Вирус, задуманный как идеальное лекарство, лечит и от смерти, но весьма специфическим образом. Недавно умершие становятся зомби, единственная цель которых — наесться живого мяса и стать сильнее. Люди пытаются выжить кто как может, сообразно своему жизненному опыту, знаниям и умениям. Пока просто выжить. Собраться вечером в безопасном месте и сказать: «Наши все дома!»
379 мин, 55 сек 21750
Вот развыступался, прямо учитель… А приятно же видеть, как Сашка взяла свою уже «сайгу» и как само собой разумеющееся — повернула ее стволом от людей. Давно ведь учил… Аккуратно вставила магазин, потянула с трудом рычаг… И плавно отпустила. Естественно, гильза застряла. Ну да, этому — не учил, не было как-то у нас в семье«калашниковых», только воздушка ИЖ-60. Воздушку в Москве оставили — толку от нее сейчас ноль. Если младшие школьники среди нас появятся — что-нибудь придумаем, а пока незачем. Сашка уже маленькой не считается — «в связи с чрезвычайным положением считать возрастом частичного совершеннолетия 12 лет». Или даже десять…
— Перезаряжается любое оружие резким движением. Как при выстреле — так же и рукой. Оттягиваем рычаг до упора и бросаем — обратно его пружина должна сама забросить.
Ну вот, теперь девушки хоть как-то стрелять смогут. Теперь можно и ехать.
— Ты все же на всякий случай скажи, где тебя искать.
— А толку? Если меня не укусили — ничего не случилось. А если укусят — какой смысл искать?
— Ну ладно, делай как знаешь. Связь у меня только ближняя — вот держи, сюда нажмешь — говоришь. Правда, действует километров на пять, и то в поле. Но вдруг пригодится.
— Ну пока, что ли…
— Давай.
Сашка промолчала, но вид у нее был самый что ни на есть готический. Видимо, между собой они уже это обсуждали. Да, совсем большая девица становится…
Разъехались из двора в разные стороны. Мы — к восточному мосту, к нашему стойбищу, а Ольга, упрямо не говорящая, куда собралась, — в сторону центра. Ладно, у нее есть машина и ружье — это уже немало. Да и не в чисто поле собралась же — она, и топиться идя, температуру воды проверит… А у нас сейчас свои заботы — тем более что в экипаже прибавление. Хорошо, что все уже друг с другом знакомы, — а то Сашка совсем бы в себя ушла. А так — вроде почти приятели, несмотря на разницу в возрасте.
Магазин решили брать в районе бывшей нашей квартиры. В новостройках народу много, патрули ездят, да и магазины могут еще живым потребоваться, может, даже жизненно. А тут — живые уже уехали. По крайней мере, тут можно уговорить себя так думать… Так что пойдем и «возьмем склад». А если сил хватит — то и холодильник утащим. Если витринный агрегат приделать к большому ящику, а ящик как следует утеплить — хотя бы строительной «урсой», — в нем можно корову заморозить. Или полслона…
Магазин был старинный: когда его строили, вокруг еще теснились одноэтажные домики, потом выросли и успели состариться хрущевки, а он так и стоял назло врагам, отсвечивая в сумерках неряшливо выбеленной лепниной «сталинского ампира». Магазинчик довольно захудалый, но лезть в расположенную неподалеку «Копилку» смысла не было — еще когда проезжали«на квартиру», видели очень тщательно расколоченную — кувалдой работали, не иначе — стеклянную дверь и разбросанные вокруг обрывки упаковки. То ли заодно с эвакуацией жителей «эвакуировали» и супермаркет, то ли уже после кто подсуетился… но ценное все оттуда наверняка вынесли, да и неизвестно, кто теперь среди стеллажей прячется. Ну то есть«кто» — понятно, непонятно«сколько»… А этот ветеран торговли аккуратно заперт, только в окне горит тусклая лампочка сигнализации — никого внутри, живые его заперли и уже не вернулись.
Продуктовый магазин — не оружейный. Вскрыли за минуту, вынули продукты из ближайшего к выходу прилавка-холодильника, потащили в прицеп. Тяжелый, собака, но волоком по полу — ничего, терпимо. Благо прицеп как раз к ступенькам удачно пристыковался. Затащив прилавок, начали носить продукты. Навалом и «с горкой» емкость прилавка оказалась весьма внушительной, таскать пришлось много.
— Прикинь, колбасу охапками носим. Как в 80-е.
— Да ладно, тогда больше батона в руки не давали.
— Ну я толком не помню, как это делалось, меня только на подмогу брали — место в очереди держать… но привозили не по одной.
Молодежь, «колбасных электричек» не заставшая, таскала сакральные батоны молча.
Выходя на крыльцо, я каждый раз оглядывался по сторонам — и на предмет мертвяков, и живых тоже. То ли кто потребует поделиться, то ли о помощи попросит, как на Косой Горе. Но было пустынно вокруг — лишь на балконе соседнего дома стояла неподвижная фигура. Живые так не стоят, тем более что к вечеру похолодало. Спрыгнуть не пытается — ну и пусть стоит. Возможно, из окон тоже кто-то наблюдал — становилось уже темно, и происходящее в тени комнат было неразличимо. Но никто не звал, не пытался привлечь внимание. Пусто и тихо, грязь и мерзость запустения. Пора бы уже отсюда — ночь дает преимущество тем, кто в ближнем бою сильнее. То есть мертвякам.
— Перезаряжается любое оружие резким движением. Как при выстреле — так же и рукой. Оттягиваем рычаг до упора и бросаем — обратно его пружина должна сама забросить.
Ну вот, теперь девушки хоть как-то стрелять смогут. Теперь можно и ехать.
— Ты все же на всякий случай скажи, где тебя искать.
— А толку? Если меня не укусили — ничего не случилось. А если укусят — какой смысл искать?
— Ну ладно, делай как знаешь. Связь у меня только ближняя — вот держи, сюда нажмешь — говоришь. Правда, действует километров на пять, и то в поле. Но вдруг пригодится.
— Ну пока, что ли…
— Давай.
Сашка промолчала, но вид у нее был самый что ни на есть готический. Видимо, между собой они уже это обсуждали. Да, совсем большая девица становится…
Разъехались из двора в разные стороны. Мы — к восточному мосту, к нашему стойбищу, а Ольга, упрямо не говорящая, куда собралась, — в сторону центра. Ладно, у нее есть машина и ружье — это уже немало. Да и не в чисто поле собралась же — она, и топиться идя, температуру воды проверит… А у нас сейчас свои заботы — тем более что в экипаже прибавление. Хорошо, что все уже друг с другом знакомы, — а то Сашка совсем бы в себя ушла. А так — вроде почти приятели, несмотря на разницу в возрасте.
Магазин решили брать в районе бывшей нашей квартиры. В новостройках народу много, патрули ездят, да и магазины могут еще живым потребоваться, может, даже жизненно. А тут — живые уже уехали. По крайней мере, тут можно уговорить себя так думать… Так что пойдем и «возьмем склад». А если сил хватит — то и холодильник утащим. Если витринный агрегат приделать к большому ящику, а ящик как следует утеплить — хотя бы строительной «урсой», — в нем можно корову заморозить. Или полслона…
Магазин был старинный: когда его строили, вокруг еще теснились одноэтажные домики, потом выросли и успели состариться хрущевки, а он так и стоял назло врагам, отсвечивая в сумерках неряшливо выбеленной лепниной «сталинского ампира». Магазинчик довольно захудалый, но лезть в расположенную неподалеку «Копилку» смысла не было — еще когда проезжали«на квартиру», видели очень тщательно расколоченную — кувалдой работали, не иначе — стеклянную дверь и разбросанные вокруг обрывки упаковки. То ли заодно с эвакуацией жителей «эвакуировали» и супермаркет, то ли уже после кто подсуетился… но ценное все оттуда наверняка вынесли, да и неизвестно, кто теперь среди стеллажей прячется. Ну то есть«кто» — понятно, непонятно«сколько»… А этот ветеран торговли аккуратно заперт, только в окне горит тусклая лампочка сигнализации — никого внутри, живые его заперли и уже не вернулись.
Продуктовый магазин — не оружейный. Вскрыли за минуту, вынули продукты из ближайшего к выходу прилавка-холодильника, потащили в прицеп. Тяжелый, собака, но волоком по полу — ничего, терпимо. Благо прицеп как раз к ступенькам удачно пристыковался. Затащив прилавок, начали носить продукты. Навалом и «с горкой» емкость прилавка оказалась весьма внушительной, таскать пришлось много.
— Прикинь, колбасу охапками носим. Как в 80-е.
— Да ладно, тогда больше батона в руки не давали.
— Ну я толком не помню, как это делалось, меня только на подмогу брали — место в очереди держать… но привозили не по одной.
Молодежь, «колбасных электричек» не заставшая, таскала сакральные батоны молча.
Выходя на крыльцо, я каждый раз оглядывался по сторонам — и на предмет мертвяков, и живых тоже. То ли кто потребует поделиться, то ли о помощи попросит, как на Косой Горе. Но было пустынно вокруг — лишь на балконе соседнего дома стояла неподвижная фигура. Живые так не стоят, тем более что к вечеру похолодало. Спрыгнуть не пытается — ну и пусть стоит. Возможно, из окон тоже кто-то наблюдал — становилось уже темно, и происходящее в тени комнат было неразличимо. Но никто не звал, не пытался привлечь внимание. Пусто и тихо, грязь и мерзость запустения. Пора бы уже отсюда — ночь дает преимущество тем, кто в ближнем бою сильнее. То есть мертвякам.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 57 из 108
