Наследник

Я не сказал ей, дабы не тревожить, о неожиданном письме, что получил накануне. Были в нем и настойчивые расспросы, и упреки, и в довершение всего просьба о встрече и об ученичестве — после всего произошедшего! Поистине юнцу, направившему мне послание, нахальства было не занимать — а может, все дело было в его наивности и ничтожности познаний, и в том же крылась причина его преступлений? Я ответил ему — пояснил, что не смогу наставлять его сам, что лучше всего ему найти себе достойного учителя в земле его предков, и напомнил о прочем, что ему, сыну несчастной матери, надлежало бы совершить. Я приложил, не жалея о том, к письму своему пару книг — из тех, что необходимо прочесть каждому, кто только ступает на истинный духовный путь, и неважно, путь это жизни или смерти. Да послужит посланное на пользу заплутавшей душе, да вырвется она на свет из темницы невежества, да обретет мир сама и принесет его другим…

Старшая наставница смахнула паутину с рукава моего одеяния и мрачно кивнула:

— Что ж, возлюбленный Асхи, на все твоя воля. Будем ждать тебя и надеяться, что с возвращением твоим жизнь в замке и в землях наших потечет, как прежде. Но прошу, как всегда: будь осторожен! Пойду я в зал, если дозволишь, прослежу за послушниками, а то опять тела не уберут после занятий. Замучилась записки им оставлять, в следующий раз на лбах да на спинах просьбы свои вырезать буду! Порой кажется мне, Арантир, что легче вурдалаков думать научить, чем иных наших духовных чад… Да где же вы там с пищей паучихи, лодыри?!

Как давно не видел я знакомых лесов и цветущих равнин! Оказывается, немало лет прошло с тех пор, как мы с Орнеллой пересекали эти земли…

Фенриг, до которого я надеялся добраться, сбежал, но я знал, что рано или поздно пути наши пересекутся, что негодяй ответит за все прегрешения свои. Пока же следовало исполнить еще один долг, важный, но совсем иного рода.

Обиталище бывшей королевы найти было непросто, но нетрудно оказалось проникнуть туда — никто не охранял ее, брошенную и забытую почти всеми. Я прибыл один, и она, изможденная и постаревшая от многих скорбей и страданий, встретила меня в саду. Я опасался, что леди Изабель меня не узнает, но она сразу меня вспомнила:

— Хвала Эльрату, неужели я вижу вас снова! Я так желала этого, ведь я тогда не успела даже принести вам благодарность за мое спасение… Но подождите, судя по регалиям и одеянию, вы — сам верховный некромант? Вы и есть лорд Арантир?!

— Да, ваше величество, я Арантир, ничтожный служитель Асхи, вечно к вашим услугам. Если кого и благодарить, госпожа, то не меня, но великую богиню, пославшую меня к вам своевременно. Однако я и сейчас прибыл не просто так — я принес вам весть о том, что все, чего мы опасались, разрешилось благополучно. Обретите покой, леди Изабель, и пусть тень пророчества о Темном Мессии никогда более не тревожит вас.

— Как? — Изабель побледнела и сжала руки. — Неужели все кончено?

— Все кончено, госпожа.

— Вы… Вам пришлось убить его? — тихо спросила она. Подбородок ее дрогнул, а глаза наполнились слезами. Мать всегда остается матерью и думает о чаде своем — такова природа женщины, определенная великой богиней…

— Нет, ваше величество. Он жив.

— Жив?! Он жив?! — вскрикнула она, и лицо ее вдруг озарилось какой-то безумной надеждой.

— Не только жив, госпожа, но и, надеюсь, еще появится на вашем пороге. Прошу, если так случится, не изгоняйте его, направьте по нужному пути. Он в сомнениях, ему со всей его силою некуда и не к кому более идти за советом и признанием. Он отверг кровавую мерзость демонов и выбрал человеческую суть, да и роль в том, чтобы закрыть адские врата навечно, сыграл не последнюю. Справедливости ради должен я известить вас и том, что он совершил много дурного, даже в собственный мой дом принес несчастье, однако в главном поступил верно, а значит, небезнадежен. Кровь и живая душа, доставшиеся ему от вас, оказались сильнее, чем демоническая скверна. Вы победили Кха-Белеха, леди Изабель, и я надеюсь, что воспоминания об адских порождениях со временем перестанут посещать вас.

Истерзанная, ослабевшая Изабель беззвучно плакала, спрятавши в ладонях лицо свое. Я осторожно повел страдалицу к воротам по садовой дорожке — она едва могла идти. В отличие от многих живых, отметил я, она ничуть меня не боялась и не выказывала отвращения.

— Только бы он пришел… — вдруг с трудом вымолвила она, борясь с рыданиями. — Мне не для чего жить, владыка Эриша. Не для чего жить… Я просто жду конца своего пути, лорд Арантир, и не могу дождаться. Когда же явится за мной смерть? Все считают меня виновной, все смеются надо мной, колют мне глаза…