Фандом: Гарри Поттер. Думаете, хорошо быть средним ребенком в семье? Все внимание — старшему брату, вся ласка — младшей сестренке. А если это семья героя Магической Англии, который к тому же первоклассный аврор? Если все ждут, что ты должен идти по стопам отца? Наш герой, может, и хотел бы этого, но — вот незадача! — он самый обычный юный волшебник, к тому же неуклюжий, что в общении, что в колдовстве. Что будет, когда Наследие найдет его?
319 мин, 44 сек 7898
— Сколько же проблем может, оказывается, доставить такая мелочь, а? — Скир тряхнул его за плечи и отбросил — прямо в руки сокурснику. Болезненный тычок сзади под ребра — Тич или…? Его отбрасывают кому-то еще, дальше, по кругу. Все начинает закручиваться перед глазами красно-белой спиралью. Красного становится все больше.
— Дэйв, зачем? — звучит голос Джеймса. Удары на время прекращаются. Кто-то остановил движение, вцепившись Альбусу в плечи. Кровь шумит в ушах. Немного подташнивает.
— Зачем, Джейми? — гремит над ушом голос Скира. — Он не имеет права называться Поттером. И обращаться с дурацкими просьбами к народному герою — тем более.
— Гарри Поттер — его отец. Так же, как и мой.
— Джейми, кровное родство — это еще не семья, — Каждое слово Скира отдается эхом где-то внутри, как удары огромного колокола. — Кажется, чистокровки выжигали своих предателей с фамильного гобелена. Пожалуй, единственное, чему у них можно поучиться.
Джеймс молчит. Скир утробно хохочет:
— Определись, с кем ты, Джейми. С нами или с ним, — он отбрасывает Альбуса прямо на брата.
Джеймс вздрагивает и отставляет ногу, чтобы не упасть. Его руки спрятаны в карманах. «Вечно он теряет перчатки»… — отчего-то вспоминается Альбусу.
Джеймс нерешительно поднимает руки. Альбус все еще не понимает, почему даже не пытается убежать. Толчок в спину…
— Не буду я в этом участвовать, — нерешительно отвечает Джеймс. — Пошли, а то еще придет кто…
Мир снова становится смазанной пестрой картинкой. Серое небо кружится над головой. Красных фигур стало на одну меньше — точнее, одна из них постепенно становится точкой вдалеке.
Удары набирают темп — и вот кто-то промахивается. Альбус летит в сугроб.
— Поднимайся, слизеринское отродье! — Скир, похоже, говорит за всех в своей компании. — Ты же не хочешь, чтобы мы начали разминать ноги?
Альбус с трудом встает. Его шатает из стороны в сторону. Он медленно разворачивается к гриффиндорцам и достает волшебную палочку.
— У-уйдите, — говорит он. Палочка, нацеленная на гриффиндорского капитана, дрожит, хоть мальчик и сжимает ее обеими руками. — Мерлина ради, оставьте меня в покое.
— Экспеллиармус! — Шепарду хватает одного движения кистью, чтобы палочка Альбуса по дуге улетела куда-то в сторону озера. Тич с размаху бьет первокурсника по лицу, и он падает — на сей раз на спину.
— Какая выдающаяся отвага для слизеринца, — произносит Скир, ставя ногу в высоком квиддичном сапоге на грудь Альбусу. — Мы вернемся, когда ты выучишь парочку заклинаний.
Он на мгновение усилил нажим — с тем расчетом, чтобы Альбус поглубже провалился в сугроб. Хотя какие там сугробы — хрусткий снег пополам с грязью. Скир оперся на колено и прошипел персонально для слизеринца:
— Если твое существование еще раз доставит мне неприятности, ты так легко не отделаешься.
Альбусу оставалось только молчать. Скир развернулся и зашагал к замку, а за ним потянулась и его компания. Вскоре на берегу озера остался один слизеринец.
Лежать было даже не холодно — так, до омерзения противно. Альбус поднялся с земли. Что произошло с мантией — оценить сложно, на промокшей черной ткани различить грязь весьма затруднительно. Зато на белой рубашке — застежки мантии не выдержали перегрузок, и она распахнулась — отчетливо отпечаталась пересеченная тремя зигзагами подошва сапога. Куда подевался шарф, было неясно. Еще и палочку искать…
Он поправил задравшуюся штанину и, прикинув расстояние, зашагал вдоль берега. Белая пороша, подмерзшая грязь… Развернуться и топать в обратном направлении, но уже чуть ближе к озеру. Ни следа пропажи, Мордред подери этот ненацеленный экспеллиармус!
Следующий заход — уже по льду. Небольшое хогвартское озеро буквально за ночь оделось прозрачной корочкой, и еще пара недель — и здесь будут кататься на коньках, а то и просто скользить в ботинках по раскатанным ледяным дорожкам. Что-то темное мелькает впереди, но Альбус не обращает внимания — мало ли что привидится, когда на Хогвартс спускаются сумерки! Голые сучья деревьев отбрасывают ломаные тени, мешая разглядеть лежащую где-то среди снега и льда волшебную палочку…
— Подожди, Уизли, там что-то движется…
— Где? — Роза чувствует, что буквально с минуты на минуту ее ноги превратятся в ледышки, несмотря на шерстяные носки и меховую подкладку ботинок. Альбуса хочется если не придушить, то хотя бы долго и в подробностях отчитать.
— Вон, справа, в кустах. Черное что-то мелькает. Ну, если это твой кузен тащится к озеру…
Действительно, теперь и девочка замечает тень. Тень какая-то неясная, размытая и совершенно точно непохожая на Альбуса Поттера, но Малфой устремляется за ней. Он бесцеремонно ломится напролом и вдруг замирает, оказавшись на берегу. Роза следует за ним — что такого он углядел на этот раз?
Маленькая черная фигурка уходит все дальше от берега. И даже в серый предсумеречный час совсем нетрудно различить ее черты. Роза кричит, но фигурка упрямо продолжает движение. Девочка порывается броситься вперед, но ее останавливает Малфой, крепко ухвативший ее за плечо.
— Дэйв, зачем? — звучит голос Джеймса. Удары на время прекращаются. Кто-то остановил движение, вцепившись Альбусу в плечи. Кровь шумит в ушах. Немного подташнивает.
— Зачем, Джейми? — гремит над ушом голос Скира. — Он не имеет права называться Поттером. И обращаться с дурацкими просьбами к народному герою — тем более.
— Гарри Поттер — его отец. Так же, как и мой.
— Джейми, кровное родство — это еще не семья, — Каждое слово Скира отдается эхом где-то внутри, как удары огромного колокола. — Кажется, чистокровки выжигали своих предателей с фамильного гобелена. Пожалуй, единственное, чему у них можно поучиться.
Джеймс молчит. Скир утробно хохочет:
— Определись, с кем ты, Джейми. С нами или с ним, — он отбрасывает Альбуса прямо на брата.
Джеймс вздрагивает и отставляет ногу, чтобы не упасть. Его руки спрятаны в карманах. «Вечно он теряет перчатки»… — отчего-то вспоминается Альбусу.
Джеймс нерешительно поднимает руки. Альбус все еще не понимает, почему даже не пытается убежать. Толчок в спину…
— Не буду я в этом участвовать, — нерешительно отвечает Джеймс. — Пошли, а то еще придет кто…
Мир снова становится смазанной пестрой картинкой. Серое небо кружится над головой. Красных фигур стало на одну меньше — точнее, одна из них постепенно становится точкой вдалеке.
Удары набирают темп — и вот кто-то промахивается. Альбус летит в сугроб.
— Поднимайся, слизеринское отродье! — Скир, похоже, говорит за всех в своей компании. — Ты же не хочешь, чтобы мы начали разминать ноги?
Альбус с трудом встает. Его шатает из стороны в сторону. Он медленно разворачивается к гриффиндорцам и достает волшебную палочку.
— У-уйдите, — говорит он. Палочка, нацеленная на гриффиндорского капитана, дрожит, хоть мальчик и сжимает ее обеими руками. — Мерлина ради, оставьте меня в покое.
— Экспеллиармус! — Шепарду хватает одного движения кистью, чтобы палочка Альбуса по дуге улетела куда-то в сторону озера. Тич с размаху бьет первокурсника по лицу, и он падает — на сей раз на спину.
— Какая выдающаяся отвага для слизеринца, — произносит Скир, ставя ногу в высоком квиддичном сапоге на грудь Альбусу. — Мы вернемся, когда ты выучишь парочку заклинаний.
Он на мгновение усилил нажим — с тем расчетом, чтобы Альбус поглубже провалился в сугроб. Хотя какие там сугробы — хрусткий снег пополам с грязью. Скир оперся на колено и прошипел персонально для слизеринца:
— Если твое существование еще раз доставит мне неприятности, ты так легко не отделаешься.
Альбусу оставалось только молчать. Скир развернулся и зашагал к замку, а за ним потянулась и его компания. Вскоре на берегу озера остался один слизеринец.
Лежать было даже не холодно — так, до омерзения противно. Альбус поднялся с земли. Что произошло с мантией — оценить сложно, на промокшей черной ткани различить грязь весьма затруднительно. Зато на белой рубашке — застежки мантии не выдержали перегрузок, и она распахнулась — отчетливо отпечаталась пересеченная тремя зигзагами подошва сапога. Куда подевался шарф, было неясно. Еще и палочку искать…
Он поправил задравшуюся штанину и, прикинув расстояние, зашагал вдоль берега. Белая пороша, подмерзшая грязь… Развернуться и топать в обратном направлении, но уже чуть ближе к озеру. Ни следа пропажи, Мордред подери этот ненацеленный экспеллиармус!
Следующий заход — уже по льду. Небольшое хогвартское озеро буквально за ночь оделось прозрачной корочкой, и еще пара недель — и здесь будут кататься на коньках, а то и просто скользить в ботинках по раскатанным ледяным дорожкам. Что-то темное мелькает впереди, но Альбус не обращает внимания — мало ли что привидится, когда на Хогвартс спускаются сумерки! Голые сучья деревьев отбрасывают ломаные тени, мешая разглядеть лежащую где-то среди снега и льда волшебную палочку…
— Подожди, Уизли, там что-то движется…
— Где? — Роза чувствует, что буквально с минуты на минуту ее ноги превратятся в ледышки, несмотря на шерстяные носки и меховую подкладку ботинок. Альбуса хочется если не придушить, то хотя бы долго и в подробностях отчитать.
— Вон, справа, в кустах. Черное что-то мелькает. Ну, если это твой кузен тащится к озеру…
Действительно, теперь и девочка замечает тень. Тень какая-то неясная, размытая и совершенно точно непохожая на Альбуса Поттера, но Малфой устремляется за ней. Он бесцеремонно ломится напролом и вдруг замирает, оказавшись на берегу. Роза следует за ним — что такого он углядел на этот раз?
Маленькая черная фигурка уходит все дальше от берега. И даже в серый предсумеречный час совсем нетрудно различить ее черты. Роза кричит, но фигурка упрямо продолжает движение. Девочка порывается броситься вперед, но ее останавливает Малфой, крепко ухвативший ее за плечо.
Страница 48 из 91
