Вирус, задуманный как идеальное лекарство, лечит и от смерти, но весьма специфическим образом. Недавно умершие становятся зомби, единственная цель которых — наесться живого мяса и стать сильнее. Люди пытаются выжить кто как может, сообразно своему жизненному опыту, знаниям и умениям. Пока просто выжить. Собраться вечером в безопасном месте и сказать: «Наши все дома!»
За мыслями такими объехали три небольших здешних квартала. Идея была, конечно, Иринкина — все смотрят, но не обсуждают ничего, только помечают, что понравится. А потом сравним. Мне приглянулись два дома — один средних размеров коттеджик, без модных здесь наружных галерей и балконов, но высокий — три этажа, и на крыше узорная оградка: значит, и крыша используется, и на соседней улице — пониже, но очень добротной кирпичной кладки, с небольшими окнами и черепичной крышей — вечный, можно сказать, дом, такие полтысячи лет стоят как полгода. Выяснилось, что Сашке понравился этот же, готичный-черепичный, Машка присмотрела широко раскинувшийся над стандартным фундаментом «китайский замок», Дима был с нею солидарен — ну хоть в чем-то совпали, а Иринка выбрала дом по здешним меркам совсем обычный, зато с тщательно ухоженным садом.
Три из четырех находились в одном квартале, огороженном переходящими друг в друга основательными, хотя и невысокими, заборами, только «китайский замок» сильно в стороне. Прикинув положение участков, я решил, что пригородить садик к«дому без башни» будет несложно — всего-то сломать два забора и на всякий случай либо зачистить, либо заколотить еще один дом, соседний. Заодно при этом и готический особнячок оказывался в досягаемости внутри общего периметра. Эти соображения я и изложил, опасаясь, что возникнет спор. Но даже Машка легко согласилась, что три дома лучше, чем один. Оставалось выбрать«где талию делать будем» — то есть какой из присмотренных домов обживать, а какие на потом оставить. Решили проще всего — к какому подъехать удобнее.
Удобным оказался дом между садом и «без башни» — въезд во двор вел не напрямую в гараж на первом этаже, как у остальных, а на площадку рядом с домом. Видимо, у хозяина было несколько машин или что-то громоздкое на колесах. У нас тоже было«громоздкое на колесах» — туда мы и поехали. Ворота открылись легко — ну, по нынешним временам, всего-то ломиком отжать и топориком тюкнуть. Дальше пришлось спешиваться. Входную дверь ломать не стали — она нам пригодится еще. Постучали для порядка, позвонили — звонок исправно отзывался где-то в глубине дома, — но только звонок. Нет здесь живых. А вот насчет нежити — придется проверять, и проверять тщательно. Начнем с конца — задней двери. Гараж открывается изнутри — или, может быть, по радиоключу, которого у нас, разумеется, нет. А задняя дверь — обычная, с замком, аккуратно, не кисточкой, покрашенная в зелено-серый с переливами цвет. Даже жаль такую красоту корябать, но переднюю еще жальче. Не окно же бить, как те мужички…
Мы с Димой открыли заднюю дверь броненосца и выволокли генератор. Там же уже лежали дрель и «жена болгарина» — не та малогабаритная из сервиса, а здоровенная двухкиловаттная, в черном корпусе. С нее и начали — прямо сквозь полотно пропилили ригеля и, почти не снижая темпа, верхний и нижний засовы. Да, от такой дурмашины только банковская дверь спасет, ну или дверь правительственного бункера в десять сантиметров толщиной, и не просто из стали… А обычная железяка… Железяка, правда, оказалась с характером. Точнее, мы не попали в край каркаса, и провалившийся засов заново закусился в проеме. Пришлось еще два раза визжать диском по железяке.
Перед входом мы облачились в доспех — ну, что его заменяло. У меня это была найденная на сервисе телогрейка — натуральная, серо-синего цвета ватная телогрейка, одежда неповоротливая, но очень теплая и, главное, толстая и мягкая — чтоб не прокусили и кости не поломали, по крайней мере, не сразу. Визит в магазин спецодежды все откладывался, а в стройсупермаркете навскидку ничего подходящего не нашлось.