, пробормотал:

— И без тебя знаю…

В столовой ели молча. Малфоя за столом не было, и Гойл радовался этому, как ребенок конфете.

— Он хоть заплатил тебе? — осведомился он, когда они с Крэббом шли на урок к Хагриду.

— Заплатил, да что толку? — Крэбб философски поднял палец вверх и полушутя сказал: — Не в деньгах счастье. Счастье — это когда тебя понимают, — вдруг добавил он, бросил быстрый взгляд на Гойла и поспешил вперед.

Гойл побрел следом, пытаясь понять, с чего вдруг Крэбб ударился в философию, но безрезультатно.

Вечер наступил быстро. Крэбб по-прежнему хандрил, и Гойл не решился оставить его одного, думая о том, что последующие эксперименты Малфоя ему придется прикрывать в одиночку. Он валялся на кровати и слушал, как вздыхает, почти стонет Крэбб.

Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, Гойл спросил:

— Эй, Винс, как думаешь, почему вчера Полиморфное зелье действовало на меня дольше, чем обычно?

— Не знаю, — бесцветно отозвался Крэбб, не поворачивая головы. — Малфой говорил что-то такое про эмоциональную связь с объектом превращения… Типа, ты подсознательно хочешь дольше находиться в теле человека, который тебе небезразличен.

Гойл только тяжело вздохнул, ожидая по этому поводу колкость или насмешку, но Крэбб молчал с унылым видом.

Напряженному ожиданию, казалось, не было конца. Однако вечером Малфой не появился в спальне. Гойл выглянул в гостиную — там блондина тоже не было, зато сидел довольный Забини. Гойл задержал на нем взгляд: на Блезе была надета только мантия, а вокруг него на диване валялись элементы женской форменной одежды. По значку на мантии Гойл понял, что это форма Хаффльпаффа.

— Что уставился? — спросил его Блез, заметив повышенное внимание к своей персоне.

— Где ты был? — спросил Гойл, делая шаг в сторону Забини.

— Ой, только не старайся казаться еще глупее, чем ты есть на самом деле! — паясничал Забини. — Знаешь ведь, что я был в ванной комнате для девочек, в Хаффльпаффе!

— Малфой продал тебе Полимофтное зелье? — Гойл почувствовал, как злое чувство напряжения поднимается в нем.

— Еще бы он не продал! — Забини усмехнулся. — За ту услугу, что я ему оказал…

— Так ты видел хаффльпаффок в… без одежды? — Гойл почувствовал, что его щеки пылают.

— И это еще то зрелище! — довольно сказал Блез.

Сейчас он был похож на сытого кота, и Гойлу стало не по себе.

Он представил себе маленькую Джули Бернс, даже не подозревающую о том, что гад Забини рассматривает ее самым отвратительным образом. Даже не задумываясь о последствиях, он сорвался с места, подскочил к Забини и ударил его кулаком в лицо. У того из носа пошла кровь. Оправившись от удара, Забини поднял голову и выхватил палочку.