Наследница Греции

Синие глаза вспыхнули в тени ночи, из-за деревьев рыча вышел огромный, бурый волк, с человеческим разумом в глазах и дикой яростью. Это был Айзек. Оборотень широко расставил передние лапы и издал угрожающие рычание. Генри окутало огненное пламя и вот метровый лев, заслонил меня от волка-оборотня. Немейский лев издал угрожающий рык и приготовился к атаке, как и оборотень, который от нетерпения скреб лапой землю и вот два хищника сорвались с места навстречу друг другу. Немейский лев оттолкнулся от земли, направляясь в морду оборотня. Он приземлился около оборотня, схватив того передними лапами за шею и повалив того на землю, начал бить задними лапами по морде. Оборотень извернулся как змея и вцепился клыками в шею льва, немейский лев издал хриплое рычание, я стояла на месте, но когда увидела это, то в моих жилах кровь просто закипела от ярости. Рыжее пламя охватило меня, как и пощипывание по всему телу, которое немедленно превратило меня в грифона, как я думала, но очень ошиблась. Из моей глотки вырвалось грозное рычание и тут же увидела изумленный взгляд Генри. Я оттолкнулась задними лапами от земли и приземлилась у левого бока Айзека и полоснула острыми когтями по боку. Оборотень немедленно отпустил Генри, пытаясь цапнуть меня за шею, но я увернулась и оттолкнувшись от соседнего дерева приземлилась тому на спину, деря волчью спину. Немейский лев прыгнул схватив оборотня за глотку и кинув в соседнее дерево. Оборотень сразу же потерял сознание и его охватило синее пламя, превращая его в обычного парня брюнета, который был без сознания. Я хрипло задышала и опустилась на землю. По траве забарабанил дождь, тучи скрыли луну, но вот лучик луны пробился сквозь хмурые комки, освещая меня, лишь сейчас я поняла, посмотрев на свою тень, я обратилась в немейскую львицу. Генри опустился рядом со мной и лизнул меня в щеку, а после потерся головой о шею, а я ответила ему тем же. Именно с этого момента я поняла, что я не только обычный грифон, но и еще то, что я храню множество тайн и загадок, о которых раньше времени я не могу узнать… После опасной ночи, я пошла домой и, снова став собою, легла в постель и уснула… Утром я пошла на завтрак, где было блюдо наутро, свежие блинчики щедро политых сгущенкой и стаканом молока. Съев все кроме двух блинов, я бросила их в огонь, прошептав: немейской львице и грифону. После завтрака ко мне подошла Криста.

— Тебя вызывает Лестат, к себе в кабинет, — прошептала она мне на ухо.

— Хорошо, иду, — произнесла я устало и встав из-за стола пошла по направлению к дому Лестата.

Дверь как всегда сама по себе передо мной открылась и глубоко вздохнув, я направилась в дом. После моего входа дверь закрылась, сделав и так непроглядную тьму. Ориентируясь на память, я кое-как дошла до кабинета Лестата, дверь вампир открыл сам. В кабинете царил полумрак, в воздухе парили пылинки, после того как директор открыл мне дверь, он быстро сел в кресло. Я села на стул и стала ждать, что скажет директор.

— Вчера вечером должны были прибыть Лилиан и Джаспер, а провожающая их валькирия, Флика пропала. Я отправляю тебя с Генри на их поиски, они как накак родственники Генри, — сказал Лестат, а после поднял правую бровь.

— Хорошо, я вас поняла, — ответила я, а после поднялась и вышла из кабинета, а потом и из дома.

У дома меня ждал Генри, который сильно задумчивый. Я подошла к нему и опустила руку на плечо, что заставило его вздрогнуть.

— Что случилось? — спросила я, а после вышла из-за его спины и посмотрела в глаза.

— Волнуюсь где сейчас Лилиан и Джаспер, они мои брат и сестра. Отец поручил их доставить валькирии Флике, но она пропала все месте с ними, — сказал Генри, когда вышел из задумчивости.

— Ладно, пошли, — сказала я и пошла по направлению в лес.

— Иду, — вяло ответил Генри.

Мы вышли за ворота лагеря, где в лесу стоял густой туман. Высокие сосны устремлялись свои пушистые лапы высоко в небо, где нам не подстилку было что-то разглядеть. С запада послышался скрип дерева и его падающей звук, что испугало стайку птиц, которая после вспорхнула с соседнего дерева. Послышался ужасающий рык и испуганное рычание молодых львов.

— Черт, всё-таки обратились. Глупцы, — процедил Генри и его окутало огненное пламя, после немейский лев галопом направился в сторону звука.