На прочность

— Ты слышал, что я сказал, — глухо произнес Крэбб, пряча глаза.

— Завтра со мной пойдет Гойл, — делая ударение на каждом слове, процедил Малфой. — Это ты должен слушать, что я тебе говорю, а не наоборот. И я не собираюсь обсуждать с вами свои мотивы.

С этими словами Малфой с высоко поднятой головой удалился в спальню, не оставляя Гойлу шанса сказать хоть слово.

Глава 11

Весь следующий день Гойла била мелкая дрожь. Ему даже казалось, что у него началась лихорадка. Он истекал потом и задыхался, а на тренировке по квиддичу чуть не свалился с метлы. Крэбб всегда был рядом. Он ничего не говорил, просто шел с Гойлом плечом к плечу, и от этого становилось легче. Перед тем, как отправиться в выручай-комнату, Гойл отвел Крэбба в сторонку, чтобы не слышал Малфой, и сказал:

— Если я… не выйду больше из этой комнаты… ты скажи Джули, что я бы с радостью стал с ней… встречаться. Просто она неправильно меня поняла.

— Так и сказать? — Крэбб был очень серьезен.

— Так и скажи, слово в слово, — кивнул Гойл. — Обещаешь?

— Обещаю, — тихо сказал он и вдруг резко обнял друга.

— Ну, хватит телячьих нежностей! — Малфой подошел так неожиданно, что они оба вздрогнули и отскочили друг от друга. — Пора.

Крэбб принял Полиморфное зелье и сопроводил их на седьмой этаж, где они беспрепятственно попали в выручай-комнату. Комната была полна каких-то старых вещей. Они валялись повсюду, загораживая дорогу и мешаясь, но Малфой, не трогая их, медленно прошел в самый центр комнаты, к огромному старинному шкафу. Все сжалось в груди Гойла. Ему захотелось тут же убежать, спрятаться, как в детстве, за маму, но его ноги словно приросли к полу.

Малфой начал водить палочкой перед шкафом, произнося мудреные слова. Потом он остановился, перевел дух и рывком открыл дверцу. Достав из мантии яблоко, он поместил его внутрь, закрыл дверь и снова начал говорить что-то. Гойл стоял, не в силах оторвать глаз от происходящего. Липкий пот градом струился по его спине, рубашка промокла насквозь. Иногда ему казалось, что он может подбежать к Малфою, одним ударом вырубить его и самого засунуть в этот шкаф. Но одна мысль о том, что может сделать с ним Темный Лорд за попытку сорвать работу над его заданием, заставляла Гойла сильнее сжимать кулаки и ничего не предпринимать.

Малфой снова открыл шкаф. Яблоко лежало там же, где он его и оставил. Довольно фыркнув, Малфой откусил кусочек.

— А ты еще не заслужил, — грубо сказал он, повернувшись к Гойлу, но тому и не хотелось никакого яблока.

Затем Малфой призвал откуда-то из глубины комнаты клетку, в которой удобно устроилась маленькая желтая канарейка. Он погладил ее по перышкам, а потом вдруг резко схватил и сунул в шкаф, тут же закрыв дверь, чтобы птица не смогла вырваться на свободу. «Как мы с Винсом», — уныло подумал Гойл и тяжело вздохнул. Малфой тем временем снова начал совершать манипуляции палочкой, подкрепляя их непонятными Гойлу словами.

Снаружи послышалась возня, и Малфой резко остановился.

— Пойди узнай, что там у Крэбба, — приказал Малфой. — Только без глупостей.

Гойл подошел к двери. Со стороны замка все стихло. Он прислушался, и до его слуха донеслись приглушенные голоса:

— Значит, это из-за тебя меня все время наказывают, — этот голос Гойл узнал сразу — он принадлежал Джули.

— Н-н-нет… — заблеял Крэбб тоненьким голоском Глории. — Я тут в первый раз вообще…

— А я-то тебя считала своей подругой!

— Я случайно тут оказалась, говорю же тебе! — Крэбб старался изо всех сил.

— Какая же ты двуличная! — злобно сказала Джули, решив, по-видимому, что это Глория все время притворялась ею.

— Это не так! Поверь мне! — взмолился Крэбб, который явно не хотел неприятностей для Глории.

— Даже не проси! Ты мне больше не подруга! — в коридоре послышались быстро удаляющиеся шаги: видимо, Джули убежала.

— Ну, что там такое?! — нетерпеливо спросил Малфой.

— В норме все, — вяло доложил Гойл, и блондин в очередной раз открыл шкаф.

Из распахнутой дверцы на него вылетела желтая канарейка и, облетев комнату, уселась на самом верху кучи хлама, заливаясь переливчатыми трелями.

— Отлично! — Малфой зловеще потер руки, и Гойл содрогнулся. — Теперь твоя очередь. Слушай. Если все получится, ты окажешься в магазине у Боргина и Буркса. Скажи Боргину, чтобы он отдал тебе кое-то для меня — он знает. Тебе понятно?

— А если не получится? — опасливо спросил Гойл, нервно сглатывая.

— А если не получится, то придется в следующий раз брать Крэбба, хотя ему, тупице, не хотелось бы это доверять.

— Но в первый же раз…

— Хватит болтать! — рявкнул Малфой. — В первый раз я просто хотел наказать его, чтобы не совал свой нос, куда не просят. А теперь — полезай живо в шкаф! — и он направил на Гойла свою палочку.

Гойл на ватных ногах шагнул в нутро шкафа, как в бездну. Устроившись там, он увидел, как Малфой закрывает дверцу, и зажмурился, готовясь к долгой и мучительной смерти.