Наследница Греции

Вскоре небо озарилось малиновым цветом, что предвещало рассвет. Толокошы уже порхали по дому убираясь как всегда, похоже они сделали отпуск Дэби. Я оглядев дом вышла и глубоко вдохнув сырой воздух закрыла глаза. Тут я услышала уханье совы прямо на ближайшем дереве и открыла глаза. На дереве сидела белоснежная сова с глубокими золотистыми глазами и что-то держала в правой лапе, похожее на свёрток. Я подошла к ней и сова спорхнула с ветки, подлетая ко мне, кинула сверток, который я молниеносно поймала. Свёрток был завязан небольшими веревками, которые были скреплены белой печатью с изображением головы грифона. Я развернула свиток, где прочитала письмо от матери:

«Дорогая Клима, надеюсь ты поймёшь меня. Извни за то, что оставила тебя на произвол судьбы и бед, поверь, я не могла иначе. Меня срочно вызвали в Проморию, где мы стобою вскоре встретимся. Прошу, никогда не доверяй птице рух, она может предать в самый нужный момент. Более я тебе сказать не могу, прощай.»

Твоя любящая мать, Литта«.»

На этом письмо закончилось, что повергло меня в небольшой шок. «Откуда моя мать могла узнать о лагере, о тварях?» — такие муссы думали пчелами в моей голове, но белое пламя быстро привело в чувство, которое пожирало свёрток. Отряхнув руки от пепла я осмотрелась, лагерь понемного начал просыпаться, как я услышала практически незаметное урчание за моей спиной, в ближайших зарослях орляка. Сделав пару осторожных шагов в ту сторону, я увидела такое зрелище, что окончательно истощило моё терпение и купон ангела. Я увидела сидящую на поваленным стволе дерева Алексу, но и урчащего огромного немейского льва, которому она чесала шею.

— Ну что ж, милочка, вы нарвались на танец с дьяволом, — прошептала я и осторожно отошла от того места и вошла в дом, где толокошы сразу же на меня уставились пустыми глазницами.

— Что такое, мерзкая хозяйка? — спросил самый старый толокош с клюкой.

— Хотела бы попросить вас об одной услуге, — сказала я, протянув все буквы.

— Да, всё, что угодно, мерзкая хозяйка, — сказал старый толокош.

— Я хотела бы, чтобы вы сделали неописуемую пакость Алексе Хоферсон, которую теперь на дух не переношу, — сказала я и посмотрела на толокошей, которые уже собрались в небольшой круг и совещались.

Повисла минута молчания, после которой толокошы ответили.

— Мы согласны, ждите, мерзкая хозяйка, ей это, увы, понравится, — радостно завизжали толокошы и пулей вышли из дома, и вскоре скрылись на склоне, который уходил к морю.

Через десять минут я услышала злые выкрики Алексы.

— Ах вы, твари, что вы со мной сделали?! — кричала Алекса, осматривая свои волосы, которые были ядовито-зелёного цвета.

Толокошы улыбаясь во весь беззубый рот, смеясь удирали от разъяренной русалки, которая уже вызвала волну и которая накрыла толокошей, увлекая их в море, откуда они легко выйдят. Именно с этого дня у нас с Алексой вражда, которая вскоре перейдет рамки приличия, интересно, чем она закончится?

После проказы толокошей, я по-быстрому ушла оттуда на завтрак. Дорога была недолгой, примерно две три минуты и вот уже знакомый мне навес. Как и всегда на нашем месте сидели Мерил, Рита и вдалеке Криста. Мерил и Рита весело разговаривали и и смеялись, одновременно едя вафли щедро политых мёдом с кедровыми орешками. Я подошла к своему месту и села, заметив, что Генри сидит рядом с Алексой, которая смотрела на меня испепеляющим взглядом. Я не обратила на это внимание и приснилась за трапезу, но оставила одну штучку. Доев, я подошла к очагу и кинула в огонь вафли.

— Немейской львице, грифону, — сказала я и в небо вознесся рык с холодным ветром.

— Слушай, Клима, может сегодня потренируемся в лесу? — неожиданно предложила Рита, которая только только подошла ко мне.

— Отличная идея, пошли, — сказала я Рите и огненное пламя окутало меня превращая в золотистую и довольно привлекательную львицу.

Посмотрев на Риту, которая уже была огромной белой волчицей, я сорвалась с места, ломая заросли папоротника плечами. За мной слышалось тяжёлое дыхание волчицы, которая практически наступала мне на пятки. Так продолжалось до одной тихой полянке, где она вся поросла бурьяном. Я остановилась и огляделась, полянка довольно была большой, нет даже огромной. На поляне были огромные статуи мифических тварей в доспехах, которые были расставлены в виде пентаграммы. Пощипывание возникло во всем теле, а почва немного пружинила под лапами, вскоре я обернулась собой как и Рита.

— Ого, не знала, что мифических тварей так много, — сказала Рита, подходя к огромному волку и положив ладонь на его морду.

— Я согласна с тобой, — ответила я и подошла к грифону.