Вирус, задуманный как идеальное лекарство, лечит и от смерти, но весьма специфическим образом. Недавно умершие становятся зомби, единственная цель которых — наесться живого мяса и стать сильнее. Люди пытаются выжить кто как может, сообразно своему жизненному опыту, знаниям и умениям. Пока просто выжить. Собраться вечером в безопасном месте и сказать: «Наши все дома!»
379 мин, 55 сек 21103
Сегодня мы впервые разделились — на сервис поехали втроем, оставив Машку и Иринку мудрить с защитой — без особой надежды на успех, но, может, хоть что-то разносторонне ориентированная Машка придумает, а системно мыслящая Иринка не даст ей пролететь мимо правильной идеи, как это часто бывает. Им оставили два ППШ, готовые планки привернуть можно и после. На таком расстоянии рации работали: из помещений с хрипом, а если во двор выйти — даже чисто. Иногда я пробовал позвать на четвертом канале, но обещанная капитаном антенна на телевышке, видимо, была еще не готова. Впрочем, и время еще раннее, а по ночам теперь особо не побегаешь… Хотя территория телебашен неплохо огорожена и освещена, и даже имеет собственное резервное питание, — можно и ночью… Однако будем предполагать, что работу там начали одновременно с нами. Две запасные рации — а вместе с теми, что у меня раньше были, всего у нас девять штук — поставили в режим сканирования. Периодически они ловили несущую на шестом канале, но ничего вразумительного слышно не было. То ли далеко слишком, то ли это вообще не того стандарта сигнал, а просто похожий…
Сашка выдала кошкам хавчик и слушала радио на плеере. Такой вот у нас продвинутый фрезеровщик — с наушниками. Любимого «Нашего радио» не осталось, только комендантское, где крутили какой-то«армейский шансон» — коктейль из песен времен молодости наших автоматов, густо разбавленных афганской темой (которая для родившейся после вывода войск из ДРА Сашки вполне сливалась с песнями«про войну»). Что там находила юная любительница русского рока — не знаю, возможно, сам процесс — как в мирное время, с музыкой. Я заставить себя постоянно слушать эти песнопения не мог — хотя по идее стоило бы, полезная информация между песнями тоже мелькала. Но как-то не до того, когда в машине катишь по полным мертвяков улицам. Тут впору «Manowar» включить… И приделать к броненосцу косы метра по три — срубать головы беспокойникам… Да только недалеко мы с такими косами уедем. А вот«трупоразгребалку» на бампер надо бы. Чтоб не висли и не толпились, а, как вода перед кораблем, расходились в стороны. Броненосец у нас или что, в конце-то концов? Заодно будет место имя написать — Потемков он у нас, адназначна… А вообще, можно и покрасить — банально, кисточкой. Или из готовых баллончиков с краской — благо их в магазине было в количестве и с полсотни мы прихватили. А то после вчерашней помывки ободранные еще в бытность воротами листы бронепояса уже покрылись веселенькой рыжей пленкой. Или хрен с ним, пусть ржавеет, на наш век хватит? Пока размазал остатки грунтовки по местам, где бронепояс стыковался с тонким листом исходного «паджерика». Получилось даже стильно — почти городской камуфляж. «Форштевень» из двух каркасных уголков от тех же ворот сварили буквально за минуты. Чего там варить-то — два треугольника и стойку между ними? Болты на сервисе были, как и запасная дрель, — прикрутили обновку к бронебамперу. Получился, правда, не броненосец, а трирема какая-то, хоть глаза рисуй, как у греков… Можно и глаза: веселее будет.
Закончив работы и так и не дождавшись сигнала с вышки, поехали обратно к дому. Пока гордая до розовых ушей Сашка вела машину, я попытался настроить радио. И неожиданно вместо комендантского нашел другой канал — какой-то «Голос жизни». В эфир давался новостной выпуск. Разбавленный, по журналистскому обыкновению, славословиями в адрес коллег (имена их ничего мне не говорили, впрочем, я и до Катастрофы тульских радиодеятелей не знал никого), которые геройски выезжали на патрулирования с бойцами и добирались в самые гиблые места, выпуск, однако, был достаточно информативен и грамотен. За десять минут мы узнали, что комендант города окончательно принял решение укрепляться на правом берегу, в Заречье, на левом оставляя только промзону и отдельные опорные пункты. Жилые районы решено было не охранять. Всех остающихся предупреждали, что на помощь и защиту им рассчитывать не приходится, и призывали готовиться к эвакуации. Защиту и размещение обещали всем, а вот питание — уже «по возможности». Зато начаты работы по обеспечению энергоснабжения, для чего отправлены крупные отряды с бронетехникой в Алексин и Суворов, на ближайшие к Городу (именно так, почти как «урби эт орби»[54]) электростанции, проводится подготовка сельских поселений для приема беженцев и перепрофилирование в сельские же поселения пригородных баз отдыха, также ведется авиаразведка удаленных районов области. Было упомянуто и про обещанную точку связи — работы на телевышке затянулись, и сложности в основном из-за недостатка опытных кадров.
Сашка выдала кошкам хавчик и слушала радио на плеере. Такой вот у нас продвинутый фрезеровщик — с наушниками. Любимого «Нашего радио» не осталось, только комендантское, где крутили какой-то«армейский шансон» — коктейль из песен времен молодости наших автоматов, густо разбавленных афганской темой (которая для родившейся после вывода войск из ДРА Сашки вполне сливалась с песнями«про войну»). Что там находила юная любительница русского рока — не знаю, возможно, сам процесс — как в мирное время, с музыкой. Я заставить себя постоянно слушать эти песнопения не мог — хотя по идее стоило бы, полезная информация между песнями тоже мелькала. Но как-то не до того, когда в машине катишь по полным мертвяков улицам. Тут впору «Manowar» включить… И приделать к броненосцу косы метра по три — срубать головы беспокойникам… Да только недалеко мы с такими косами уедем. А вот«трупоразгребалку» на бампер надо бы. Чтоб не висли и не толпились, а, как вода перед кораблем, расходились в стороны. Броненосец у нас или что, в конце-то концов? Заодно будет место имя написать — Потемков он у нас, адназначна… А вообще, можно и покрасить — банально, кисточкой. Или из готовых баллончиков с краской — благо их в магазине было в количестве и с полсотни мы прихватили. А то после вчерашней помывки ободранные еще в бытность воротами листы бронепояса уже покрылись веселенькой рыжей пленкой. Или хрен с ним, пусть ржавеет, на наш век хватит? Пока размазал остатки грунтовки по местам, где бронепояс стыковался с тонким листом исходного «паджерика». Получилось даже стильно — почти городской камуфляж. «Форштевень» из двух каркасных уголков от тех же ворот сварили буквально за минуты. Чего там варить-то — два треугольника и стойку между ними? Болты на сервисе были, как и запасная дрель, — прикрутили обновку к бронебамперу. Получился, правда, не броненосец, а трирема какая-то, хоть глаза рисуй, как у греков… Можно и глаза: веселее будет.
Закончив работы и так и не дождавшись сигнала с вышки, поехали обратно к дому. Пока гордая до розовых ушей Сашка вела машину, я попытался настроить радио. И неожиданно вместо комендантского нашел другой канал — какой-то «Голос жизни». В эфир давался новостной выпуск. Разбавленный, по журналистскому обыкновению, славословиями в адрес коллег (имена их ничего мне не говорили, впрочем, я и до Катастрофы тульских радиодеятелей не знал никого), которые геройски выезжали на патрулирования с бойцами и добирались в самые гиблые места, выпуск, однако, был достаточно информативен и грамотен. За десять минут мы узнали, что комендант города окончательно принял решение укрепляться на правом берегу, в Заречье, на левом оставляя только промзону и отдельные опорные пункты. Жилые районы решено было не охранять. Всех остающихся предупреждали, что на помощь и защиту им рассчитывать не приходится, и призывали готовиться к эвакуации. Защиту и размещение обещали всем, а вот питание — уже «по возможности». Зато начаты работы по обеспечению энергоснабжения, для чего отправлены крупные отряды с бронетехникой в Алексин и Суворов, на ближайшие к Городу (именно так, почти как «урби эт орби»[54]) электростанции, проводится подготовка сельских поселений для приема беженцев и перепрофилирование в сельские же поселения пригородных баз отдыха, также ведется авиаразведка удаленных районов области. Было упомянуто и про обещанную точку связи — работы на телевышке затянулись, и сложности в основном из-за недостатка опытных кадров.
Страница 97 из 108
